Отец подруги. Ты моя - Анастасия Сова

Мне кажется, лед между нами потихоньку тает. Хотя, и ловлю себя на мысли, что покупаю Яну. Плачу за ее хорошее отношение. Но я не могу ничего поделать с тем, что девчонка отказывается идти на контакт иначе. Лелею в голове мысль, что все выправится, просто позже.

– А Мила где? – удивляется дочка.

– Не надо так смотреть на меня! – ответ выходит жестким, я такого не хотел. – Будто это я твою Милу сожрал!

– А что мне еще думать? Она и так из-за тебя уехала.

– Ей плохо стало. С Максом домой отправил.

– А я сразу заметила, что с ней что-то не так, еще в ресторане, – припоминает Яна. А я рад, что не придется больше выдумывать забористые оправдания.

А через какое-то время я узнаю от Максима, что Милу развезло от выпитой наливки.

– Ты совсем охренел, щенок? – взрываюсь на него. – Какая к хренам наливка? Я тебе сказал – домой ее доставить.

– Мила не захотела домой, – оправдывается Макс. – А наливку мне буквально секунды не хватило выхватить.

«Ладно, – успокаиваю себя, – по крайней мере, я знаю, где она, и что не валяется где-нибудь в канаве у трассы».

– Сейчас приеду, – злобно шиплю и тут же начинаю собираться. И уже через двадцать минут оказываюсь в квартире Максима.

– Где она? – реву с порога.

– В комнате.

Направляюсь сразу туда, даже не разуваясь.

– Тамерлан Каримович, вы… у вас же не серьезно с ней? – позволяет себе задать вопрос этот утырок.

– Чего? – раздраженно свожу брови на переносице.

– Просто Мила мне нравится, и…

Останавливаюсь.

– Значит так, – произношу медленно, чтобы Максим понял с первого раза. – Узнаю, что яйца свои в ее сторону катишь – без них оставлю.

Парень стискивает челюсти, и я замечаю, как ощутимо ходят желваки на его скулах.

– Ясно?! – уточняю, потому что он молчит.

– Ясно, – цедит сквозь зубы.

Милу нахожу в комнате на кровати. Она лежит там, свернувшись калачиком, а сверху накрыта одеялом. Рядом на полу стоит таз.

– Мила… – тихо произношу, касаясь ее плеча.

– Максим?! – с испугом произносит она.

Тот молчит. Правильно делает.

– Не угадала, – грубо отвечаю ей.

Намеренно. Хотя, с какого-то хрена, видя ее состояние и такое милое личико со следами вселенских мук, хочется пожалеть, укрыть от всех бед…

– А? – появляется недопонимание и зачатки испуга на мордашке и в затянутых поволокой глазах.

– Чего нажралась как свинья?

Понимаю, что обвинение несправедливо. Несчастная, конечно, так не выглядит, но пусть ей стыдно за себя станет. Не дело молодой девушке так напиваться.

И мне, видимо, удается ее пристыдить. Вон, даже сквозь бледность на лице проявляется румянец.

– Я не… Это она… – пытается оправдаться Мила, подобрать слова, сформировать мысли. – А потом…

И тут она резко склоняется к тазику. Да так, что волосы улетают туда же.

Понимая, что сейчас произойдет, успеваю ухватить нежный сияющий шелк, растущий с главы девчонки. Сжимаю в пучок на затылке.

Пока страдалица извергается над тазиком, убираю пальцами второй руки непослушную прядь, что тоже пыталась окунуться в емкость.

Бля! Она даже в таком виде выглядит милой, невинной и нежной!

Какого хрена она такая?!

– Минералка есть? – оборачиваюсь к стоящему в дверях Максиму.

– Нету, вода кипяченная в графине есть.

– Тащи, – велю ему.

Умываю Милу принесенной водой и заставляю часть выпить. Вытираю лицо простыней и подхватываю на руки.

Легкая. Невесомая.

– Мне плохо… – еле слышно проговаривает она. Слабосильной ручкой обхватывает меня за шею.

– Это я и так вижу, – произношу так же тихо.

Грубость из голоса куда-то испаряется.

Глава 34

Мила

Подскакиваю на кровати горячая и влажная.

Часто и тяжело дышу, будто пробежала многокилометровый марафон. Сердце стучит, как бешеное.

Секунда, и я падаю обратно на подушку.

Хреново мне.

И это еще мягко сказано.

Закрываю глаза, а после снова их распахиваю.

Стоп!

А это же я где?

Вновь приподнимаюсь на лопатках, судорожно осматриваясь. Ничего не помню. Понятно лишь одно – это не квартира Максима. Я в каком-то другом месте.

С беспокойством заглядываю под край одеяла, которым накрыта.

Одежда на мне тоже не моя. Но она в принципе есть, чему я несказанно рада.

На мне мужская белая футболка. Под ней у меня мое же белье, и это еще один повод для радости.

« – Так, ладно, – успокаиваю себя. – Если бы кто-то хотел убить меня или изнасиловать, уже сделал бы это».

Надо же было вляпаться в такую дебильную историю!

Хотела забыть Тамерлана? А вот тебе подарочек – секс в машине! Да он меня пальцами… прямо на людях.

– Боже… – опускаю голову на руки.

– Доброе утро, – голос Тамерлана заставляет меня вздрогнуть.

Я почему-то тут же хватаюсь за одеяло и спешу прикрыться им чуть ли не до подбородка. Словно я там, под ним, голая совсем.

– Яна?! – спрашиваю испуганно.

Что я могла натворить? Вдруг вся правда вскрылась?

– Она дома, – поясняет. – Не в курсе, – добавляет следом, понимая о моем волнении.

Осматриваюсь еще раз. Теперь становится ясно – мы в другой квартире. Той самой, куда меня привез в первый раз Максим.

Тамерлан стоит передо мной полностью одетый. Только белоснежная рубашка распахнута на половину пуговиц сверху, являя моему взору часть загорелой широкой груди. Остальное я отлично додумываю сама, и тут же становится невозможно жарко. Щеки припекает, залитые стыдом.

– Как я…

– Не помнишь ничего?

Мотаю головой.

– Сейчас станет легче, – Тамерлан куда-то уходит, оставляя мне широкое поле для размышлений. А размышляю я очень красочно, так, что даже из-под одеяла все еще страшно показаться.

Хасанов возвращается довольно быстро. В руках у него стакан воды.

– Пей, – протягивает он мне его, но я настроена скептически.

Тамерлан закатывает глаза.

– Если бы хотел отравить, уже бы это сделал, – напоминает он очевидные вещи, и я решаю довериться. Тем более, что пить очень хочется.

С благодарностью глотаю воду. Но не чистую. В нее что-то намешано.

– Спасибо, – возвращаю мужчине стакан.

Тамерлан усаживается на кровать рядом со мной. Матрац жалобно проминается под его крепким телом.

Почему-то сейчас нет желания вступать ним в спор