Развод. Просто уходи - Надежда Скай

– Хорошо. Но обещай быть рядом, и если что, то мы сразу уедем, – Влад раскрыл объятия, и я сразу в них нырнула. Как же я люблю его. – Я уже начинаю переживать…

– Перестань. Уверен, что мы отлично отдохнём. Тем более я давно родителей не проведывал. Убьём двух зайцев.

Глава 18

Влад

– Я тут закончил с тем отчётом, который ты просил первым подготовить, – в этот раз Левашов постучал и с каменным лицом зашёл в мой кабинет.

Миша протянул бумаги и молча сел. Руки мы не пожали, достаточно было того, что утром просто кивнули друг другу в приветствии. Вот и дружбе конец. А ведь я думал, что если дружим с детства, то это навсегда. Нет, жизненная ошибочка вышла. Жаль. Жаль, что лучший друг не поддержал, принял сторону своей жены, а значит, и моей бывшей.

– Спасибо. Посиди, быстро гляну, – пока бегло пробегался глазами по цифрам, Миша хранил гробовое молчание.

Раньше друг болтал без умолку, травил анекдоты и мог за минуту поднять настроение со дна. Сейчас это непривычное молчание напрягало.

– Всё чётко, – выдал вердикт.

– Я могу идти?

– Да. Э. Миш… – хотел спросить, как у него дела, но замялся.

Левашов с секунду смотрел на меня, потом покачал головой и быстро вышел. Вот теперь точно можно смело похоронить нашу дружбу. Говняное настроение держалось до конца рабочего дня. Даже Ирина не могла его поднять своими сообщениями и звонками, хотя раньше срабатывало.

Мама ещё раз напомнила, что завтра нас ждёт, а я её обрадовал, что обязательно будем.

– Малыш, я сегодня закончил работу, как обычно, но хочу с сыном встретиться. Не переживай, буду не поздно.

– Хорошо, родной. Мы пока с Вовочкой уроками займёмся и телевизор посмотрим. Люблю тебя.

– И я тебя люблю, – снова раздражающая печаль в голосе Ирины. Она всегда так реагировала на мои свидания с сыном.

В этот раз с Костей договорились сходить в боулинг. Заехал за ним в назначенное время, и вскоре мы два часа наслаждались игрой. Только он и я! Этот вечер я запомню на всю жизнь. Радостный блеск в глазах сына, его настоящую улыбку и такое родное для слуха слово «папа». А ведь мог всего этого лишиться…

Уже в машине решил спросить у сына, мысленно скрещивая пальцы:

– Кость, скажи, только правду, мама про меня говорит что-то плохое?

Он весь напрягся, сузил глаза и стал совсем не по-детски сканировать меня взглядом. В эту минуту я прям вжался в кресло и пожалел. Вот я балбес!

– Нет. Мы о тебе больше не разговариваем.

– А о наших встречах рассказываешь?

– Да. Не подробно, но рассказываю. Мама говорит, что я правильно сделал, что начал с тобой общаться.

– Здорово. Передавай маме и бабушке привет. А. И Игорю тоже, и чтобы поправился обязательно.

– Ага. Пап, мне деньги нужны. С пацанами хотим сходить в игровой клуб в воскресенье.

– Без проблем. Хватит?

– Да, спасибо, – сын быстро убрал купюру и улыбнулся.

Вот так, теперь улыбки родного сына буду получать за деньги и увеселительные мероприятия.

***

Когда мы подъехали к родителям, Ирина жёстко занервничала. Побледнела, искусала все губы. Пришлось дать ей некоторое время на успокоение. Прижав к себе, как маленькую, а она и была для меня таковой, качал в руках и шептал на ушко ласковые слова. Её сынок ёрзал на заднем сиденье, то и дело отвлекая нас своими тупыми вопросами.

– Малыш, всё будет замечательно, доверяй мне, – уже вышли из машины, я взял небольшую сумку и руку Ирины в свою. – Пару дней на свежем воздухе, никакого быта. Вова с собакой повозится.

– Я понимаю… Всё понимаю. Просто такой мандраж давно не испытывала. Очень хочется понравиться…

– Так и будет. Пошли.

Небольшой, но очень уютный дом родителей всё ещё был укрыт зеленью. Мамины розы продолжали цвести назло грядущим холодам. Мама встречала нас у дверей, отца я не заметил. Приобнял Ирину за талию, шикнул на Вову в последний раз, чтобы вёл себя хорошо, и подвёл их к родительнице.

– Привет, мам! А вот и мы.

– Здравствуйте! Владик, давай скорее знакомь нас, а потом пойдём в дом. Стол уже накрыт, отец рычит, что давно пора обедать. А ты знаешь, у него ведь режим, – мама улыбалась так широко, и я побоялся, что её губы могут полопаться от натяжения.

– Мам, это моя Ирина и её сын Вова. Ирин, моя мама Марина Алексеевна.

– Очень приятно познакомиться, – моя маленькая первая протянула руку.

– А мне-то как! Влад столько хорошего о тебе говорил. Заходите скорее! – мама отступила на шаг и пропустила нас внутрь, попутно погладив по голове Вову.

Из кухни вышел папа и слабо кивнул мне. Его сдвинутые брови говорили о полном недовольстве. А мне очень захотелось, чтобы он был недоволен лишь тем, что обед задерживается. Под неприятным взором Антонова-старшего мне стало не по себе. Я снова почувствовал, как стало слегка подсасывать под ложечкой, словно вернулся в далёкое детство.

– Пап, познакомься, моя Ирина и её сын Вова. Ирин, мой отец – Семён Викторович.

Ирина сделала шаг к отцу с протянутой рукой, но тот скрестил руки на груди, перевёл взгляд на мою мать.

– Марина, заканчивай. Я есть хочу.

Игнор отца безумно задел меня. Я уже было открыл рот, чтобы сказать ему пару ласковых, мол, так дорогих гостей не встречают. Но меня на себя потянула маленькая, нежно сжимая ладонь.

– Сынок, не обращай внимания. Ирина, не обижайся, – начала мама, сглаживая момент, – это он такой пока голодный.

– Я понимаю.

– Вот и отлично. Мойте руки и к столу!

Обед прошёл относительно хорошо. Общались в основном все, кроме папы. Тот упорно хранил молчание, лишь косо посматривая на меня и Ирину. А когда был выпит чай и съеден торт, отец позвал меня на разговор.

– Пап, если ты будешь читать мне нотации, то опоздал, – начал я, стоило нам отойти немного от дома, чтобы нас не слышали. – Давно вырос и могу самостоятельно принимать важные решения в своей жизни.

– А я и не собирался. Если ты придурок, то это неизлечимо, – отец затянулся и посмотрел на небо.

Папа периодически то бросал, то снова начинал курить. Его дело, но в этом возрасте я бы поберёг себя. Закурив вместе с ним, удивлённо поднял брови на его фразу. С чего это я придурок?

– Пояснишь?

– А чего тут пояснять? Сам не догадываешься? Связаться с замужней, разрушить две