Вынужденный брак - Алена Февраль

Вьюнов резко обрывает монолог, потому что рядом с нами, визгнув тормозами, останавливается машина такси. Оглянувшись на машину, я с новой силой пытаюсь выбраться из удушающих объятий бывшего друга.

Наверняка, водитель такси увидел нашу схватку и теперь хочет мне помочь. Надо извернуться и громко позвать его на помощь.

Но извернуться я не успеваю, Макс впечатывает мое тело в своё и гневно шипит.

— Если нажалуешься водителю, я буду ебать тебя всю ночь. Промолчишь — уедешь после первого раза.

Я не успеваю ничего ответить, потому что раздается хлопок двери и через мгновение действительность таранит знакомый голос.

— Рита!?

Хватка резко ослабевает и я отскакиваю от Вьюнова.

Развернувшись, я впечатываюсь взглядом в лицо мужа. Выглядит он не естественно — глаза хмельные, красный и какой-то взлохмаченный.

Он ведь… с женщинами был… Два дня. А может и двое суток. Охранник просто прикрывал его, а на самом деле его на работе не было.

Он был с женщинами.

Я мотаю головой и делаю несколько шагов назад.

— Да, Артем. Это твоя жена. Ко мне приехала трахаться. Свято место пусто не бывает… или как там в фильме «Брат» головили — «Муж в дверь, жена — в Тверь». Надо дома ночевать, друг.

Колганов щурится и смотрит мне в глаза.

Я молчу. Голос закончился. Вырубился. Зато картинки того, как он занимается сексом с другими женщинами не хотят вырубаться. Крутятся в голове, обрастая грязными подробностями.

Не дождавшись ответа, Колганов подходит к Максу.

— Отвечаешь за свои слова?

Вьюнов нагло ухмыляется.

— Ты еще многое не знаешь. Если бы узнал — охерел, какая она продажная лгунья. Спроси у нее сам, а я домой пойду. Достала она меня.

В этот раз шок не сковывает тело, а наоборот заставляет броситься на обидчика.

Я кидаюсь вперёд, но муж меня опережает. Колганов хватает Макса за воротник куртки и хрипло цедит.

— Я у тебя спросил, Вьюнов. И если ты меня наёбываешь, я тебе кадык вырву. Ты знаешь — я не шучу, Макс. Говори! Отвечаешь, за всё, что сказал?

Лицо бывшего друга краснеет и покрывается испариной. Почти минуту — я считаю секунды — он молчит, а потом без былого запала говорит.

— Отвечаю. Она ко мне тыЩу раз подкатывала. Соблазняла. Я её послал и тогда она решила за счет тебя выбраться.

— Он врёт! — кричу на всю улицу, — его слова сплошная ложь.

— Я не вру, брат. И все наши тебе это подтвердят. Мы ведь не можем все врать.

— Неправда! — снова кричу я, когда вижу, как Артем отпускает Макса.

— Она сегодня сама ко мне приехала. Я в шоке был и пытался ее выгнать. Видел, мы боролись.

Я топаю от возмущения и подбегаю к мужу.

— Он врет! Всё было по-другому.

Слезы застилают глаза и я перестаю видеть их лица. Вытираю слезы рукавом футболки и вижу, как Артем идет к машине.

— Спроси у охранника, — бегу за мужем, — я искала тебя и спрашивала у него адрес Лизина. Он не сказал… Седой мужчина… он мне не сказал и машину такси не пропустил. Я пешком пошла.

— Хватит. Садись в машину, иначе я уеду без тебя.

Вот реально мне сейчас хочется крикнуть в ответ — «ну и вали», но даже в таком состоянии я понимаю, что сына мне тогда не видать. И пусть он был с женщинами, и пусть он поверил этому обманщику, мне просто надо послушать его и сесть в машину.

Оглянувшись, я плюю Максу под ноги и едко выговариваю.

— Ну и мудак же ты, Вьюнов!

В ответ бывший друг не злорадствует и не улыбается. Приблизившись, он тихо шепчет.

— Я подожду, Рита. Чувствую, что совсем скоро ты ко мне сама приползешь.

Показав ему фак, я разворачиваюсь и сажусь в машину.

Глава 32

Весь путь до дома молчим. Что толку оправдываться, Артем не поверит. Сидит хмурится, гоняет по скулам желваки и на меня не смотрит. Видимо пейзаж за окном ему куда важнее.

Не справедливо! Ведь очевидно, что Макс врет! Стала бы я бросать ребенка и на ночь глядя ехать к Вьюнову.

К тому же Артем сам был с женщинами. По его логике ему можно гулять, а мне нужно сидеть дома и ждать, когда он соблаговолит вернуться домой.

Злость и обида постепенно затмевает разум и на подъезде к дому я говорю.

— Ты непонятно где шарохался два дня, а я крайняя. Сам во всем виноват, надо было дома ночевать. Мне запретил гулять, а на себя это требование не распространил.

Колганов резко разворачивается и придвигается ближе. В нос заползает запах алкоголя и я сжимаю зубы от возмущения.

— Рот закрой. Дома поговорим, — цедит муж.

— Сам закрой!

Артем злится, но мне плевать. Сейчас я его дико ненавижу. Как он мог быть со мной два дня назад, а потом лезть на других женщин. Тьфу, гад. Изменщик. Хочется нахлестать его по щекам.

Водитель останавливает машину напротив нашего подъезда и я первая выбегаю из салона. Пока ищу ключи в сумке, сзади слышаться быстрые шаги. Оборачиваюсь и гневно стреляю.

— Ненавижу тебя!

— Понял уже, — доносится сзади, — но совсем скоро я избавлю тебя от такой тяжелой ноши.

— Что ты имеешь в виду? — кричу я, когда мы входим в подъезд.

Артем не отвечает, поэтому когда он нажимает на кнопку вызова лифта, повторяю вопрос.

— Что ты имеешь в виду?

Мы проходим в лифт. Он первый, я замираю на пороге — жду его ответа, а потом он берет меня за руку и втаскивает в кабину.

Я сразу выдираю руку и становлюсь в противоположный от него угол.

Колганов брезгливо усмехается и спустя пару секунд отвечает.

— Разведемся и ты будешь жить, как хочешь и с кем хочешь.

Внутри зарождается леденящее предчувствие и я тихо говорю.

— Я буду жить с сыном.

Артем опускает голову и сквозь зубы выдает.

— Нет. Илья останется со мной.

Лифт останавливается, но я этого не замечаю. Состояние — предистерика. Сдавив в руках связку ключей, я подлетаю к мужу и хрипло шепчу.

— Ты не разлучишь нас, Артем! Ты же не чудовище. Я — мать, понимаешь?