Чайный дом драконьей леди - Рита Ардея

Милые, полные заботы слова…! Казалось бы. Но я вспоминала взгляд Феликса, когда он увидел Викторию, и подумалось, что на порог её, определённо, не пускали не без причины. Я не верила, что Феликс просто так вычеркнул бы из своей жизни по-настоящему дорогого человека.

— Вы ошиблись, — слегка приподняла уголки губ я. — Мы с ним не настолько близки, чтобы я могла повлиять на его решения. Вам ли не знать, что Феликс очень упрям.

Наши улыбки были сладкими, как карамельки, а взгляды схлестнулись в бою. Мой взгляд сказал: «Фиг тебе, корова», а её ответил: «Ты пожалеешь».

— Что ж, в таком случае простите, что потревожила! — промурлыкала Виктория. — Приятного отдыха!

Со мной остался лишь тонкий шлейф её духов и лёгкий нервный озноб. Что-то с ней не так было, конечно… С таким бледными видком, не удивлюсь, если она Эрнесту болячку и подкинула, хе-хе.

Я устало растёрла шею и повернулась к воде. Без Феликса здесь было тоскливо. Неприятные люди, наигранное веселье — неудивительно, что он стал затворником. Но Виктория что-то говорила про его брата… уместно ли будет спросить?

За моей спиной раздались тихие шаги. На корабле все то и дело сновали туда-сюда, но эти шаги меня напрягли. Я невольно сильнее схватилась за перила, и не зря — мощный толчок сбил бы меня вниз, если бы я не держалась.

И можно было бы решить, что меня случайно толкнул оступившийся гость, но я и обернуться на негодяя не успела, как меня схватили за шею и плечи и с усилием начали пихать вниз. Человек делал это яростно, остервенело, не давая и шанса повернуть голову и посмотреть ему в глаза, или преодолеть его напор.

Почему я не кричала? Голосовые связки словно парализовало. Наверное, от страха? Не знаю. Всё произошло слишком быстро, и я вдруг осознала, что чёрные объятия воды приближаются, более того — вода словно сама тянется ко мне. И, прежде чем она захватила меня в холодный плен, я услышала истерический вопль:

— Сумасшедшая Фарнет снова спрыгнула в воду!

Глава 9 Я жизнь люблю, она моя

Нет ничего страшного в воде, я ведь отлично плаваю! Так наивно думала я, изо всех сил стараясь выгрести. Взгляд мой поднялся к палубе корабля в надежде разглядеть того, кто меня сбросил, но там было пусто. Тогда я сосредоточила все силы на спасении.

Тщетно. Многочисленные слои платья мгновенно напитались влагой, превратившись в неподъёмный груз, утягивающий меня на дно. Дыхание участилось, корсет начал душить, не позволяя ухватить хотя бы глоток воздуха, когда мне удавалось вытолкнуть себя на поверхность. От паники руки и ноги не слушались.

Я тонула. Теперь я уже не могла и на миг выбраться наверх, чтобы сделать тот самый спасительный вдох. Лёгкие жгло от воды, и тяжесть стала слишком невыносимой. В тот миг я словно увидела рядом с собой девушку в смутно знакомом платье, которая шла на дно вместе со мной. Она не боролась и не пыталась выплыть — в глазах её была лишь пустота. Это платье… в нём я очнулась, в нём я чуть не утонула в пруду!

Девушка вдруг повернула голову и приоткрыла рот, и вместе с пузырями воздуха из её рта вырвались слова:

— Это сложно, да? Жить. И зачем тогда мучиться…

Это Лидия! Настоящая Лидия из этого мира! А я не дочь барона Фарнет, я просто Лида Фролова из уездного города, мой папа умер, когда мне было девять, и я всю жизнь стараюсь заработать и выбиться в люди, чтобы обеспечить своей доброй, но наивной маме достойную жизнь. Я учусь на втором курсе на химика-технолога пищевой промышленности, а по ночам работаю барменом в центре.

Я вспомнила! Вспомнила… перед самой смертью.

— Нет! — воскликнула я. — В жизни бывают сложные моменты, но она всё равно прекрасна!

— Но ты тонешь, — саркастично изогнула губы вторая я. — Похоже, от судьбы не убежишь, да, Лидия? Нам с тобой на роду написано не прожить долго. Скажи, второй раз умирать страшнее, чем в первый?

Из-за воды её кожа казалась голубоватой, словно она была русалкой или другой нечистью. Её отчаяние давило на меня, окружало, утягивая всё глубже и глубже… Либо здесь не было дна, либо всё это было нереально. Да ведь и я уже не дышала. Просто видение перед тем, как вечная тьма поглотит меня… А может, я снова очнусь в божественных садах Малики?

Теперь, когда я всё вспомнила, мне бы так хотелось изучить этот дивный мир, опробовать дар, что дала мне золотая драконица… Зачем она избрала меня, если сейчас позволила так глупо погибнуть?

Вокруг что-то происходило, но моё угасающее сознание уже не могло понять, что именно. Грудную клетку сдавило от боли — вода покинула лёгкие, но я уже словно забыла, как дышать. И тогда воздух в меня протолкнули насильно, заставляя сделать вдох. Губы, что казались раскалёнными после прохлады воды, вернули меня к жизни.

И я вдохнула, судорожно, жадно, распахнула глаза, сталкиваясь взглядом с синевой радужки Феликса. Дракон обеспокоенно вглядывался в моё лицо, а я просто дышала, как собака после бега, разве что язык наружу не высунула.

— Феликс… — прохрипела я, вцепившись в рубашку на его плече.

Мокрые волосы облепили его лоб, и ресницы слиплись от воды, делая его волшебный взгляд ещё более загадочным. Его можно было принять за ангела. Я всхлипнула и прижалась к нему, сотрясаясь в рыданиях. Его рука осторожно легла на мою спину.

— Я так хочу жить…

— Тот, кто пытался убить тебя, пожалеет об этом. Горько и не единожды, — низким голосом произнёс дракон. Я почувствовала, как его спина напряглась под моими пальцами, и отстранилась.

Каким-то чудом мы оказались на пристани, в сотнях метров от корабля — такое расстояние человеку не преодолеть вплавь достаточно быстро, чтобы откачать утопающего.

— Ты обратился в дракона?

— Так было быстрее. Штормовые драконы не боятся воды.

— И… сделал мне искусственное дыхание?

— Да.

— Прямо ртом?

— Нет, левой пяткой.

— Почему именно левой…?

— Ты не в себе, — напряжённо заключил он. — У тебя бред.

— Нет, просто… Тебе ведь и руками людей трогать невыносимо. А тут…

— Нам