Ночи Лигурии - Вероника Франко

– Он сказал, что Дарио убил дорогого ему человека, – произносит русская.

– Что? – замираю, удивлённо уставившись на Софи.

– Ну, когда меня привезли к Дзанетти, он говорил про вендетту, что заберёт одного члена семьи Спада. А я пыталась ему объяснить, что не являюсь твоей невестой и вообще, мы – не вместе.

В голове запускается броуновское движение. Какая в ж*пу вендетта? Кого из шайки Дзанетти убил Дарио? Когда успел? Мы же ни разу не пересекались с кодлой Лучано. Хотя такое заявление хоть немного проливает свет на то, почему урод захотел отжать порт Генуи и маршруты. С первой минуты чуял, что дело нечистое. И ведь говорил же брату об этом! А тот прикинулся «валенком». Типа ничего не знает. С другой стороны, Дарио сказал бы мне, если бы у него был конфликт с Дзанетти. И уж точно не стал бы подставлять. Может, Софи неправильно поняла?

– А ты бы хотела быть со мной вместе? – меняю тему разговора. Не хочу, чтобы русская ещё больше погружалась во внутренние дела нашей семьи. И так уже влезла по самые уши.

– Пф! Странный вопрос, – фыркает София. – Чтобы меня снова похитили?

– Нет, чтобы мы могли любить друг друга каждую ночь, – глажу девушку по щеке тыльной стороной руки.

– Энцо, это, конечно, прекрасно. Но, блин, мне дорога моя жизнь. Что если бы ты не успел вовремя? Что если бы не смог спасти? Нет, быть с тобой очень опасно, – София отрицательно качает головой.

– Ну, пока у тебя всё равно нет выбора, – довольно улыбаюсь. – Какое-то время мы проведём в море, будем жить на яхте. А когда вернёмся на сушу, я снова задам тебе этот вопрос.

– Почему мы должны жить на яхте?

– Так безопаснее всего. Во время штурма дома, Дзанетти «ушёл». Совершенно очевидно, гадёныш будет мстить. А мою яхту сложно отследить. Она оснащена специальным оборудованием, подавляющим сигналы обнаружения. К тому же, мы будем постоянно в пути. На движущуюся цель гораздо сложнее напасть, нежели на статичную. Как только мои люди обезвредят Дзанетти, мы сможем вернуться к обычной жизни.

– Обезвредят – это значит… – лепечет русская. В её глазах снова появляется страх.

– Это значит, что тебе не надо забивать свою прелестную голову дурными мыслями. Лучше иди сюда, – притягиваю Софи к себе. – Я очень соскучился по моей сладкой девочке.

Накрываю рот девушки губами. Неторопливо целую. Исследую языком её язык. София отвечает. Чувственная малышка гладит мою спину руками. Прижимается к груди. Останавливается, чтобы перевести дыхание. Доверчиво смотрит в глаза. А потом снова целует.

Ныряю руками под подол халата. Веду пальцами по внешней стороне бедра. Поглаживаю и чуть сжимаю женские ягодицы.

– Ммм, на тебе нет трусиков, – выдыхаю в шею Софи. Прикусываю мочку уха.

– Просто у меня их вообще нет, – заговорчески шепчет девушка.

– Они тебе и не понадобятся пока ты со мной, – трусь кончиком носа о её нос. – Но если вдруг захочешь надеть, то в шкафу тебя ждёт небольшой гардероб. Мои люди купили кое-какие вещи.

– Спасибо! – София крепко обнимает меня и задевает простреленную руку. Морщусь от внезапной боли.

– Ой, извини, извини! – тут же спохватывается русская. – Очень больно?

– Нет, – вру. – Аморе, ты оденься и выходи к ужину в кают-компанию. Хорошо? Мне пока надо сделать пару звонков.

Как бы я ни хотел прямо сейчас завалить Софи на кровать и трахнуть, но боль в плече напомнила о том, что нужно выяснить у Дарио про его конфликт с Дзанетти. Если таковой вообще имел место быть. А ещё сказать Сандро, чтобы он разузнал мельчайшие подробности о личности двойника.

София

В шкафу висит целый модельный ряд женской одежды. Все вещи новые, о чём свидетельствуют этикетки. На ярлычках красуются названия ведущих брендов Италии. Офигеть! Когда Энцо успел купить это великолепие? Похоже, Спада всё рассчитал и был уверен, что мы с ним окажемся на яхте.

На нижней полке стоят коробки с мокасинами из тонкой замши, туфлями из нежной кожи и кроссовками. Отродясь у меня не было столько обуви!

В ящиках лежит несколько комплектов нижнего белья. Кружево цвета слоновой кости, чёрное, брусничное, лимонное и васильковое. Ух ты!

Выбираю тёмно-синий шёлковый комплект с белой ажурной отделкой. Трусики сели идеально, а вот лифчик немного маловат. Ерунда! Ни за что не сниму это божественное бельё.

Надеваю серые брюки из тонкой шерсти, голубую рубашку и кашемировый кардиган дымчатого цвета. Блин, да я охренительно выгляжу! Из предложенной обуви к моему наряду идеально подходят серо-синие мокасины.

Отыскать кают-компанию не сложно. Я просто иду на звук голосов. В просторном ярко-освещённом зале за большим столом сидит Лоренцо и мужчина лет сорока пяти в белоснежном кителе.

– Привет, София! – улыбается Энцо. – Познакомься. Это – Алессандро, наш капитан.

– Здравствуйте! – киваю. Совсем не так я представляла себе капитанов. Алессандро красивый. Поджарый, высокий, широкоплечий. Чёрные волосы зачёсаны назад. У него нет седой бороды и трубки в зубах.

– Рад знакомству, синьорина София, – награждает меня учтивой улыбкой морской волк, который на самом деле больше похож на актёра.

– Ты не стой, присаживайся, – Лоренцо показывает глазами на стул, который стоит рядом с ним.

Пока капитан и хозяин судна обсуждают что-то на итальянском, я рассматриваю кают-компанию. Стены отделаны светло-ореховым деревом. Одну из них украшают старинные часы с маятником. На другой висит картина с морским пейзажем. По диванам молочного цвета разбросаны декоративные подушки. Их палитра разнится от белого до бежевого, от светло-голубого до индиго.

В зале много окон. Днём, наверняка, из них открывается потрясающий вид на море. Но сейчас на улице царит кромешная темень.

В кают-компанию заходит матрос.

– Разрешите? – произносит парень для проформы и ставит на стол, накрытой светлой льняной скатертью, ведёрко со льдом, из которого торчит горлышко бутылки шампанского.

Через несколько минут всё тот же матрос приносит большой серебристый поднос с двумя фарфоровыми блюдами. На одном из них лежат свежие устрицы с лимоном, на другом – ассорти из маленьких осьминогов, мидий, кальмаров.

– Приятного аппетита, – Алессандро встаёт из-за стола.

– Спасибо! – отвечает ему Энцо.

Когда капитан уходит, я спрашиваю:

– А почему он не остался ужинать с нами?

– Не знаю. Не захотел. Я предлагал, – пожимает плечами Лоренцо.

Спада откупоривает шампанское. Разливает его по фужерам. Успеваю заметить, что итальянец поморщился от боли в руке, когда удерживал пробку, чтобы она не выстрелила.

– Знаешь, я не очень хочу есть, – признаюсь Энцо.

– Аморе, ну хоть устрицы попробуй! Они свежайшие!

– Никогда не ела устриц. На вид они не слишком