Развод. Прощай, предатель - Вивиан Фокс

— Прости за опоздание, — произносит запыхавшийся Платон. — В последний момент заказчик решил, что хочет все же другой шрифт.

— О, мне жаль.

— Все нормально, — отмахивается он. — Я уже все переделал, и он согласовал. Пойдем?

Наши собаки сплетаются поводками, как делают чаще всего, потому что, едва завидев друг друга, сразу начинают беситься. Мы двигаемся вглубь парка. Я слушаю рассказ Платона об этом заказчике, а он — о забавных клиентах магазина. И все вроде как обычно, но… но что-то изменилось между нами. Я прямо чувствую, как мы утрачиваем легкость общения. Она утекает, как вода сквозь пальцы.

— Платон? — не выдерживаю и прерываю на полуслове.

— Да?

— Что-то не так?

— В каком смысле?

— Не знаю, — всматриваюсь в его карие глаза, которые сегодня больше блуждают, чем сосредоточенно смотрят на меня. — Ты мне скажи. Что-то с тобой не так. Это ты из-за клиента такой?

— Какой?

— Не знаю. Другой.

Он делает глубокий вдох и медленный выдох, а потом останавливается и смотрит на меня в упор.

— Короче, Саш, я это… — он чешет затылок. — Я не умею там это все.

— Что все? Платон, выражайся яснее.

— Ну, это все про отношения, — он показывает жестом на пространство между нами. — Короче, я хочу пригласить тебя на свидание. Вот, — тяжело выдыхает он, а я начинаю улыбаться.

— И ты из-за этого так переживал?

— Ну да, — растерянно отвечает он и слегка хмурится.

— Совершенно зря, — отвечаю с легкостью, на которой сама себя с удивлением ловлю. — Я с радостью пойду с тобой на свидание.

— Правда? — его лицо светлеет от широкой улыбки.

— Правда, — киваю.

— А это… Саш, ничего, что ты только с мужем недавно развелась? Я не буду типа запасным аэродромом?

Я делаю шаг ближе к нему, и его глаза расширяются, когда я сближаю наши лица. Становлюсь на носочки и касаюсь его щеки губами. Всего на короткое мгновение, но этого достаточно, чтобы дать ему понять, что я уверена в своих действиях. Возвращаю пятки на землю и смотрю в глаза Платона.

— Я ведь хочу на свидание с тобой, а не с аэродромом.

Платон беззвучно смеется.

— Тогда ладно. Тут неподалеку есть классное кафе. Там это… итальянская кухня. Пицца вкусная.

— Остановись, — мягко прерываю его. — Я пойду с тобой на свидание, но не сегодня.

— Да? Почему?

— Ну ты же понимаешь, я с работы. Уставшая, в рабочей одежде. А это свидание. Я хочу выглядеть идеально.

— Блин, ты даже в трениках будешь идеальная.

— Мне приятно, но…

— Я понял-понял, — быстро перебивает он. — Свидание должно быть типа запланировано, все дела. Тогда я заеду за тобой. С цветами. Заберу тебя на свидание. Так идет?

— Да.

— И даже надену брюки.

— А вот это не обязательно, — качаю головой. — Я хочу в пиццерию, а классические брюки будут там неуместны. Так что твои очаровательные рваные джинсы отлично подойдут. В субботу. В шесть вечера. Адрес сброшу сообщением.

— Годится, — радостно кивает Платон. — Офигеть, официальное свидание, — улыбается он, и мы продолжаем прогулку.

Офигеть! Официальное свидание!

Я сама в шоке. Интересно, теперь я могу считать, что двинулась дальше, оставив позади своей неудачный брак?

Глава 26

— Может, кетчуп? — суетится Платон, когда нам приносят пиццу. — Или чесночный соус?

Я качаю головой с широкой улыбкой.

— Спасибо, но, думаю, в пицце достаточно томатного соуса.

— Да, точняк, — выдыхает он и наконец берет в руку стакан с соком. — Блин, что-то я нервный какой-то.

— Я тоже так давно была на свиданиях, что нервничаю, — слегка понизив голос, признаюсь.

— По тебе незаметно.

— Значит, мне удается успешно притворяться.

— Так себе качество.

Я бы могла сказать ему, что после пяти лет жизни в высшем обществе притворство становится частью натуры. Но не стану посвящать Платона в свою жизнь. То ли не готова до конца открыться, то ли мне стыдно за то, как я жила. Хотя чего мне стыдиться? Я, как и все, просто хотела беззаботной жизни. И она была таковой до недавнего времени.

Мы болтаем обо всем на свете, кроме моих личных проблем. Платон рассказывает о работе, Пикселе, визите к родителям в предстоящие выходные, а я, как всегда, — о клиентах магазина и Сахарке. Больше мне рассказывать не о чем. Вся моя жизнь сузилась до пределов работы и дома. Это пока еще непривычно для меня, потому что за пять лет я привыкла к насыщенной социальной жизни, а тут мне внезапно пришлось остановиться. Но, наверное, и такое замедление может пойти на пользу.

После пиццерии мы прогуливаемся по парку.

— Так странно гулять без собак, — улыбается Платон.

— Да, мне тоже.

— Но с тобой приятно это делать, — произносит он и внезапно берет меня за руку.

У меня странные ощущения от этого жеста. Казалось бы, вполне закономерно, что наши с ним отношения будут развиваться в эту сторону. Мы оба симпатичны друг другу, сегодня у нас свидание. Было бы, наоборот, странно, если бы Платон не попытался пойти немного дальше. Но я все равно ощущаю какой-то дискомфорт от того, что моя ладонь утопает в чужой. В незнакомой, не такой горячей, как у бывшего мужа, пожатие не такое крепкое и уверенное.

Не хочу никого сравнивать с Сергеем! Хочу забыть его! Хочу наконец увидеть Платона целиком! Перестать пытаться рассмотреть в нем черты другого мужчины, и наслаждаться тем, что он — это он. Но пока это слишком сложно.

Мы доходим до моего дома. Я не забираю свою руку. Хочу дать нам шанс. Попытаться ощутить медленно зарождающуюся связь между нами. И пусть на это уйдет больше времени! Столько, сколько нужно. Нам некуда торопиться. К тому же, мне на самом деле нравится Платон. У нас много общего. Никто из нас не родился с золотой ложкой во рту, каждый пробивался в этой жизни, как мог. Платно многого добился, и я понимаю, что хочу так же. Стать независимой, обрести профессию, от которой раньше отказалась. Перестать считать каждую копейку и наконец дать себе шанс стать по-настоящему цельной и счастливой.

— А где ты учился графическому дизайну? — спрашиваю Платона, когда мы останавливаемся у моего подъезда.

— В универе.

— О, понятно, — чуть скиснув, отзываюсь я.

— Почему ты погрустнела? — спрашивает он и поднимает мою голову за подбородок, чтобы я смотрела ему в глаза.

— Это очень долго. И дорого, наверное.

— Я учился на бюджетном отделении.

— Мне это недоступно. Я ненавидела учиться в школе, и еле ее закончила. Учеба — это не мое. Вот если бы мне сразу давали материал, который пригодится в работе,