Прекрасный Грейвс - Л. Дж. Шэн

– Господи, Дом. Ты что творишь? – произношу я, провожая его внутрь.

– Ищу дорогу к твоему сердцу через романтические поступки… ну или мне хочется, по крайней мере, на это надеяться. – Он стряхивает с себя капли дождя, как собака, которую только что помыли. – Ну что, сработало?

Я смеюсь в ответ.

– Не сработает, если в итоге подхватишь пневмонию. А если мне придется навещать тебя в больнице, то буду очень сильно на тебя злиться. Не горю желанием расхаживать по больницам.

– Ха! – Он поднимает победный кулак к небу. – Так и знал. Я ей не безразличен.

Достаю одеяло из-под кассы, на котором обычно моя начальница Дженнин разрешает спать своей собаке. Оборачиваю его вокруг плеч Доминика.

– Надеюсь, у тебя нет аллергии на собак. По размеру это одеяло сравнимо с семью собаками.

– Ты задушишь меня своей любовью. Больше не могу сдерживаться. – Дом наклоняется ко мне и осыпает мое лицо безудержными, неистовыми поцелуями. Губы его холодные и влажные. Я тихонько хихикаю, пятясь назад в попытке схватить его за лицо и отпрянуть. Но он упорно следует за мной через все помещение, пока я не прижимаюсь спиной к стене, и мы оказываемся далеко от витрины, между прилавком с кристаллами и комплектами таро. Дом с грохотом роняет цветы и шоколад на пол. Он продолжает стремительно спускаться поцелуями к моей шее. С каждой минутой моя энергия, необходимая для заботы об этом свихнувшемся человеке, ослабевает, уступая место острой потребности в нем.

Он хватает меня за задницу и приподнимает на руки, чтобы я обхватила ногами его талию. Затем прижимает свой таз к моему. Я стону сквозь поцелуй, тяну его за волосы, чтобы придвинуть к себе поближе. Потом вдруг вспоминаю, что у него и в самом деле может начаться воспаление легких, поэтому беру себя в руки.

– Ну же. Дай мне осмотреть тебя, – задыхаясь, говорю я, наконец-то сумев удержать его лицо в неподвижном состоянии. Он выглядит немного побледневшим и замерзшим, но в целом на вид здоров.

Он шаловливо шевелит бровями, делая вид, что прикусывает кончик моего носа.

– Здравствуйте! Привет. Это я, Дом. Давай целоваться.

Я чуть не померла со смеху с этих фраз.

– Ты чокнутый, Дом, ты в курсе?

– Ну не я же виноват, что ты такая красотка, – он целует краешек моей челюсти, – и занятная. – Затем переходит к подбородку. – И… хм, дай-ка подумать… одаренная. – На этот раз он продвигается южнее, к моему горлу.

– Погоди секунду. – Провожу руками по его груди. – Ты насквозь промок. Иди домой и прими горячую ванну. Я приду выхаживать тебя, как только завершу свою экскурсию.

– Не слушала новости? Работу отменили. За окном гроза. – Он указывает на бурю, разразившуюся снаружи. – Звони своему начальнику и спрашивай, работаешь ли ты сегодня. Мы оба знаем, что тебе ответят.

– Я не могу бросить работу, Дом.

– Да никто тебя не спрашивает. Я не сомневаюсь, что ты у меня самый лучший гид в мире, но ведь никто не придет, и нам обоим это известно.

Я нерешительно достаю телефон и звоню Дженнин. В ее собственности и колдовской магазинчик, и организация ночных экскурсий. В ответ раздается сиплый кашель курильщика.

– Сумасшедшая погодка, не правда ли? Не наблюдала такого с восьмидесятых. Главное, чтобы не пропало электричество. Я уже слишком стара для всего этого дерьма, – у нее привычка заводить разговор откуда-то с середины.

– Именно по этому поводу я вам и звоню. – В ту же секунду, когда отвечаю ей, дерево обрушивается на линию электропередачи. На улице валяется куча проводов и веток. – Черт. Думаю, стоит позвонить в 911 и сообщить об этом, – предлагаю я.

– Будет сделано. – Дом набирает номер экстренной службы и направляется в мини-кухню в задней части магазина, оставляя повсюду следы мокрых ботинок.

– Полагаю, ты уже нашла ответ на свой вопрос, – слышу, как Дженнин зажигает сигарету.

– Да, мэм.

– Никто в здравом рассудке не станет выходить из дома в такую погоду. Не говоря уже о том, что если ты заболеешь, то пропадешь на гораздо больший срок, чем на пару дней. Я договорюсь об отмене смены.

Только я кладу трубку, как рядом со мной снова появляется Дом.

– Помощь уже на подходе.

– Спасибо. Я свободна весь оставшийся день. – Поднимаю с пола цветы и коробку конфет, прижимаю их к груди. – Это очень мило.

Доминик улыбается. Он такой хороший. Такой полный жизни.

– Ну да, я милашка.

– Так и есть. Но мне потребуется время, чтобы привыкнуть к тебе такому.

Дом делает шаг навстречу и заправляет прядь моих волос за ухо.

– Мне принадлежит все время в мире, – говорит он не спеша и многозначительно. – По крайней мере, я надеюсь, что это так.

– Давай нальем тебе ванную. Кто первый до машины? – вбрасываю я, вырывая нас из разговора. На секунду все стало вдруг каким-то сложным.

– Чьей машины? – Он схватил меня за воротник рубашки, нахмурившись. – Моей или твоей?

Задумалась.

– До твоей. Позже подбросишь меня сюда. Но заниматься сексом мы не собираемся, – просто озвучиваю это на случай, если у него возникнут какие-нибудь идеи. Мне безумно симпатичен Дом, но я еще не чувствую себя готовой. Помимо того, я до сих пор не верю, что заслуживаю хорошего в жизни. Ведь я еще не на 100 % рассталась с Джо.

– Так точно. Секс не предусмотрен. – Дом делает жест пальцами, будто отдает честь.

И вот мы несемся к его машине, хохочем, толкаем друг друга и пытаемся спастись от дождя, пригнув головы. Оба негласно признаем происходящее.

Признаем то, что я не приеду за своей машиной сегодня вечером.

Я планирую переночевать у него. Мы будем нежиться в объятиях, смотреть фильмы, вместе готовить и целоваться. Притворюсь хотя бы на один прекрасный день, что я самая что ни на есть обыкновенная девушка. Такая же, как Нора.

Ведь где-то в глубине души я думаю, что по-прежнему остаюсь обыкновенной.

Глава 9

За четыре недели, минувшие после шторма, мы с Домом многое вместе пережили.

Мы дважды съездили в Бостон – первый раз в зоопарк, а второй – покататься на пароме по гавани (или хавани, как он