Неверная жена - Лина Коваль

Глава 26. Виктория

Пробудившись, не глядя на рядом лежащего Матвея, ползу в душ. Часы, встроенные в телеприставку, показывают, что сейчас ровно полдень. Маша с Марком возвратятся ближе к вечеру, поэтому у меня есть время подготовиться. В ванной комнате влажно и пахнет Матвеем. Как он умудряется везде оставлять свой восхитительный аромат, не понимаю?

Заворачиваю волосы в узел на макушке, испытывая лёгкую болезненность после того, как мой любовник чересчур увлёкся ими. Смываю с туловища засохшие белые пятна и насухо вытираюсь. Между ног неприятно саднит, но все равно только что был абсолютно точно лучший секс в моей добропорядочной жизни. Может, у меня какие-то отклонения, если меня так вставляет грубость?

Не прикрываясь, выхожу из ванной.

В спальне довольно прохладно и свежо от работающего кондиционера. Матвей дрыхнет на спине, его пах укрывает тонкая простыня, сквозь которую вижу контуры полуэрегированного члена.

Словно ощутив внимание, светло-серые глаза резко раскрываются, проходятся по моей обнажённой фигуре, задерживаясь на холмиках чувствительной груди. Тело под простынями чуть содрогается, а бугор в области паха становится явственнее.

— Что затихла? Иди ко мне, — хрипит он, изображая призывной жест ладонью.

Как заворожённая подступаю к кровати и подцепляю пальцами простыню, медленно скидывая её с Матвея.

Его упрямая рука дотягивается до моих ягодиц и чуть сдавливает каждую по очереди, возбуждённые глаза бессовестно шарят по телу. И останавливаются на лице.

— Чем займёмся? — двусмысленно вздымает бровь, губы разъезжаются в улыбку с обворожительными ямочками.

— Поиграем? — спрашиваю, шаря глазами по номеру в поисках необходимого.

— Пф-ф, — вытягивает он. — А призы будут?

— Будут — говорю, идя к зеркалу с прилегающем столиком, на котором в отеле, как правило, оставляют различные мелочи. Обнаруживаю то, что нужно, и подготавливаю.

Затем разворачиваюсь к Матвею, ещё раз жадно окидываю взглядом бронзовое тело на белоснежной простыне. Бог мой, не верится, что я вообще творю?

Закусив губу, снова прохожу к кровати и останавливаюсь у изножья.

— Так, смотри.

— Мы во внимании, — похабно произносит он, разминая ладонью возбуждённый член.

На мгновение зависаю, заворожённая этим процессом. Глаз не могу отвести!

Твою мать!

Я хочу сделать с ним то, что задумала до самого конца. Никогда не жаждала мужское тело настолько сильно, как в этот момент.

— Смотри, — начинаю, демонстрируя ему небольшой спичечный коробок с эмблемой турецкого отеля. — Здесь две обычных спички.

— Угу, — кивает Матвей.

— Моя спичка длинная, твоя короткая. Вытянешь свою — будешь делать со мной, всё, что пожелаешь. Если длинную — я совершаю всё, что захочу с тобой, — облизываюсь ещё раз, глазея на поступательные движения его ладони на члене.

— Хм-м, занятно, — нацеливается на мои руки. — Я останавливаю свой выбор на той, что ближе к окну.

Кровожадно ухмыляюсь, вынимая между пальцев длинную спичку.

— Пиздец, Вика, — шепчет. — Я уже почти кончил.

— Попробуй только, — предупреждаю сипло, взбираясь на кровать и подползая к его паху, усеянному короткими светлыми волосками.

Эмоций полным-полно, так, что я, по-моему, дышу через раз. Здесь и какая-то безвыходная порочность, дикое возбуждение и ужас, что ему не понравится.

Для него минет — это, как в магазин сбегать. Ему перед рабочим днём на парковке отсасывают, сама же видела. Мы же с мужем нечасто практиковали оральные ласки.

Если быть точной, всего пару раз.

Прикасаюсь пальцами к нежной бархатной коже. Его член поразительно красивый и тугой, с бледно-розовой внушительной головкой и немного вздутыми венками. В руке ощущается совершенно горячим и мягким.

— Смелее, — шепчет Матвей, делая кругообразное движение упругими бёдрами навстречу моему лицу.

Промакиваю языком горящие от его поцелуев губы и провожу ими по уздечке, чувствуя грузное мужское дыхание. Сживаюсь с ощущениями, Матвей приятно пахнет даже в этом месте, никакого отторжения или отвращения, как было с Лёшей.

С увлечением считываю собственные чувства, когда погружаю головку в рот и облизываю её языком, словно подтаявшее мороженое.

Матвей нетерпеливо закидывает правую руку за спину и приподнимает подушку, чтобы лечь чуть выше и удобнее наблюдать за движениями моего рта.

— Ну же, давай, Вика. Соси. Ты что минет никогда не делала? — щурится.

— Заткнись, Андреев, — говорю, вынув влажный ствол изо рта. Стискиваю его ладонью, втирая в кожу свои слюни и смазку.

Это жуть как меня возбуждает. Между ног мокро и горячо так, что хочется спустить туда свою руку и проконтролировать, но я держусь. Сжимаю внутренние мышцы, чтобы задержать это ощущение подольше.

Предпринимаю ещё одну попытку и погружаю член в полностью в рот, непристойно причмокивая им.

— Пиздец, — ревёт Матвей и снова собирает мои волосы в хвост, насаживая голову до упора и управляя скоростью проникновения.

Оказывается, это дико приятно — доставлять наслаждение мужчине, который нравится тебе безоговорочно, до каждой клеточки его тела и души. Если выпустить на волю условности и чувство стыда, конечно.

Двигаюсь ртом все быстрее и быстрее до тех пор, пока не чувствую, как Матвей освобождает меня и щедро кончает на мои губы, которые я тут же облизываю.

— Моя очередь, — говорит он, трудно дыша и отбрасывая меня на кровать рядом с собой.

Коротко целует в губы и сползает к груди, забирает ртом соски и пропускает каждый через свой горячий язык.

Сжимаю светлые волосы на его голове, отчаянно желая продолжения. Он скользит ниже и облизывает по кругу узкий пупок.

Широко разводит мои ноги в стороны. Рассматривает меня внизу внимательно, от чего непроизвольно хочется закрыться.

— Я был груб, извини, — произносит, вздевая глаза. — Тебе больно?

— Немного неприятно, но мне все равно понравилось. Очень.

Он кивает и, удерживая ноги, наклоняется к мокрым складкам. Ведёт вдоль по ним неспешно языком, отчего моё тело прошибает пульсирующий ток, а изо рта выбивается тягучий всхлип.

— Как ты хочешь? — спрашивает Матвей — С пальцами?

— Нет, — чуть морщу носик.

— Говори, если что-то не так, окей?

Я киваю, и Матвей, не сдвигая глаз с моего лица, бьёт кончиком языка по самой чувствительной точке. Словно раскачивая её из стороны в сторону, продолжает пытку. Влажно ласкает, следя за трансформациями на моем пылающем лице. Через пару минут его заигрываний с клитором я разрываюсь самым ослепительным сексуальным оргазмом в моей жизни.

Матвей сдерживает ноги, и не отлепляется от источника удовольствия до тех пор, пока меня не перестаёт потряхивать.

— Тебе понравилось? — узнаёт чуть отстраняясь.

— Да-а-а, — отвечаю со стоном, заваливаясь на подушку.

— Ты очень вкусная, — говорит он, облизываясь. — Хочешь попробовать?

Задрав голову, рассматриваю его откровенное лицо, сверкающие глаза и увлажнённые губы, быстро киваю, привлекаю его за руки к себе, крепко целуя. Поглаживаю крепкие плечи