Тише, ты - моя - Алена Худова

— Почему моя любимая девочка плачет? — спросил мужчина так мягко и заботливо, что теперь я зарыдала с полноценными всхлипами.

— Н-не знаю, — честно призналась я. — Я ничего не понимаю.

— Разве это плохо? — мужчина вновь вернулся к аккуратным ласкам моей промежности. — Я — твой Господин, твой Доминант, и я пообещал, что не причиню тебе зла. Все остальное не должно тебя волновать.

Превозмогая нервные всхлипы и такое, как мне казалось, ненормальное возбуждение, я вновь зажмурилась и попыталась довериться Страму.

Его руки творили что-то невозможное. По логике вещей все манипуляции мужчины должны были приносить мне лишь сексуальное возбуждение и удовольствие. Но в этом действительно было нечто большее, чем просто ласки.

Я не была зажатой девственницей или ханжой, но сейчас я как будто впервые в жизни узнала, что у меня есть тело. Опытные прикосновения Страма заставляли меня чувствовать себя, упиваться своей сексуальностью, ощущать себя желанной и такой естественной! Я трепетала от каждого прикосновения и впервые в жизни так всецело доверяла мужчине. И не просто доверяла.

Я хотела, чтобы он был главным. Главным до такой степени, чтобы затмить мои мысли и разум. В этом было что-то такое естественное, притягательное, я бы сказала правильное. Я словно чувствовала себя на своем месте. Но где именно мое место? Рядом с этим мужчиной, или мне действительно нравятся сессии?

Но дальше думать я уже не могла.

— Моя умничка, — похвалил меня Страм, будто прочитал мои мысли. — Теперь ляг на животик.

Мужчина мягко подтолкнул меня в спину, и я распласталась на кровати, потревожив зажимы лишними движениями. Но это была приятная тревога. Кожу сладко тянуло, а любое воздействие на чувствительные точки кружило голову.

— Ты все схватываешь на лету, — Страм вытянул мне руки параллельно кровати. — И теперь, когда ты так безоговорочно принимаешь мою власть над собой, я проведу для тебя последнее на сегодня испытание. Глубоко дыши, маленькая.

Я вдохнула полной грудью, а мужчина тут же щёлкнул браслетом на моём запястье и приковал одну мою руку к ремню с колечком, что тянулся откуда-то сбоку и снизу.

Я удивлённо дернулась, но ту же учесть постигло и вторую мою руку. А когда Александр широко развел мне ноги и дотронулся до браслета на щиколотке, я испугалась, что игра становится небезопасной.

— Ни одного слова! — приказал Страм и приковал левую щиколотку. — Ты поняла меня, Луна? Ни одного! Ты должна принять меня и мою власть молча.

Щелк! И вторая нога оказалась в плену. Я была напугана, обездвижена и кажется у меня начиналась паника.

Глава 15.

— Все хорошо, маленькая, — Страм прошёлся ладонью по моей спине. — Тебе больно?

Я отрицательно мотнула головой, помня, что должна молчать. Но как я не убеждала себя, что это лишь игра, теперь эта самая игра внушала мне страх.

— Все правильно, — подбодрил меня он. — Мне нравится, что ты не теряешь голову.

Затем он прошёлся вдоль кровати и взял подушку. Однако эта была какая-то специальная подушка в форме треугольника: с высокой вершиной, покатыми боками и большим основанием.

Страм просунул эту подушку мне вниз живота, тем самым мужчина приподнял мне ягодицы. В своих действиях Александр задевал поясок в резиночками и зажимами, а те в свою очередь тревожили мои плененные складочки.

Я выдохнула короткий стон и вновь зажмурилась, устыдившись своей несдержанности.

— Что чувствует моя девочка? — Страм легонько смял мои ягодицы, вновь и вновь заставляя зажимы двигаться. — Я хочу услышать это от тебя. Сейчас говори со мной.

Я снова отчаянно застонала, не в силах это терпеть.

— Говори! — строже приказал он. — Иначе я усилю воздействие

— Я хочу Вас... Господин! — я задохнулась от очередной манипуляции с зажимами. — Пожалуйста! Возьмите меня! Я больше не смогу!

— Сможешь, — хитро проговорил он и прошёлся пальцами между моих раскрытых складочек. — Я хочу услышать от тебя полный ответ. Соберись.

Я начала двигать бедрами в ритм прикосновений мужчины, пытаясь хоть так поймать спасительную разрядку, но мужчина прекрасно знал, как не допустить этого.

— Мне ужасно стыдно! — сдалась я. — Я в таком положении... И ничего не могу сделать... Мне хочется ещё! Я вся горю изнутри. Меня разрывает... Моя грудь... Дотроньтесь до нее, прошу!

— Хорошо, — в голосе Страма послышалось удовлетворение. — Продолжай говорить. Какие мысли сейчас в твоей голове?

Мужчина сел сбоку от меня, а затем запустил свои руки между покрывалом и моей полуобнаженной грудью. И я протяжно застонала от ещё большего возбуждения.

— Больше не могу... — мой голос сорвался, но очередной стон вновь вернул мне его. — Хочу, чтобы Вы взяли меня, Господин Страм. Сильно, даже грубо, только чтобы унять это возбуждение. Прошу! Я схожу с ума! Я заживо...

Я не смогла договорить, так как теперь мои стоны не прекращались.

Страм ласкал мне грудь, то больно сжимая в ладонях, то стягивая пальцами вершинки и оттягивая их, а то принимался их крутить, доводя меня до неадекватного состояния.

Как бы между делом Александр чуть подтянул поясок повыше к моим рёбрам, зажимы затянулись ещё сильнее, и я уже сорвалась на крик.

— Хорошо, Луна. Теперь ничего не говори. Но можешь стонать и кричать.

Я услышала, как мужчина принялся снимать брюки, и закусила губу от предвкушения. Страм раскрыл мои складочки ещё шире, провел большим пальцем вокруг моего лона и проник в меня им.

Не помня себя от безумия и перевозбуждения, я что-то выкрикнула, подалась навстречу бедрами и одновременно с этим принялась тереться грудью о подушку. Страм довел меня до такого состояния, что я не контролировала свои крики, движения и желания. Я как обезумевшая мартовская кошка лишь кричала и прогибались в пояснице, чтобы получить спасение.

В какой-то момент я снова зарыдала от бессилия и от того, что мужчина специально издевался надо мной. Но даже в этот момент мне не хотелось его останавливать. Ведь если остановлю, то, возможно, ничего уже не получу.

Тогда Страм извлёк палец из моего лона и вторгся в меня резко и неожиданно. От его толчка я подалась вперёд, чуть раскачиваясь на привязанных руках.

Эффект качания прибавил ещё больше беспомощности в мое положение. Я ведь даже не могу остановить свое тело.

А Страм, крепко ухватив меня за бедра, принялся жёстко