Он хочет тебя - Дилноза Набихан

да и после на такое не жаловался. Впрочем, она сразу же завладела моим вниманием, ведь только увидев её, я потерял себя и сам не заметил, как женился. Нет, это оказалось обдуманным решением. Дарина не была особенной, но для меня она стала единственной женщиной, за которой я пошёл бы на край света.

Она досталась мне девственницей, хотя подобное оставалось для меня и не столь важным. Я сам научил её всему в постели и никогда не ревновал, потому что ни разу не было повода. Мы жили спокойно и счастливо, что продолжалось до тех пор, пока однажды меня не нашла мама. В общем-то, я не особо от неё и скрывался. Все знали, где меня можно было найти. И всё же её появление на пороге нашей съёмной квартиры стало для меня неожиданностью. Хорошо, что в то время Дарина была не дома, а на работе.

— Ты? — спросил я, не сумев скрыть собственного удивления.

Мать была последним человеком на Земле, кого мне тогда хотелось увидеть.

— Здравствуй, сын.

Как и всегда, моя родительница была сама элегантность. Её речь звучала сдержано и спокойно, а я же стал медленно закипать.

— Чего тебе?

— Ты не впустишь свою маму в дом?

Пока я пребывал в лёгком шоке, то и не заметил, как она вошла, даже не сняв обувь и оставляя на полу грязь. Машинально отметив последнее, я забеспокоился насчёт того, как бы Дарина не заметила эти следы. Или же, не дай Бог, вернулась домой пораньше.

— Значит, здесь вы и живёте.

Я не очень удивился, когда она заговорила о моей жене. Мне было известно, что люди матери следили за мной. Для меня так и не вышло вырваться из-под её контроля.

— У тебя есть пять минут, чтобы рассказать о цели визита. Если снова начнёшь разговор об отце, то можешь сразу уходить. Где находится дверь, ты прекрасно знаешь. Закроешь с той стороны! — процедил я сквозь зубы.

— Пяти минут хватит, — ответила она, проходя вглубь квартиры и усаживаясь на диван, а затем брезгливо поморщившись.

— У тебя осталось четыре минуты и сорок семь секунд, — напомнил я, напряжённо смотря ей в глаза.

— Ты должен вернуться домой, сын. Тебе нужно взять управление компанией в свои руки. Твой брат отказался от нас, сбежав с какой-то шалавой! — проговорила мать, и в её голосе было столько злости, что мне стало даже немного весело.

— И правильно сделал. Давно пора было свалить из вашего курятника!

— Захар! — прикрикнула она на меня.

Если бы мне было лет десять или около того, то я бы непременно бы испугался повышенного тона, но так меня просто пробрал смех.

— Я уже двадцать четыре года, как Захар. И если на этом всё, то тебе пора.

— Ты ещё не собрался.

— А ты не поняла? Я никуда с тобой не пойду. Я ушёл. Я не твой сын. Я не имею никакого отношения к семейству Муратовых! Всё! Тот Захар, которого ты знала, кого родила и вырастила, умер именно в тот момент, когда узнал всю правду! И я не принадлежу тебе. Ты не имеешь больше права мне что-то указывать!

Станислава Тарасовна только вскинула бровь, окинув меня насмешливым взглядом. Забросив одну ногу на другую, она вальяжно откинулась назад.

— А если я расскажу твоей жене о том, кто ты на самом деле? Как думаешь, она сможет жить с тобой, зная о том, чей ты сын? Хотя, конечно же, я сомневаюсь, что она и сама не знает об этом. Она, как и многие другие девушки, просто любит ошиваться вокруг таких, как мы, — самоуверенно заявила она.

Мне же от одной лишь мысли о том, что Дарина могла узнать правду, стало дурно. Прошлое, от которого я бежал последние несколько лет, настигло меня в самый неподходящий момент.

— Вижу, что ты не хочешь этого, сынок, — продолжила мама. — Не огорчай меня и вернись со мной домой.

— Какая же ты! — выплюнул я, просто не находя подходящих слов, чтобы описать её гнилую душу.

— Даю тебе неделю, чтобы ты вернулся. Причём вернулся так, чтобы никто не узнал о том, что ты был женат на этой безродной девчонке! Я и так прикрывала тебя всё прошедшее время, подтирая твою задницу! Подумать только! Сын самого Юрия Муратова работает обычным охранником, да ещё и поёт в клубе! Что подумают все наши родные и знакомые, если эта новость пройдёт в СМИ? Если бы твой отец был ещё жив, всего бы этого не было!

— Я тебя услышал, а теперь будь добра, покинь мой дом!

— Не забывай, у тебя есть только неделя, чтобы вернуться. Хватит с тебя, поиграл и будет! Эта девчонка не наш уровень. Она совершенно безродная пустышка!

Её слова били меня наотмашь. У Дарины не было матери, а ещё не совсем ладились отношения с отцом, но всё вовсе не значило, что она заслуживала подобного отношения. Впрочем, что-либо доказывать этой женщине оставалось абсолютно бесполезно.

— Не имею ничего против, — не унималась она, — чтобы ты сделал её любовницей, но в роли твоей жены я её не потерплю!

— Заткни свой поганый рот! — Я и сам не заметил, как закричал на неё, отчего Станислава Тарасовна испуганно замерла. — Ещё одно оскорбление в её адрес и…

Моргнув, я поднял голову, когда услышал стук в дверь, буквально заставивший меня вынырнуть из воспоминаний. Когда же на пороге появилась Дарина, то я потерял дар речи.

— Меня отправил Вениамин Иванович, — проговорила она. — Сказал, что ты сам всё знаешь.

Разозлившись, я и не заметил, как поднялся на ноги и медленно подошёл к ней, заставив её тем самым попятиться и упереться спиной в дверь. Уперев руки, сжатые в кулаки, по обе стороны от неё, отрезал пути к отступлению. Я хорошо помнил, что обещал мне начальник бывшей. Он в качестве подарка собирался отправить ко мне какую-то из своих девочек, так… Неужели Дарина была его любовницей? Неужто она опустилась до этого?

С трудом обуздав гнев, я наклонился пониже и вдохнул в себя её естественный аромат. За прошедшие годы она так и не научилась пользоваться духами, потому что терпеть их не могла. Медленно положив ладонь ей на плоский живот, я неторопливо вытащил конец блузки из-под пояска юбки, чтобы запустить пальцы под ткань, ощущая тепло кожи. Дарина тут же напряглась, и её дыхание стало прерывистым и шумным.

— Что ты делаешь? — запричитала она истерично, пытаясь меня оттолкнуть.

Впрочем, я был слишком пьян и зол, чтобы волноваться об её чувствах.