Он хочет тебя - Дилноза Набихан

июня одна тысяча девятьсот девяностого года в семье бизнесменов — Юрия Муратова и Станиславы Муратовой. Семейное положение: никогда не был женат, встречается с моделью Валерией Ковальской. В данный момент, после смерти Юрия Муратова, управляет семейным бизнесом. Что? Так он, получается, сын бизнесмена?

Нахмурившись, я вырвала из рук Иры мобильный. Это не могло быть правдой. «Почему он не рассказал мне о своей семье, когда мы были в браке?» — задалась я вопросом, но вслух пробормотала лишь одно:

— Ничего не понимаю.

Раньше у меня не было совершенно никаких вопросов о том, откуда у него взялся бизнес. Я просто не думала об этом. Теперь же, когда стало известно, чьим он являлся сыном, мне стало страшно за Марину.

— Погоди.

Ира куда-то нажала на страничке с информацией о моём бывшем, и в новом окне всплыли новые данные о нём.

— Завидный холостяк Захар Муратов и его невеста Валерия Ковальская, — озвучила она заголовок и фыркнула.

Что до меня же, то мне резко стало дурно.

— Силиконовая баба, — продолжая читать, бросила подруга. — Вот уж не думала, что его интересуют искусственные девушки. Эй, Дарина? Что с тобой? Ты побледнела!

— Й-а… Отойду немного, — выдохнула я и отмахнулась, вставая и уходя в дамскую.

Мне требовалось немного прийти в себя. Открыв воду и совершенно не думая о макияже, я ополоснула лицо, а затем потрогала мокрыми руками шею. От влаги по щекам потекла тушь, и мой внешний вид стал жутковатым.

Из-за недосыпа под глазами у меня появились тёмные круги, которые я скрывала слоем тональника, тогда как бледность кожи не могли замаскировать даже румяна. В какой-то момент мне вдруг стало смешно и просто неудержимо захотелось рассмеяться от собственной тупости. Я была полной идиоткой! Пока я страдала из-за измены любимого человека, он спокойно продолжал жить. Вон, даже невестой обзавёлся!

Я понимала, что ревновала его, хотя он этого и не стоил. Ему было на меня наплевать, так почему же я продолжала страдать? Слёзы ручьями текли по лицу, пока я пыталась перестать смеяться, сама не заметив, как очутилась на полу, одной рукой опираясь на стену.

— Дарина! О Господи! — воскликнула появившаяся рядом Ирина, быстро опускаясь на корточки и обнимая меня, а я доверчиво прильнула к ней и уткнулась носом в её плечо. — Прости меня, дуру, не стоило мне искать ничего о нём в интернете!

— Больно! — всхлипнув, пожаловалась я. — Ир, почему так больно?

— Всё, дорогая, сейчас всё пройдет. Потерпи, ты же сильная. Давай ты приведёшь себя в порядок, и мы вернёмся в зал. А то ещё Маринка испугается, когда не найдёт там тебя.

Мысль о дочке придала мне сил. Я быстро перестала плакать, хотя боль всё не отпускала. Она тупой резью отзывалась у меня в сердце при каждом его ударе. Пока же я снова умывалась и приходила в себя, из головы всё не уходило узнанное о Захаре.

«Лучше бы ты сдох!» — в сердцах размышляла я, смотря на отражение в зеркале. «Уеду, всё равно куда, но уеду», — дополнила после, ведь оставаться в городе, что не приносил ничего, кроме боли, больше не хотелось. «Возьму отпуск, соберу наши с Маринкой вещи и улечу. Плевать, что у меня ипотека и денег вечно не хватает. Если надо, то вернусь в Питер. Стану жить с отцом, пусть даже это будет невыносимо. Только жить здесь больше не смогу», — понимала про себя, стирая с лица поплывший макияж.

В понедельник мной было решено всем и заняться. До этого я ни разу не брала отпуск, поэтому думала, что мне без проблем могли его дать. Но как же я ошибалась!

— Дарина Алексеевна, вы сможете уйти в отпуск, но только после того, как получите подпись Захара Юрьевича, — поставив меня перед выбором, сказал шеф.

— Что? Но подобное ведь не моя обязанность!

— Это мне решать, где чья обязанность. Если не хотите, то можете написать заявление на увольнение, но знайте, я сделаю такую характеристику, что ни одна компания не возьмёт вас на работу. — Вениамин Иванович поднялся с кресла и шагнул ко мне.

Меня трясло от негодования, ведь я не могла уволиться, поскольку у меня была ипотека. Пока я размышляла, начальник подошёл сзади, перекидывая мои волосы на плечо и наклоняясь, чтобы опалить мне шею горячим дыханием. Я дёрнулась, но его руки обхватили меня плечи, не позволяя сдвинуться с места.

— Но я могу и изменить своё решение, если ты станешь моей любовницей, Дариночка, — проговорил он противным голосом.

— Что нужно делать для подписи? — уточнила я у него, стиснув зубы.

— Тебе просто надо поулыбаться, пофлиртовать с Муратовым и выполнить все его требования. Короче, ты поняла меня. Не дурочка ведь.

«Как же я ненавижу его!» — подумала я, сжимая кулаки. Тем временем Вениамин Иванович отошёл от меня, взял из стола бумаги и уверенно сунул их мне в руки.

— Компания надеется на вас, Дарина Алексеевна.

Мне очень хотелось ударить его по наглой роже, но тогда я ещё скорее могла потерять работу. Он даже не стал бы больше предлагать для меня место любовницы. Поэтому я сдержалась и, попросив тётю присмотреть за Мариной, ночью отправилась в клуб, адрес которого дал генеральный директор.

Глава 19

Захар

— Что случилось? Ты сегодня сам не свой, — заметил Егор.

Мы сидели с ним в вип-комнате клуба, принадлежавшего одному моему знакомому. Я ждал, когда Юдин соизволит вспомнить обо мне и позвонит. Из-за форс-мажора, что случился у меня в офисе буквально несколько часов назад, подобное теперь, скорее всего, следовало ждать лишь завтра. Мне же, несмотря на всё, не терпелось поскорее узнать правду.

— Ничего, всё в порядке.

— Ты уверен?

Друг уже начинал раздражать.

— Абсолютно. Сколько мне ещё ждать?

— Вениамин назначил встречу на девять, так что у нас есть время. Правда тебе самому придётся решать с ним все проблемы, ведь мне нужно быть рядом с Татой, а иначе она и сегодня обидится.

Я хмыкнул, припоминая вчерашнюю ночь.

— Выставила за дверь?

— Весело тебе? Это, между прочим, из-за тебя я не могу спать рядом со своей женой.

— Ладно, иди уже.

У меня не вышло удержать строгое выражение лица, и я, рассмеявшись, проводил ушедшего родственника взглядом. Оставшись же один, скоро заметил, что все мысли так и норовили вернуться к Дарине, снова возвращая меня в наше совместное прошлое…

В то чудесное лето я был счастлив, как никогда раньше. До встречи с бывшей я не был обделён женским интересом,