Портрет супруги слесаря - Маргарита Южина

– Э-э-х, темные вы, бабы, – вздохнула, усаживаясь за свое рабочее место, Валентина. – Я им, чтобы все по-научному, а они… Я прямо и не знаю, и как вы до сих пор без компьютеров живете? Это же такое окно в мир… Михална! Тебе обязательно нужен компьютер! Там жениха найти можно. Тань! Слышишь! Говорю, компьютер тебе нужен! Женихов там – уйма.

– Да она уже нашла себе, – улыбнулась Наташа.

– Да что ты?! – изумилась Валентина. – Татьяна! Рассказывай давай – кто?

Татьяна не стала таиться. Тем более что говорить о новом знаком ей было ужасно приятно.

– Да это и не жених, что вы? Пока только знакомый.

– А где ты его обнаружила? – собрала все морщины на лбу Павлина Марковна. – По объявлению?

– Нет, – весело покачала головой Татьяна. – Ехала к Валентине Адамовне на день рождения и познакомилась с таксистом.

– Вот! – важно произнесла Валентина. – А я вам сразу сказала – она с кем-то встретилась! Михална! Анжела, помнишь, я тебе сразу сказала – смело бери Николая, Татьяна себе уже кого-то нашла!

– Ага, смело! – никак не унималась Павлина Марковна – А сама на етом Николае повисла, ровно гиря!

– Ну и что, Танечка? – снова теребила товарку Валентина. – И вы с ним поехали к тебе?

– Поехали, – кивнула Татьяна. – Я же на день рождения собиралась, ребятишек маме отвезла, вот и… Мы чай пили.

Павлина опять проворчала:

– Вот молодежь нынче пошла! Не успеют одних детей к матери сбагрить, как уже давай новых делать!

– Да не слушай ты ее, Тань, – махнула рукой Валентина.

– А вот и не мешало бы послушать! – обиделась наконец старшая из женщин. – Мы-то ведь раньше как – полгода ходили, друг на друга глядели…

– Поэтому теперь твой Иван Иваныч тебя видеть не хочет, – съехидничала Валентина. – Видели мы, как он от тебя физиономию воротил.

– Тань, а чего дальше-то было? – не утерпела Михална. – И чего? Сели чай пить, а дальше?

– А дальше сидели и всю ночь разговаривали, – откровенничала Татьяна. – Он тоже одинокий, был женат, но как-то с женой не сложилось…

– А с тобой так сразу и сложится, – фыркнула Павлина.

– Я не знаю, но…

– А ты не думай, – поучала Валентина. – Встречайся, и все. Сколько уж можно возле одних только детей прыгать? Вот появился мужчина…

– Валь, а это не твой муж? – вдруг перебила Валентину Михална. – Вон, в «Орбиту» зашел.

Вообще-то женщины, которые торговали на улице, очень часто встречали своих знакомых прямо на своем рабочем месте. Это было неудивительно – магазин «Орбита» был самым большим в их районе, сюда приходили жители всех ближайших домов. А где же еще торговать, если не возле крупного магазина с промышленными товарами? Однако Мефодий по магазинам ходить не любил. Да и зачем ему, если Валентина всегда приходила домой с полными сумками? Поэтому Валентина Адамовна удивилась.

– Сейчас зашел? – переспросила она. – А ты не обозналась?

– Не должна, – пожала плечом Михална. – Да ты сходи, я твои банки покараулю.

Валентина оставила товар и побежала в магазин.

Мефодия она нашла в отделе канцтоваров. Ее муж стоял к ней спиной и перебирал какие-то кисточки.

– Это козьи, девушка, а мне бы белку или колонок, – неуверенно просил он. – И еще… Нужен третий номер, пятый… А наборов у вас нет? Чтобы все номера сразу?

– Я не поняла, вам профессиональные надо? – не совсем радостно отвечала продавщица. У нее уже давно трещал в кармане телефон. А тут этому мужику какие-то наборы подавай. То никого за целый день в отделе не появится, то как прилипнет такой вот!

– Нам профессиональные! Да! – рявкнула позади Мефодия Валентина. – И принесите несколько, на выбор.

Мефодий не ожидал такой поддержки, поэтому засмущался, втянул голову в плечи и стал похожим на прежнего Моню.

– Валюша… Ну зачем ты так напыщенно… Девушка и так старается.

– Я вижу, – недобро окинула взглядом девушку законная супруга. – Давайте, милая, не капризничайте. И улыбайтесь, чай не каждый день к вам художники за кистями бегают.

– А вы настоящий художник? – уже совсем по-другому сверкнули глаза у продавщицы.

– А вы его не узнали? – бессовестно удивилась Валентина. – И как вас только допускают работать в таком культурном отделе?

– Да что вы! Я смотрю – лицо знакомое! – на голубом глазу врала девчонка. – А теперь вспомнила – точно же! Наш известный художник! Погодите, я сейчас кисти достану.

– А еще нам надо краски и альбом для рисования. Двенадцать листов, – диктовала она.

– Валя! Мне не надо альбом, я на холсте пишу, – пытался сопротивляться художник, но жена знала лучше.

– Холст мы тебе дома какой-нибудь найдем. А вот альбомов у нас точно нет. Даже никакой захудалой тетрадки не валяется… А еще карандаш простой и резинку.

Мефодий был готов провалиться сквозь землю, зато Валентина чувствовала себя царицей. Она свысока поглядывала на девчонку и даже сама помогала выбирать кисти. Выбирать она совсем не умела, поэтому попросту заставила мужа купить два набора.

– Это тебе про запас, – ответила она на его молчаливый вопрос. – Сейчас пойдем. Заберем мой товар и домой. Все равно сегодня никакой торговли.

Мефодий помог собрать банки и повез сумку на колесиках к дому. Валентина же все никак не могла расстаться с подругами.

– Все, девочки, пойду домой, некогда мне, – старательно собирала она губки в куриную гузку. – Сегодня мой будет меня рисовать.

– Госсыди… Как тока люди с ума не сходют, – качала головой Павлина Марковна. – Теперь он ее еще и малевать будет!

– А он у вас умеет рисовать? – вытаращилась Наташа. – Здорово!

– Умеет, – вздыхала Валентина. – Он же у меня художник. Да. А вы не знали? Его уже и люди узнают. Прямо нельзя кисти купить, сразу кидаются: «Это вы художник? Я вас сразу узнала!» Хорошо еще, что автограф просить не стала. Мой Мефодий жутко не любит автографы раздавать. Все его эта скромность. Ну ладно, девочки, некогда мне.

И она унеслась догонять супруга, спиной чувствуя завистливые взгляды подруг.

Дома, быстро переделав неотложные дела, Валентина заставила мужа взять кисти.

– Мефодий, – серьезно начала она. – Раз уж выяснилось, что ты без… как его… без мольберта никуда… кстати, я тебе обязательно его куплю на день рождения… так вот, раз уж ты у меня талант, давай будем работать.

– Я не совсем понял, – поморщился Мефодий. – Ты тоже хочешь рисовать?

– Нет. Я буду работать у тебя натурщицей. Буду тебе позировать. А ты будешь меня рисовать с натуры. Здорово я придумала? А потом я стану продавать свои портреты, и, может быть, у тебя появятся заказы. Поэтому ты уж постарайся.