Неодолимое желание - Сабрина Джеффрис

— Ему нужны деньги, — напряженным голосом сообщил Пирс.

— Но от меня он ничего не получит, и ты это знаешь, — со смущенным видом посмотрела на него Вирджиния.

— Не от тебя. — Пирс не сводил с нее глаз. — От своей бабушки. Не женившись, он не может получить свое наследство.

— О чем это ты говоришь? — потребовал Поппи.

— Его бабушка поставила Гейбриелу и всем остальным ультиматум: либо они все женятся и выходят замуж до конца января следующего года, либо она прекращает выделять им деньги.

Вирджиния внимательно смотрела на Пирса, пытаясь понять то, что он говорил. Неужели все это — гонка и желание ухаживать за ней — только ради того, чтобы Гейбриел мог получить свое наследство?

У нее упало сердце. Значит, его поведение нельзя объяснить законной попыткой искупить вину перед ее семьей за то, что он натворил? Или даже каким-то большим влечением…

Нет, об этом она никогда не думала. Неужели не думала?

Нет, какая-то крошечная и глупая ее часть, конечно, думала. Эти поцелуи, танцы и решительность Гейбриела выиграть пари…

— Ты уверен? — В ее глазах стояли слезы, и она изо всех сил старалась сдержать их. Ей следовало раньше догадаться. Она знала, что он что-то замышляет. И его изначальное предложение руки и сердца прозвучало холодно и равнодушно, скорее расчетливо, чем страстно. А почему ее должна удивлять эта новость? Это соответствует всему тому, что она о нем знает. И все же… это больно. — Кто рассказал тебе о наследстве?

— Четуин.

— Лейтенант Четуин? — Вирджиния почувствовала странное облегчение. — Он презирает Гейба… Э-э… лорда Гейбриела. И просто старается навлечь на него неприятности.

— Возможно, — согласился Пирс, — но я так не думаю. Четуин сказал, что узнал об этом из надежного источника. Кто-то подслушал, как некоторое время назад двое братьев Шарпов говорили об этом за карточной игрой. И потом, ты не заметила, что всего за несколько месяцев трое из них обзавелись семьями? И это после того, как многие годы не выказывали никакого интереса к браку?

— Могло так случиться, что все они встретили свою половинку в одно и то же время, — предположила Вирджиния. Но это звучало глупо даже для нее.

— Ты сама говорила, что подумала о тайном мотиве, который у него есть, — вставил: свое слово генерал.

Вирджиния кивнула, чувствуя комок в горле. Ее не должно это расстраивать. Всем известно, что лорд Гейбриел — отъявленный шалопай, а такие не принимают решения жениться без всякой на то причины.

Но ведь она действительно начала думать, что, возможно, была к нему несправедлива. Неужели ее суждение оказалось таким ошибочным? А его поцелуи…

«Хватит думать о его поцелуях! Он целовал многих женщин; для него это, возможно, привычное дело».

И потому, что все это, оказывается, имеет значение для нее, ей становилось еще печальнее.

Идиотка… Вирджиния сжала в кулаки пальцы, лежавшие на коленях. Как можно было так легко обмануться? Вот что получается, когда идешь на поводу у своих безрассудных желаний. Ни к чему хорошему это не приводит.

— Мы почти приехали, — объявил Поппи, выглянув в окно. — Что ты намерена делать? Если хочешь, мы можем прямо сейчас отправиться в Уэверли-Фарм.

Ох, как ей хотелось уцепиться за это предложение, сбежать и просто забыть, что она когда-то встречала Гейбриела Шарпа. Но это невозможно.

— Нет, Поппи, это будет невежливо. И кроме того, я бы хотела определить для себя, что есть правда. Без обид, Пирс.

— Никаких обид. Я знаю, ты не поверишь этому, пока не получишь серьезного доказательства.

— О, я верю, — возразила Вирджиния, стараясь говорить ровным голосом. — Но я хочу, чтобы он знал, что я все знаю. Для того, чтобы он понял, почему я не приму его ухаживаний.

— Забудь о его ухаживаниях, — проворчал Поппи. — Тебе даже не нужно опять разговаривать с этим негодяем. Мы просто можем поехать домой.

— Я заключила пари, — твердо сказала Вирджиния. — Если бы я была мужчиной и изменила своему слову, ты бы вызвал меня на дуэль. Так какая разница, если я — женщина?

Вирджиния по лицу Поппи видела, какая борьба идет у него внутри.

— То есть ты хочешь сказать, что позволишь ему ухаживать за тобой? — засопел генерал.

— Не волнуйся, это не продлится долго. Я положу этому конец, не отказываясь от нашего пари.

Она заставит его понервничать и пожалеть о своей притворной заботе о ней и ее семье. Она разоблачит этого негодяя, а потом поставит его на колени.

— К концу нашего ужина сегодня лорд Гейбриел решительно передумает ухаживать за мной. Я об этом позабочусь. — Теперь голос Вирджинии звучал тверже. — Потому что скорей в аду станет холодно, чем я позволю ему жениться на мне ради получения своего наследства.