Боссов сын, или Я принимаю бой! - Оксана Алексеева

– Полина, ты сейчас не загружена, как остальные. Глянь, пожалуйста, и подскажи, если что-то потребуется. Ладно, ребят, я побежал, хорошей работы!

– Конечно, Евгений Михайлович, – ответила я.

– Нет, нет, он еще не готов! – завопил Стас, отодвигая от меня папку.

Все медленно расходились, а меня его реакция рассмешила. Неужели он думает, что я начну воровать его слоганы или специально советовать какие-нибудь глупости, чтобы его опозорить?

– Да брось, Стас, я тебя не переношу, но никогда ничего не сделаю во вред фирме. Давай сюда.

Он несколько секунд размышлял, а потом расслабился, откинулся на спинку стула и сложил на груди руки.

– Изволь, профессионал. Только чур громко не ржать.

– Не те времена у нашей фирмы, чтобы над убогими громко ржать, – ответила я и открыла.

Со всей ответственностью вчитывалась в текст и держала наготове ручку, если придется что-то выделить. Но исправлять там было нечего, поскольку проект Стаса содержался в следующем:

«Здесь какая-то преамбула минимум на две тысячи знаков. С пробелами. Пробелы не утешают, честно говоря. Пробел. Пробел. Пробел. Михалыч умом тронулся, если думает, что я прямо-таки сам изобрету эту самую преамбулу. Потом у кого-нибудь спишу. Здесь идет красивая картинка. Интересно, Настя на меня до сих пор злится? А если я попрошу ее зафигачить мне красивую картинку, то она сначала треснет, а потом сделает, или просто треснет? Луговая опять будет орать и подчеркивать собственное превосходство, но в этот раз даже немного справедливо. Может, мне все-таки стоило посмотреть в словаре значение слова «преамбула»? Пробел. Пробел. Пробел. Ну ничего, почти семьсот знаков набил, то есть справляюсь. Главное, не начать паниковать…»

Дочитывать абзац не стала и перешла к описанию первого товара под карикатурным рисунком какой-то кофты:

«Китайский товар из самого Китая! Осторожно, не стирать, не гладить, не носить, только для дистанционного употребления. Я уже глянул их прайс-лист и, мягко говоря, прифигел. Надо быть блаженным, чтобы этот шмот заказывать…»

– Неплохо, – похвалила я. – По крайней мере, грамматических ошибок не вижу.

– Спасибо, спец! Я старался!

– Заметно. – Я вздохнула. – Хорошо, что клиенты на таком этапе работы не проверяют.

– Так я же предупредил, что не закончено!

– Ты хотел сказать «не начато»? – Я подумала и с очередным вздохом перехватила ручку поудобнее. – Ладно, Стас, тащи сюда их прайс и характеристики, что-нибудь накидаю. Я действительно сейчас свободна, а отдел должен работать бесперебойно.

Стас подскочил и побежал куда велено, а вернувшись, сообщил шепотом, наклонившись над моей головой:

– Вообще-то, я точно знал, что так и получится. Не зря же Михалыч колотил такую команду. Паразитам, как я, в таком месте легко существовать.

– Я так и поняла, – ответила, не отвлекаясь. – Но моя помощь не бесплатна. Я твою машину перегнала на платную стоянку, с тебя деньги за каждый день.

– Так давай еще поспорим – теперь на гараж! – тут же предложил он.

– Ни за что, я лучше тебя трясти буду, пока не решу, что с ней делать. Олег Борисович долго на совещании будет занят? Кстати, а почему ты так запросто долг отдал? Неужели и у тебя есть понятие о чести?

Стас рассмеялся:

– Какая еще честь, Полька Луговая, ты меня с кем-то перепутала? Это была взятка! Теперь ты мне обязана помогать в борьбе с Жильцовым. Иначе я заявлю, что твоя мать через такие подарки берет взятки от Стрельцовых – ишь, доченька ее на какой тачке катается, уж точно не со своей или деканской зарплаты. Потом докажи кому, что ты в глупом споре ее выиграла и я типа тут же ее отдал.

– А-а, ну слава богу, что мир стоит на своей оси и никуда с нее не собирается двигаться.

Про себя еще раз отметила, что с передачей ключей Олегу лучше не тянуть. Стас вроде бы шутит, но у него иногда такие шутки, что потом годами разгребать. Жалко, могла бы продать и здорово поправить свое финансовое положение, но уж точно не с таким юмористом.

Я уже закончила накидывать преамбулу и расставляла номера прямо на прайсах, в каком порядке лучше товары в каталоге размещать. Стас целых полчаса молчал, достижение – он, похоже, из шкуры готов вылезти, когда эту самую шкуру кто-то спасает. Но больше чем на полчаса его не хватило:

– У меня еще неделя до сдачи, так что не спеши, все успеешь. Слушай, Полиночка! – Я уже от этого обращения отвлеклась от работы и вздернутой бровью показала, что не жду ничего хорошего. А он еще и повторил: – Полиночка, я говорил, как ты хорошо сегодня выглядишь? Уверен, это твой Ванечка на тебя так славно влияет. И дзюдоист. Да пофиг, кто влияет, но ты на глазах хорошеешь!

– Стас, переходи к делу. От тебя все равно комплименты звучат как оскорбления.

Он кивнул:

– Как скажешь, Полиночка, только не серчай. У меня есть план против «Рек-про», на этот раз рабочий!

– Излагай, – разрешила я, хотя надеждой не воспылала.

– Нам нужно пробраться к ним в офис, выкрасть любую наработку и точно так же подставить. Но только себя не выдадим, а зальем во все соцсети или на левые сайты. Пусть гады на себе прочувствуют, каково это!

План, как обычно, идиотичный, но я зацепилась за важное:

– А почему «Рек-про» в соцсети не залили? Сейчас им судебное разбирательство грозит, пусть они нам проблемы создали, но и от себя удар не отвели!

Стас посерьезнел – очередное подтверждение, что последние события он принимает близко к сердцу:

– Я думаю, это демонстрация силы, Полин. Их главняк еще в прошлом году моему отцу предлагал влиться, филиалом их сделаться, но он, конечно, отказал. В этом году они приходят на наш рынок и показывают, что вообще ничего не боятся. Такую агрессивную политику может показать только финансовый гигант, которому какой-то конкретный суд или мелкие проблемы по барабану. Вполне возможно, что надеются таким образом заставить отца к ним прийти с тем же предложением, но уже на их условиях.

– Вот оно как. – Я присвистнула. – Да они вообще мерзавцы! Теперь мне за решение матери еще обиднее…

– Про Нину Александровну проехали. – Стас поморщился. – Я давно знал, что у тебя дурная наследственность. Но в твоей позиции не сомневаюсь, потому и продолжаю с тобой говорить. Против гигантов можно воевать – отец на своем уровне, а мы – партизанщиной. У тебя как с лесным геройством, Луговая?

– Нормально у меня все с геройством. У меня с принятием твоего хода мыслей серьезные проблемы, чем и горжусь. Ну ладно, допустим, мы выкрадем у них какой-то проект и выльем в сеть. И это каким-то образом будет называться не «демонстрацией силы», а лесной партизанщиной. – Я вскинула руку, чтобы он меня не перебил. – Допустим! А как мы ее выкрадем? Явимся такие в офис «Рек-про» в масках, достанем пушки и предложим: «Всем на пол! Файлы или жизнь!»?