Неудержимая страсть - Линн Грэхем

– Ты просишь меня в-выйти за тебя замуж? – пролепетала Энджи, еще не веря в реальность происходящего.

– Не прошу, а говорю, что ты выйдешь за меня замуж. – Сделав такое разъяснение, чтобы она не питала никаких иллюзий, Лео шагнул вперед. – Мы поженимся.

Энджи вздохнула и молча посмотрела на Лео. Она получила подтверждение, что другой женщины в его жизни не будет.

– Прежде, чем начнутся пересуды о дочери дворецкого и любимом сыне Деметриоса в глуши Девона, – добавил Лео с легкой усмешкой на губах. – Прежде, чем Джейк или кто-либо еще начнут задавать лишние вопросы. И, что самое главное, я наконец получу полное право называться отцом моего ребенка!

Энджи медленно приходила в себя. Горящие черные глаза Лео испытующе впивались в нее.

– Но…

– Никаких «но»! – выпалил Лео. – Ты обязана сделать это ради сына и ради меня!

Энджи хотела было отступить, но Лео молниеносно схватил ее за руки.

– И давай не будем делать вид, что приносим огромную жертву, деля супружеское ложе. Ты будешь получать удовольствие от моих денег, я же буду получать удовольствие от обладания твоим прекрасным телом… Думаю, это звучит почти так же, как фраза «брак, совершенный на небесах», pethi mou.

Он прижал Энджи к одному из столбов, поддерживающих портик, и взял ее за бедра. Энджи чувствовала, что слабеет, что у нее подкашиваются ноги, путаются мысли от ощущения близости сильного, мускулистого тела Лео, прижимающегося к ней.

– Лео… – с мольбой прошептала она.

Лео сбросил плащ и умелыми длинными пальцами провел по ее трепещущим бедрам. Энджи, содрогнувшись, откинула голову.

И Лео принял ее приглашение впился в ее губы… и вдруг с резким стоном отстранился. Глаза Энджи широко распахнулись, она смущенно и беззащитно смотрела на него. Казалось, к ней только начало возвращаться сознание.

Лео со свистом выдохнул из легких воздух.

– Нас прекрасно видно из дома!…

Энджи вспыхнула и отвела взгляд.

– Я не могу держаться в стороне от тебя, – пробормотал Лео сквозь зубы. – Но не хочу начинать дело, которое не смогу закончить. А теперь, по требованию Уоллеса, нам надо выбрать рождественскую елку.

– Р-рождественскую елку?… – широко раскрыв глаза, переспросила Энджи.

– Это традиция, Энджи, – сурово ответил Лео. Он отпустил ее руки, одернул на ней юбку и поправил пальто. Они медленно пошли обратно к дому. – Мой дед свято чтит обычаи. Как будущая хозяйка Деверо-Корта, ты должна будешь выбрать елку и посмотреть, как я буду ее рубить.

– Я не сказала, что выйду за тебя замуж.

– Не могу придумать ни одной серьезной причины, которая могла бы тебе помешать.

Ты меня не любишь. От этой страшной правды Энджи побледнела. Лео – ее герой с самого детства, единственный любовник и отец ее ребенка. С тринадцати лет она без памяти любила его. Но стать женой Лео, обладать им и физически, и официально, хотя его душа и останется вне ее власти, ложиться с ним в постель, иметь полное право в любую минуту снять трубку и позвонить ему… Вихрь неуправляемых эмоций захлестнул Энджи.

– Да. Я выйду за тебя замуж. – Она так любила его, что поступилась своей гордостью и благоразумием…

– Конечно, выйдешь… Я это понял еще тогда, когда ты прислонилась к этим перилам и практически предложила мне себя при свете дня.

Бледная как полотно, Энджи резко вскинула голову и встретилась с пронзительным взглядом Лео, в котором светилась насмешка. Она была как в тумане, пока Лео вел ее по мосту через озеро.

Лео весь радостно светился изнутри и изо всех сил старался скрыть это. Конечно, причиной этому был Джейк. Ее сын сразу поселился в его сердце и занял там место, которое Энджи никогда не сможет занять.

– Я договорюсь о специальном разрешении на брак, – сообщил Лео, когда они уже подошли к дому. – Свадебная церемония состоится перед Рождеством…

– Перед Рождеством? – ахнула Энджи.

– В канун Рождества, если священник согласится. Тихая семейная церемония. Тебе понадобится обручальное кольцо, не говоря уже о новом гардеробе, – заметил Лео. – Надо будет обязательно подумать о рождественских подарках для Джейка. Мне просто не терпится обойти все лучшие лондонские магазины игрушек. Завтра мы вылетаем в Лондон.

– Да, – слабо пробормотала Энджи, чувствуя, как силы окончательно покидают ее.

Они вошли в дом. Ее отец ждал их в большом холле. Рядом с ним стояла Эмили, ее лицо было бледным, а в глазах – безнадежность.

– Нельзя ли с вами поговорить, сэр? – сказал Браун.

Только теперь Энджи вспомнила, что мачеха спрашивала ее, где найти Лео, и замерла, но Лео успокаивающе положил ей руку на спину и увлек за собой в гостиную.

Дверь не успела даже закрыться, как Эмили на едином дыхании выпалила:

– Это не Энджи воровала все те вещи… Я позволила, чтобы она взяла вину на себя… – со слезами пролепетала она, – но это я брала их и продавала. Энджи хотела положить миниатюру на место, когда ее увидел мистер Уоллес!

– Мистер Невилл уже давно знает правду, – выдавил из себя Самуэль Браун.

Наконец Энджи поняла, почему Уоллес так приветливо встретил ее.

Лео недоверчиво переспросил:

– Так мой дед все знал!

– Моя жена не признавалась мне ни в чем, пока не попала в больницу, и…

– А когда Эмили попала в больницу? – обеспокоенно вмешалась Энджи.