Вишневое лето - Карина Бартш

Ну отлично, я что, теперь нахожу для него оправдания? Чем дальше, тем хуже и хуже.

Алекс подала мне кофе, когда в комнату вошел принявший душ и, к счастью, полностью одетый Элиас.

— Ну что, идем? — сказал он.

Я поднялась и направилась к входной двери. Его влажные русые волосы блестели в солнечном свете, а футболка облегала грудь плотнее, чем обычно. Его футболка плотно облегала грудь? Я отвела взгляд и подумала, что, кажется, мне и правда пора с кем-нибудь переспать.

Он придержал мне дверь, хотя я не видела в этом никакой необходимости, так что я не стала его благодарить, а просто рванула прочь из квартиры.

— Всегда пожалуйста, — сказал он мне в спину, когда я уже была на лестнице. Вскоре Элиас меня догнал и пошел рядом. Я на своем опыте выяснила, что пять этажей — это много, но сегодня лестница казалась просто бесконечной.

Наконец мы дошли до первого этажа. Прежде чем у Элиаса могла появиться идея снова придержать дверь, я рванула ее на себя и вылетела на улицу. Но я понятия не имела, где стоит его машина и поэтому дважды села в лужу. Я не только побежала не в ту сторону, так еще умудрилась споткнуться и этим ужасно его развеселить.

Полыхая румянцем, я развернулась в противоположном направлении и пошла за Элиасом к его машине. Сегодня у меня не было времени наслаждаться поездкой. Как только я пристегнулась, Элиас завел машину, и я снова почувствовала, что я в нее влюбляюсь. Элиас как обычно утопил педаль газа в пол, и я перестала бояться, что опоздаю. Но у нас на пути каждые сто метров возникали светофоры, и все они были красными, будто сговорились против меня.

— Мне жаль, — сказал Элиас и уронил руки на колени, а я смотрела на очередной красный светофор, ожидая, пока он переключится.

— Думаю, что в этот раз ты совсем не виноват.

— Ты сегодня такая добрая! — засмеялся он.

Надежда попасть на лекцию вовремя постепенно растаяла, и я откинулась на спинку сиденья и уставилась в окно. Мне пришло в голову, что я могу задать ему пару вопросов.

— Скажи, пожалуйста, — начала я равнодушно, будто речь шла о погоде, — что за человек Себастьян?

— А почему ты спрашиваешь? — поинтересовался он, взглянув на меня.

— Просто так, — я пожала плечами. — Он показался мне милым, но как такое может быть, он же твой друг.

Он скептически посмотрел на мою ухмылку и ответил:

— Он нормальный.

— А точнее можешь?

— Что именно ты хочешь знать? — нахмурился Элиас.

— Да все, — ответила я. — Например, мне очень интересно, как он относится к девушкам: так же, как и ты, пытается переспать с максимальным количеством девушек или все-таки способен на серьезные чувства?

Элиас как-то странно посмотрел на меня, но в этот момент светофор переключился на зеленый, и машина рванула с места.

— Он тебе нравится?

— А у тебя с этим какие-то проблемы? — ухмыльнулась я.

— У меня — нет, а вот Алекс воспримет это, как удар ножом в спину, — ответил он.

Черт, я не хотела упоминать Алекс в этом разговоре… И вообще, откуда он знает? Я подумала, что он может просто проверять меня, и притворилась, что ничего не понимаю.

— Почему это?

— Может, потому, — вздохнул он, — что каждый раз, когда он с ней здоровается, она практически готова упасть к его ногам?

Да, это причина… Хотя с другой стороны, раз Элиас в курсе, то скорее всего он ничего не имеет против.

— Хм, — пробормотала я, — это все усложняет.

— Да ладно тебе! Будто ты не знала, что девушки, а особенно такие, как Алекс, постоянно говорят на такие темы.

— А вот и мнение эксперта, — сказала я цинично.

Он заулыбался, видимо на самом деле считая себя экспертом. Я закатила глаза, всячески пытаясь изобразить презрение.

— Ты меня спросила, потому что тебя Алекс подговорила?

— Нет, — сказала я. — Я просто переживаю за твою сестру. Она ужасно наивная, когда дело касается мужчин. И, хотя Себастьян кажется неплохим человеком, меня беспокоит то, что он твой друг.

Он фыркнул и взглянул на меня, проверяя, не шучу ли я. Но мое выражение лица говорило о том, что я совершенно серьезна.

— Так в этом проблема?

Я кивнула.

— Но ведь злой и нехороший Элиас сейчас мил с тобой?

— То, что ты целых пять минут сдерживался и не отпускал сальных шуточек, не делает тебя милым.

Он рассмеялся и продолжил смотреть на дорогу. Я думала, что он как обычно начнет глупо острить, но Элиас промолчал. Вместо этого он, проигнорировав мою последнюю реплику, вернулся к прошлой теме.

— Не переживай по поводу Себастьяна. Он не козел и не стремится спать со всеми подряд. Довольна?

Я пожала плечами, думая, можно ли верить Элиасу, но раз речь шла о его сестре, которая для него значила так же много, как и для меня, то я решила, что в этом случае можно.

Остаток пути прошел в молчании, и вскоре мы остановились перед входом в университет примерно с десятиминутным опозданием. Я потянулась к ручке, чтобы открыть дверь.

— Постой минутку! — сказал Элиас. — Почему ты каждый раз так торопишься от меня сбежать?

— Ты сам прекрасно знаешь ответ на этот вопрос. А еще моя лекция началась десять минут назад, и я ненавижу, когда на меня глазеют.

— На тебя в любом случае будут глазеть, так что пара минут роли не играет.

Я вздохнула и снова откинулась на сиденье, спрашивая себя, зачем я это делаю.

— Говори быстрее, чего ты хочешь.

Он помедлил, как будто раздумывая, что сказать.

— Что ты делаешь сегодня вечером? — спросил он в конце концов.

— Что-что?

— Что ты делаешь сегодня вечером? — повторил он.

Мне кажется, или Элиас пытается назначить мне свидание?

— Работаю, — ответила я кратко.

— А завтра?

— Скажи, чего ты хочешь?

— Я просто хочу с тобой встретиться, больше ничего, — ответил он. Если бы эти слова прозвучали не из уст Элиаса Шварца, то я, может быть, и поверила бы.

— Мне кажется, мы видимся достаточно часто, — ответила я, открывая дверь и выходя из машины. Потом я повернулась к нему и добавила: — Прости, с тобой было хорошо, но мне уже пора. Спасибо, что подвез, — с этими словами я захлопнула дверь и заторопилась к зданию, где проходила лекция.

«Я просто хочу с тобой встретиться, больше ничего», — хмыкнула я. Вот придурок! Через пару минут я, задыхаясь, подбежала к аудитории. И, конечно, как только открыла дверь, все тут же подняли головы и посмотрели на меня. Я, уткнулась взглядом в пол, быстро пошла на место, и, усевшись, чуть не сползла под парту, пытаясь стать как можно незаметнее. Я решилась немного высунуться, только когда внимание студентов снова переключилось на профессора, который вел лекцию. Он говорил о постструктуральном подходе к анализу текстов, который появился в шестидесятые годы и был ужасно сложным, как можно было догадаться из названия.