Мистер Обязательность - Майк Гейл

— Ваше право, — сказал он, приподнимая брови.

Он аккуратно установил диск в проигрыватель и нажал «Play». Из колонок полились кристально чистые звуки, как будто легендарная группа «Коммодорс» исполняла «Истинную женщину» прямо передо мной.

_____

Нагруженный колонками, усилителем и CD-плеером, я устало тащился домой под проливным дождем. Вызванное покупками ощущение счастья уже покинуло меня. Мне срочно нужна была помощь. Мне были нужны мои друзья. Я позвонил Чарли на мобильный. Они с Дэном засели в «Шекспире»[33]и смотрели футбол, потому что телевизор дома сломался. Повесив трубку, я почувствовал, как настроение мое опять поднимается. Чарли и Дэн были как раз теми людьми, которые мне сейчас были необходимы. Почему? Да потому, что они были моими людьми.

Людьми, готовыми говорить о чем угодно, при условии, что это что угодно не будет серьезным.

Людьми, не спрашивающими меня ежесекундно, о чем я думаю.

Людьми, следующими логике, а не чувствам.

Людьми, не произносящими ни звука при включенном телевизоре. Ну, разве что пару ругательств.

И, наконец, людьми, правильно реагирующими на женское атласное белье красного цвета.

— Кто-нибудь смотрел вчера фильм о Лэсси? — спросил Чарли, машинально вертя подставку под пивом. — «Лэсси возвращается»…

Матч уже давно закончился со счетом ноль-ноль. Это была скучнейшая игра со стороны обеих команд, как будто вознамерившихся показать, как плохо они могут играть в футбол. Зрелище было столь удручающим, что вместо радостного обсуждения особенно запомнившихся моментов игры мы были вынуждены перейти к разговору о том, кто чем занимался накануне вечером. Поскольку вчерашний вечер я провел в своей спальне, размышляя о ссоре в ИКЕА, я предпочел соврать и заявил, что вчера очень устал и поэтому рано лег спать. Дэн провел вечер в обществе Ланы, довольно миловидной «задиры»[34], не дававшей ему рта раскрыть во время его выступления в «Нью Кросс». Чарли же довольно невнятно сообщил, что вчера вечером смотрел по телевизору «Лэсси возвращается».

— Все эти фильмы совершенно одинаковы, — заявил Чарли, выступая против всего кинематографического жанра в стиле «Лэсси». — Ребенок находит собаку. Ой, папочка, можно мы возьмем ее домой? Нет. Ну пожалуйста. Нет. Ну пожалуйста. Хорошо. Ребенок попадает в беду. Лэсси его спасает. Счастливый конец.

Он хлопнул в ладоши, а затем пожал плечами. Он был похож одновременно на какого-нибудь лондонского оборванца, торгующего газетами в Ист-Энде, и на еврея-интеллигента из Нью-Йорка.

— Тема всегда одна и та же.

Я не поддержал эту беседу, потому что кое-что в рассказе Чарли о его вчерашнем времяпрепровождении меня насторожило.

— Вы ведь должны были с Верни вчера пойти в какой-то безумно дорогой ресторан в Хампстеде, разве нет?

— Ну да, мы и пошли, — уныло ответил Чарли.

По тому, с каким выражением он это сказал, было очевидно, что вчерашний шикарный вечер на самом деле оказался сплошным кошмаром.

— Вечер очень удался.

— Тогда почему ты смотрел «Лэсси»?

— Я ее записывал, — огрызнулся он.

По его тону можно было понять, что лучше бы нам к нему не приставать. Понятное дело, именно этим мы и занялись.

— Ты хоть понимаешь, как странно это звучит? — расхохотался я. — Это каким же надо быть извращенцем, чтобы записывать фильмы о Лэсси?

С явным облегчением от того, что мы оставили его вчерашний ужин в покое, Чарли притворно состроил стыдливую рожу и сообщил:

— Между прочим, это классика. Когда-нибудь эти фильмы займут достойное место рядом со второй частью «Крестного отца», «Детьми райка»[35]и «Самым большим псом на свете по имени Дигби»[36].

Он отхлебнул пива и продолжил:

— Так о чем я собирался рассказать, прежде чем вы меня так нагло прервали? Ах да, о том, что в фильмах о Лэсси пес всегда спасает ребенка от какого-нибудь злобного пумаобразного животного, собиравшегося этого ребенка искалечить до смерти…

— Ты хочешь сказать — собака, — подсказал я. — Лэсси ведь дама.

Чарли посмотрел на меня в замешательстве, пытаясь понять, не придумал ли я это на ходу.

— Лэсси ведь был парнем, разве нет?

— Ну конечно же Лэсси — это она, — вмешался Дэн. — Иначе фильмы назывались бы Лэдди[37].

— Разумно, — согласился Чарли. — Так вот, в фильмах о Лэсси она всегда спасает ребенка от когтей пумаобразного монстра или чего-нибудь вроде того.

Мы с Дэном кивнули, не понимая, к чему он клонит.

— Вот мне и интересно — как они это снимают? Ведь вряд ли они заставляют настоящую собаку драться с настоящей пумой?

— Ага, как же, — откликнулся Дэн. — Я где-то читал, что у них уходило по восемь цирковых Лэсси на каждую пуму.

Должно быть, я о чем-то сильно задумался, потому что чуть было не начал возмущаться по поводу жестокого обращения с животными и бездействия «Гринписа», как вдруг Дэн рассмеялся и прохрипел:

— У пумы вырывали зубы перед съемками. Я видел целый фильм об этом по «Дискавери»[38].

Господи, как я в этот момент был счастлив! С моей точки зрения, жизнь нам дана ради таких вот эпизодов. Посидеть с друзьями, посмеяться — что может быть лучше? Жизнь не должна быть сложной. Она должна быть легкой и приятной.

День уже близился к концу, а мы все еще не произнесли ни одной осмысленной фразы, такой, какую стоило бы повторить в приличном обществе. На троих мы имели: диплом по английской филологии и драматическому мастерству (у Дэна), кандидатскую по градостроительству (у Чарли) и порядочное количество пятерок (многие из которых были заслуженно моими), и тем не менее наш разговор вряд ли попадал в разряд интеллектуальных. Хотя мы говорили о важных вещах. Важных для нас. Вдохновленные фильмами о Лэсси, мы успели обсудить (довольно бурно и пространно) следующие важнейшие вопросы: