Отпуск на краю земли - Мишель Дуглас

— Почему ты не желаешь, чтобы я инвестировал деньги в твою гостиницу?

Дело было в понедельник, после полудня. Клэнси только что ушел.

Джоузи не хотелось продолжать этот разговор.

Кент сел верхом на один из жестких стульев и положил локти на спинку.

— Почему ты отказываешься от моих денег?

— Я ценю твое предложение, Кент, но не собираюсь рисковать твоими деньгами.

— Ты добьешься успеха. Я знаю, что добьешься.

— Мне не нужна твоя благотворительность.

Он подался вперед.

— Тогда где ты возьмешь деньги на начальные расходы?

— У Марти и Фрэнка.

Кент вскочил.

— Марти и Фрэнк! Думаешь, они тебе помогут? Ведь они послали тебя сюда, верно? Это показывает, как мало они тебя знают. Ты не можешь им доверять.

Джоузи вскочила с дивана, ее била дрожь.

— Ты даже не знаешь моих братьев! Ты разговаривал с Марти по телефону две минуты, и… Если только ты рассказал мне не все. Есть ли что-нибудь, о чем я должна узнать?

Почему Кент так себя ведет? Что мог сказать ему Марти?

У Джоузи пересохло во рту.

Кент пристально посмотрел на нее. Сунув руки в карманы, он выпрямился и отвел взгляд.

— Нет.

Ты не можешь им доверять!

- Думаешь, они используют меня в своих интересах, потому что я не умею о себе заботиться? Думаешь, у меня нет силы воли, а сам прячешься здесь, как испуганный ребенок!

Наступила тишина. Джоузи сделала шаг назад.

— Напрасно ты думаешь, будто твои мама и сестра умерли из-за тебя.

— Разве ты не…

— Это не ты зажег спичку и поджег дом.

— Мне нужно было их защитить! Я должен был знать, что он сделает.

Джоузи хотелось заплакать.

— Почему? Почему ты должен был знать, что он сделает, когда об этом не догадывались твои мама и сестра?

Кент моргнул.

— Я знаю, ты бы их спас, если бы мог. Я знаю, ты поменялся бы с ними местами, если бы мог. Но ты не можешь.

Его лицо стало серым. Джоузи чувствовала его боль как свою.

— Ты винишь себя и прячешься здесь, потому что так легче, чем рискнуть и снова научиться жить. — Она видела в его глазах гнев, но не боялась его. — Пока ты не решишься вернуться к жизни, Кент Блэк, не читай мне нотаций! — Она села на диван.

— Ты можешь делать, что тебе нравится, но не говори мне, как я должен жить.

Его. взгляд стал ледяным. Кент явно собирался замкнуться в себе, и Джоузи захотелось, чтобы он снова рассердился.

— Доверяй мне, но не доверяй своим братьям, это ты хочешь сказать?

Его глаза стали еще холоднее.

— Ты знаешь не хуже меня, что должен быть врачом и спасать жизни. Это то, что ты хочешь делать… — Джоузи не могла ему сказать о своей любви. Она взглянула ему в глаза. — Я приму твою помощь, если ты снова будешь работать врачом.

— Нет.

Он был так холоден, что у нее замерло сердце.

Она ничем ему не помогла. Только разворошила мучительные воспоминания и заставила его все пережить снова.

Но прежде чем она успела извиниться, Кент повернулся и вышел из домика.

Молли заскулила и высунула голову из-за дивана.

— Я все испортила, Молли, — вздохнула Джоузи. Собака подошла и положила голову на колено Джоузи. — Он никогда меня не полюбит. Вероятно, он теперь даже не станет со мной разговаривать.

Джоузи не надеялась, что Кент поцелует ее снова. Примерно с таким же успехом она могла надеяться, что у нее вырастут перья и она снесет яйцо.

В тот день Джоузи больше не виделась с Кентом. Равно как и на следующий. А также на следующий день после этого дня. Они с Молли ходили к реке. Джоузи сидела на берегу и подставляла лицо солнцу. Но ей казалось, что солнце не может согреть ее окруженное холодом сердце.

Она возвращалась и ела ленч в обществе Клэнси. Они играли в домино. Днем она пекла или читала. Или разгадывала кроссворд. В одиночестве.

Потом Джоузи обедала с Лиз, а когда та уходила, то ложилась в постель и закрывалась с головой одеялом.

В четверг она вернулась домой после прогулки с Молли и обнаружила, что к двери прикреплена записка.

«Звонил Джейкоб Пенджилли. Просил перезвонить».

Он не написал «Дорогая Джоузи». Не написал «Привет, Кент». Ничего.