Новый год: Доставка до двери - Ашира Хаан

Ох…

— Что… — хрипло говорю я, когда первый, самый сладкий поцелуй иссякает, и Снежинка примеряется ко второму. — Нет, я никогда тебя не пойму. Что изменилось? Стаканчик?

— Стаканчик, — кивает Снежинка совершенно серьезно, но в глазах ее искрится что-то волшебно-радостное.

— И все? — И все.

— Твой хаос… — вздыхаю я. И тут же поспешно добавляю: — Меня все устраивает!

Вообще всё.

26. Почти эпилог

Новый год мы встречаем в моей квартире.

Вообще-то Федор собирался отметить наше воссоединение в «Белом олене», но я была против. Нет, не потому, что там остались неприятные воспоминания.

Просто…

Мне хочется побыть с ним наедине в наш первый Новый Год…

— Уф! — выдыхает Федор. — Я думал, ты захочешь грандиозный праздник. Тогда я за елкой!

Елку он приволакивает утром 31 декабря. Понятия не имею, где он ее раздобыл — огромную, как он сам, пушистую, разлапистую, пахнущую свежей хвоей и морозом. Она занимает всю спальню и даже залезает ветками на кровать.

— Я… ненадолго уеду, — почему-то мнется Федор. — Через часик вернусь!

В Москве все еще девятибальные пробки и показатель уверенно ползет к десяти баллам.

Не разделяю его оптимизма, но киваю.

Он уже доказал свою надежность.

Мы ходим вокруг друг друга на цыпочках, боясь спугнуть то нежное и хрупкое между нами, что родилось так по-дурацки — из непоняток, дедлайнов и расписанных стаканчиков.

И таблички на двери! Как я могла забыть про табличку?

Как только Федор уезжает, я разыскиваю в телефоне номер Марата, с которого он мне писал, начиная марафон по передаче тетрадки с рецептами.

«Где табличка на двери?! СРОЧНО!» — пишу я.

«На подоконнике оставил».

В одном халате и носочках сбегаю на пролет вниз и спасаю циферки 5 и 7, которые ждут меня на окне. Осталась сущая мелочь — вернуть их на свое законное место.

Молотка и гвоздей у меня, конечно, нет. Зато есть малярный скотч.

Смотрится это ужасно, но мне важно, чтобы номер висел на двери, когда Федя вернется.

Звонок в дверь раздается ровно через час.

От неожиданности — хотя я ждала! — смазываю стрелку, которую рисовала на левом глазу.

Сердце колотится, как африканские барабаны, кожа полыхает огнем.

Прислоняю к щекам совершенно ледяные руки.

Как школьница!

Ну что за детский сад!

Делаю уверенный и независимый вид и направляюсь к двери.

Распахиваю и…

Вижу Мурата.

В синей униформе и белой шапочке. Не мой — но очень-очень похожей.

— Доставка! — заявляет он, белозубо улыбаясь. — Новогодняя доставка до двери.

Пакет в его руках завлекательно звякает.

Закрыв дверь, я засовываю внутрь нос и обнаруживаю там целую коллекцию шампанского — от безалкогольного до настоящего французского.

Федор не любит мелочиться!

Проходит еще пятнадцать минут — и снова звонок.

На этот раз я точно уверена, что это Федя, поэтому принимаю самую соблазнительную позу, открывая дверь… очередному курьеру.

Точнее — курьерше. Щуплая девчонка в белой шапочке протягивает мне огромную круглую коробку с прозрачным верхом, внутри которой высится трехэтажный торт, весь покрытый взбитыми сливками, в которых утопают щедро нарезанные фрукты.

— Доставка Нового Года! — звонко заявляет девушка. — Держите!

И когда я забираю у нее коробку, отступает на несколько шагов и фотографирует меня.

— Э!

— Привычка!

На третий звонок я спешу уже без тахикардии и лихорадки.

И оказываюсь права — третий курьер вручает мне термопакет, хмуро кивает и, развернувшись, топает вниз по лестнице. Помпон на его белой шапочке подпрыгивает на каждой ступеньке с таким же хмурым видом, что и он сам.

В пакете обнаруживаются контейнеры с салатами, нарезками и целых три вида горячего — судя по надписям, там утка в карамели, стерлядь по-царски и свиная рулька в темном пиве.

Никаких логотипов на контейнерах нет, но мне не надо даже проверять меню на сайте, чтобы с абсолютной уверенностью сказать, что вся эта роскошь из «Белого оленя».

Если мы не идем в папин ресторан — папин ресторан идет к нам?

Четвертого звонка я не дожидаюсь.

Вместо этого я слышу громоподобный стук за дверью и, выскочив на лестницу, чуть не прибиваю дверью — наконец-то Федора.

С молотком.

— Вот… — говорит он немного смущенно. — Ребята говорят, ты вернула номер, но…

Я закатываю глаза и, повиснув у него на шее, втаскиваю в квартиру.

Вместе с молотком. Что ж, номер квартиры 57 снова на своем месте…

— Ты решил на Новый год отступить от своих правил и привез не сбалансированный по белкам, жирам и углеводам правильный новогодний ужин, а… разврат какой-то? — первым делом предъявляю претензии.

— Творческим людям нужна вкусная, а не полезная еда, — совершенно серьезно и даже с назидательными нотками в голосе сообщает Федор, наклоняясь ко мне, чтобы поцеловать.

Я уже рассчитываю на продолжение, но он преступно быстро отрывается от меня, чтобы подхватить все коробки и пакеты, которые я бросила в прихожей и оттащить их на кухню.

— Ты теперь планируешь разработать специальный рацион для творческих личностей? — подкалываю я.

К моему ужасу, он замирает на пороге кухни и так глубоко задумывается, что брови соединяются на переносице, окончательно придавив бедную складочку.

— Эй, я пошутила!

— Нет, знаешь… Это мысль.

Он поворачивается ко мне и замирает.

И я замираю, глядя снизу вверх в его потря

Замерли глядя друг на друга. Не в силах оторваться.

Его теплые карие глаза разжигают во мне обжигающий огонь, дышать становится все труднее и труднее, будто мы находимся в эпицентре пожара, и кислород уже выгорел абсолютно весь.

— Пойдем… накрывать на стол, — хрипло говорит Федор и откашливается. — А то пропустим новый год…

— А новый год никак нельзя пропустить! — закатываю я глаза.

Что за слишком правильный мужчина! За что мне это?

Федор даже не дает мне приблизиться к столу.

Во-первых, он занимаетр собой три четверти кухни, а оставшуюся четверть занимают роскошные яства.

Во-вторых, он так ловко и технично сервировал угощение, что мне оставалось только завистливо вздыхать.

Ах да, он же рос буквально в ресторане.

Поэтому выставленное на стол все лучшее сразу — и стерлядь, и утку, и рульку, и закуски, и салаты, — не смотрится нелепым нагромождением блюд, а выглядит гармонично.

Из всех видов шампанского попасть к нам на стол удостоились всего три.

Я наблюдаю за ним с тайной улыбкой.