Сопротивление бесполезно - Селина Дрейк

Мысленно она уже надела тот комбинезон золотого цвета, который произвел столь неотразимый эффект во время медового месяца. Можно, конечно, надеть что-нибудь поверх… но лучше придерживаться оригинала…

Нагруженная покупками и очень довольная собой, Бланш спешила назад в свой врачебный кабинет. Прежде чем войти, она поправила волосы, поспешно вымыла руки и накинула короткий белый халат.

– Я пошла, – одними губами сообщила она медсестре Глэдис, которая висела на телефоне, очевидно обсуждая какое-то важное событие. В ответ Глэдис принялась подавать ей какие-то знаки, настойчиво указывая на дверь кабинета. О значении этих жестов можно было только догадываться… Бланш повернула ручку и вошла внутрь.

– Бланш!

Молодой мужчина встал ей навстречу, опираясь на палку и кривя губы от ощущения дискомфорта.

– Томас?! – Краска залила лицо Бланш, она почувствовала внезапную слабость и дрожь а ногах. Необходимо было срочно взять себя в руки. – Садись, – предложила она и поскорее села сама, пока он не заметил ее состояния.

Неужели он пришел на прием? Бланш подвинула к себе записи, которые Глэдис положила ей на стол. Так и есть: они содержали информацию о месте жительства, имени посетителя и несколько слов о болях в спине. Ну что ж, это к лучшему.

– Итак, – чтобы скрыть дрожь, Бланш откинулась на спинку стула и попыталась придать голосу нейтральную и доброжелательно-профессиональную интонацию. – Что привело тебя сюда? Что случилось с твоей спиной?

– Ты выглядишь замечательно, Бланш! Ошеломляюще!

– О… Спасибо. А теперь расскажи мне, в чем проблема.

– В тебе, Бланш. – Он смущенно передернул плечами. Когда-то она находила этот его жест милым, сейчас он почему-то показался ей наигранным. И эта слегка сконфуженная улыбка, которая тоже была так знакома… – Ты, Бланш, моя проблема. Всегда ею будешь.

– Меня интересуют твои проблемы в области медицины. Как ты повредил спину?

Решив быть твердой, она взяла ручку, но почувствовала, что не сможет вывести ни буквы. Тогда она встала и обошла стол, собираясь приступить к осмотру.

– Я сделал резкое движение, когда играл в сквош. Теперь еле хожу.

– Что сказал твой врач?

– О, я еще не ходил к нему: все, что он мне пропишет, это болеутоляющее. Я направился прямо к тебе – никто больше не сможет мне помочь. Кроме того, я тосковал…

– Сними, пожалуйста, пиджак. Ты сможешь лечь на кушетку?

Она осмотрела его очень придирчиво, удивляясь собственной подозрительности. Но было очевидно, что у него действительно проблемы с правой ногой. Впрочем, ничего существенного.

– Не думаю, что это серьезная травма. Может быть, легкое растяжение.

– Я надеялся, что ты мне сделаешь какой-нибудь массаж.

– Я не уверена в необходимости…

– Пожалуйста, Бланш! Во имя старой дружбы. – Он не обратил внимания на ее насмешливо вскинутую бровь. – Видишь ли, у меня полно деловых встреч, и я не могу отменить ни одной…

– Ну, хорошо. – В конце концов, это был, вероятно, самый быстрый способ избавиться от него. – Сними рубашку…

Какое-то время она мяла и растирала его, удивленная собственной отчужденностью – невозможно было не сравнивать тело Томаса с торсом другого мужчины, которого теперь она знала так близко. Закончив, Бланш с чувством облегчения отошла от кушетки и начала мыть руки.

– Я дам тебе список упражнений, но будь очень осторожен. И если почувствуешь себя хуже, советую обратиться к своему врачу. – Она повернулась к нему, вытирая руки полотенцем. – Кстати, тебе бы не помешало сбросить несколько фунтов.

– А-ах! – Смущенный, он перестал заправлять рубашку за пояс брюк, погладил живот и по-мальчишески улыбнулся. – Я, кажется, действительно толстею, и все из-за этих официальных ланчей.

– А как вообще твоя работа?

– С работой все в порядке. Но с личной жизнью – полный крах.

Теперь он смотрел на нее пристально, в глазах застыла искренняя боль.

Бланш быстро отвернулась и взяла свои записи.

– Так, думаю, твоя спина очень скоро будет опять в норме и…

– Я сделал чудовищную ошибку, Бланш. – Обойдя стол, он сел на угол и неожиданно взял ее за подбородок, так что она вынуждена была смотреть на него. В его голосе послышались более интимные нотки. – Паула и я – мы абсолютно разные. Только мы с тобой были с самого начала чем-то единым. Всегда были. Всегда будем, Бланш!

Вереница образов пронеслась в голове Бланш и как будто стерла настоящее. Видения следовали одно за другим: вечеринка у Джона Дедрика, где она впервые увидела Томаса с Паулой; затем квартира Роя, свадьба и телефонный звонок Томаса, который абсолютно испортил для нее тот день… Но ведь это могло быть велением его души!

Неожиданно все то, что связывало ее с Роем, показалось далеким и нереальным. Сейчас рядом с ней был Томас, который все это время помнил ее, думал о ней…

И тут внезапно, как будто со стороны, она услышала свой собственный голос – холодный и абсолютно бесстрастный:

– А что… с ребенком?

– О, я не говорил тебе? Паула решила сделать аборт.

Его невозмутимый и беспечный тон решил все. Наваждение в один миг исчезло. Их с Паулой ребенок! Как они могли быть настолько бездушными и черствыми? Если бы это был ее… ее с Роем ребенок… Да легче вырвать из груди сердце! Бланш смогла прийти в себя, только когда он слегка тряхнул ее.

– Любовь моя, куда ты ушла? – Он улыбнулся, потом снова стал серьезным. – Знаю, я был дураком, но ты ведь простишь меня? Ты всегда прощала, и ведь ничего не изменилось! Ты простишь, ведь правда?

– Что? – Отрешенно она подняла на него глаза. – О… да, Томас, конечно. Я прощаю тебя. Тем более, что…

– Я знал, что ты простишь! – Он даже не пытался скрыть своего торжества. – А теперь мы можем обсудить наше будущее. У меня такие планы для нас обоих…

До нее начало доходить кое-что из его слов.

– Что… что ты имеешь в виду, Томас? – Она встала и хотела отойти от стола, но он вскочил на ноги и прежде, чем она успела что-то сообразить, схватил ее за руки, притянул к себе и крепко обнял.

– Я имею в виду вот это, – шептал он у ее щеки. – И это, – его руки скользнули ниже, он прижимал ее к себе все крепче. – Все то, что сводило меня с ума годами и теперь наконец-то станет моим…

Бланш с трудом высвободилась и теперь смотрела на него спокойно и насмешливо.

– Тебе не кажется, Томас, что ты упустил одну существенную деталь? Я теперь замужем. Замужем за Роем.

– Да. – Его глаза потемнели, но уже через мгновение он улыбнулся. – Да, это так. Я схожу с ума от ревности, думая о тебе и Рое. Но когда ты рядом, все это кажется мне не столь ужасным. Ты знаешь, что говорят о запретном плоде? Мы можем встречаться в любое время, когда захочешь. И я обещаю, Бланш, что никогда больше не оставлю тебя! Просто… – он умоляюще заглянул ей в глаза, – ты была такой неприступной, моя любовь! Это сводило меня с ума. И именно это толкнуло меня в объятия Паулы!