Морковка для босса - Мария Зайцева

— Нравится, ну?

— Да… — замученно, со стоном выдыхает она, и я усмехаюсь. Ты не такая уж и неженка, да, Кристина-Морковка? Может, в этом причина, а? Любишь грязь, а чистенькой Кристине этого нельзя любить? Зато развратной Морковке — можно…

Сейчас будет тебе грязь. До горла.

Она вскрикивает, громко и жалобно, почувствовав меня в себе. Мне и самому на ногах сложно удержаться, настолько дикий контраст. Она внутри горячая, обжигает! И в глазах темнеет от кайфа.

Сжимает сильно, ритмично, словно кончать готовится. А вот нехер! Поиграем еще, Морковка!

Выхожу, жестко пресекаю попытки повернуться и посмотреть на меня, вжимаю ладонь в плечи, а второй рукой фиксирую по бедрам, чтоб не дергалась. И снова врываюсь в податливо дрожащее тепло. Ка-а-а-айф…

— Нравится тебе так, да? Да, Морковка? Да? — я двигаюсь размашисто, уже не контролируя себя, с оттягом луплю по голой нежной ягодице с приметной родинкой на ней. Первый раз ее замечаю, как-то раньше не обращал внимания…

Круглая попка, белая-белая, покрывается красными пятнами от моих шлепков, а Морковка стонет все громче. И совсем не от боли стонет, извращенка! Все ей нравится! И мне нравится!

Отпускаю, позволяя вытянуть руки перед собой и уцепиться за край стола. Зарываю пальцы в роскошные волосы, с наслаждением тяну назад, к себе, выгибая Морковку, словно лук. Красиво. Охрененно. Горячо. Сука! Зачем так с нами? Попросила бы, я бы и без того пожестил! Я тоже люблю это, я это умею! Нахера меня дураком выставлять?

Мысли, несвоевременно пришедшие в голову, давят, заставляют проявлять жестокость, укоряться, вдалбливая беспомощную девушку в столешницу. Я все жду, что она взмолится о пощаде, но она только стонет громче, цепляется за кромку стола, сильнее выгибается и, кажется, даже подмахивает мне! Ей это тоже, блять, нравится! А раз нравится, то получай! Получай, мать твою!

Кристина кончает с криком, так долго и сладко, что едва не утаскивает меня следом. Но я успеваю выйти, перехватить член у основания, переждать судороги оргазма, а затем, не дождавшись, снова насаживаю ее на себя.

Кристина снова кричит и всхлипывает. Ускоряюсь, мстительно усмехаясь и жадно рассматривая шикарный перепад между бедрами и талией. Гитара, блять. Укулеле мелкое… Не ожидала, что продолжим? А зря…

Ты у меня еще отсосешь сегодня.

Правда, судя по усиливающимся сладким вскрикам и повторной серии оргазменных объятий члена, Морковка ничего против и не имеет. Вот так и наказывай этих мазохисток. Все им в кайф!

Правда, и мне в кайф дико.

Причем, настолько, что не удерживаюсь и все же кончаю. С невероятным кружением головы, прошивающими все тело судорогами удовольствия, в сопровождении нежных, мягких стонов Морковки, от которых наслаждение еще острее.

Ноги едва держат, как умудряюсь выйти и сделать пару шагов к креслу, не понимаю сам.

Падаю на него, смотрю мутно на то, как моя Морковка медленно поднимается, словно кошечка, отряхиваясь и чуть ли не вылизывая с довольным мурчанием шерстку.

Поправляет алое платье, улыбается невероятно горячо, возможно, из-за размазанной помады и растрепанной прически. Смотрит на меня, вампирша, все соки высосавшая…

— Прощальный секс был прекрасен… — шепчет мягко, — шампанское сейчас принесу. Отметим…

— Стой, — пытаюсь удержать ее я.

Но Морковка убегает.

Ладно, пусть будет шампанское…

Мысли в голове настолько вялые и неповоротливые, что только через пару минут додумываюсь, что нихрена она не вернётся…

Вздыхаю, застегиваю штаны, прикуриваю, собираясь с силами. И спокойно выхожу из комнаты.

— Раз, два, три, четыре, пять, я иду тебя искать, — набираю номер Кристины.

Прячься, Морковка, теперь я тебя точно сожру…

Глава 20

Кристина не отвечает, что вообще не удивительно. Но у меня имеется свой человек рядом с ней. Пусть верить ему тоже нельзя, но выяснить-то хоть что-то вполне реально. На выходе из клуба набираю Платона.

Осматриваюсь, прикидывая, в какую сторону убежала Морковка. Надо же, шустрая какая, опять не понял, куда делась. И как так быстро-то?

— Да, слушаю!

Пацан отвечает бодрым голосом, судя по всему, куда-то идет, жует жвачку и хлопает пузыри. Я словно воочию это все вижу. Прикольный, молодой, наглый… И колет опять за грудиной. Русик, прости меня, засранца. За всё прости. Если это возможно, искупить вину хорошим отношением к другому человеку, я всё сделаю.

— Платон, привет, это Игорь.

— Игоревич? Это вы?

— Да-да, это я. Слушай, ты не дома?

— Нет, я только иду туда.

— А Кристина где?

— А вот Кристина всегда дома в это время.

— Ты уверен?

— Да, никуда не выходит, домоседка она, блин. Так что я очень рад, что у неё появилась хоть какая-то личная жизнь. Вы, Игорь Игоревич, нормальный, вроде…

— И она сейчас дома? — перебиваю его нетерпеливо, — она не берёт трубку.

— Так, может, не слышит, у неё там йога иногда.

— Я хотел подъехать к вам.

— Так подъезжайте, я скоро тоже подхожу.

— Давай на ты, Платон.

— Давай.

— Я подъеду.

Отключаю звонок… И вдруг себя ловлю на мысли, что мог поторопиться, перебдеть, блин, а моя любовница Морковка действительно сейчас придет в номер с шампанским… И разминется со мной!

По словам Платона, сестренка дома. Хотя, веры ему особо нет, учитывая полученную от дяди Вани информацию…

Я никогда в жизни не сомневался. Я настолько уверенный, а иногда даже самоуверенный тип, что сам диву даюсь. Только уверенным в себе людям сопутствует удача, только так ты можешь свернуть горы на своём пути. И когда уверенный, полный сил человек неожиданно чувствует, что ошибается, это может привести к панике. Панику я подавил очень быстро.

Кем бы ни была Морковка, сейчас мне важнее выяснить, точно ли она — Кристина. На сто процентов. И, если нет, то уже окончательно отмету этот вариант и буду другие рассматривать. Или не буду. Ну ее нахер, Морковку. В любом случае, все решу, все выясню. Потом.

А я сейчас разберусь в самом главном.

Этот вечер будет решающим.

До дома Кристины сразу доехать не получается, я еду длинной дорогой, потому что неважно знаю еще город. И если она сразу сбежала домой, то я дал ей фору, получается.

Ничего… На месте посмотрю.

Добираюсь до их спального района, машину ставлю, где попало, точнее где место находится, и быстро иду до подъезда, по пути догнав Платона.

Тот искренне радуется, увидев меня, подает руку, спокойно заходим в лифт. И все это прямо на лайте, никаких признаков волнения, никакой фальши. Или играет охренительно, или реально не при чем. Пусть будет второй вариант… Так