Сказка для двоих - Барбара Воллес

– Но ведь будет грубо, если я останусь в кровати и не провожу тебя.

– Проводишь?…

– Конечно. Не волнуйся, я и не предполагала, что ты останешься.

«А почему нет?» – мысленно спросил Гидеон.

– Знаешь, я вообще-то не собирался…

– Все в порядке. Я не жду от тебя никаких объяснений. – Не ждет? – У тебя был тяжелый день, тебе необходимо было сбросить стресс, так сказать, найти тихую гавань на время шторма, а я… я хотела предоставить ее тебе. – Наконец, девушка взглянула в глаза Гидеону, но в полумраке комнаты он не мог сказать, соответствует ли выражение ее лица бесстрастному тону.

– Ты для меня не просто тихая гавань во время шторма, Эмма, – сказал он, постаравшись вложить в эту фразу как можно больше уверенности.

– Это просто фигура речи, – нервно улыбнулась девушка. – Я просто имела в виду, что знаю, чем заканчиваются подобные отношения.

Внутри у Гидеона все похолодело. Почему-то фраза, которая обычно успокаивала его, заставила его сердце болезненно сжаться.

– Ты знаешь?

– Гидеон, я уже взрослая девочка. Я знала, что делаю и что за этим последует. Так что не беспокойся, я ничего не жду от тебя. А теперь не мог бы ты подождать пару минут – я не хочу провожать тебя голой. – С этими словами она скрылась за дверью ванной, и Гидеон услышал шум воды.

Гидеон со стоном откинулся на подушки, не понимая, что сейчас произошло.

«Молодец, Эмма, ты прекрасно справилась!» – язвительно прокомментировал внутренний голос. Девушка уставилась на свое отражение и едва узнала свое лицо: глаза лихорадочно горят, волосы растрепаны, губы искусаны. Она смотрела на лицо полностью сексуально удовлетворенной женщины. Как и во всем остальном, в сексе Гидеон был сногсшибателен.

«Не сходи с ума, Эмма», – увещевал тем временем внутренний голос. Гидеону просто нужно было сбросить стресс, ничего более, она знала это, когда в самый первый раз ответила на его поцелуй. И она не позволит себе даже мысли о чем-то большем, не даст себе плакать о несбыточном. Она с мужеством и хладнокровием пройдет через это, не будет думать о жарких объятиях Гидеона, его руках и губах, о том, как он заставил ее чувствовать себя самой желанной женщиной на свете.

Но почему же тогда у нее такое ощущение, словно ее сердце сейчас разорвется от боли?

Эмма со вздохом накинула халат, оглядела свое отражение и со стоном прислонилась к двери, увидев на рукаве большое пятно от кофе. Хотя, наверное, уже поздно думать о произведенном впечатлении?

Когда она вернулась в комнату, Гидеон заканчивал застегивать рубашку. Избегая встречаться с ним взглядом, девушка подошла к гардеробу и спряталась за его дверцей.

– Если ты дашь мне пару минут, я подвезу тебя к пристани, – сказала она, надеясь, что ее голос звучит спокойно.

– В этом нет необходимости.

– Мне не сложно. Просто уже поздно, и тебе никогда не поймать такси в такой час. – И еще никак нельзя допустить, чтобы он остался на ночь – натянутой беседы за завтраком она не переживет.

Эмма остановила выбор на бежевом вязаном свитере и только начала снимать его с вешалки, когда сильная мужская рука легла на ее плечо, заставив обернуться. На лице Гидеона застыло раскаяние.

– Эмма, не надо.

Глядя в эти синие глаза, девушка почувствовала, как у нее подкашиваются ноги и исчезает воля к сопротивлению. Она сделала шаг назад, подыскивая нейтральную тему для разговора.

– Похоже, за ночь сильно похолодало, не удивлюсь, если к утру пойдет снег. Но для Новой Англии снег в октябре – это вполне нормально.

Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но Эмма прервала его:

– Все в порядке, Гидеон. Я же сказала, я все поняла. Не нужно мне ничего объяснять. – Или извиняться. «Пожалуйста, только не извиняйся!» – шептала девушка про себя. – Просто дай мне одеться, и я отвезу тебя к твоей лодке.

– Не нужно одеваться, я пройдусь пешком. Тут недалеко.

– Да, конечно.

Он не извиняется, он просто пытается как можно быстрее избавиться от ее общества. Какой стыд! Девушка опустила взгляд, стараясь сдержать слезы.

Они молча прошли туда, где началась сегодняшняя ночь: на ее кухню. Там, на полу, валялось пальто, сброшенное Гидеоном поверх ее пижамной футболки, – как свидетельство того, что произошло между ними. Эмма не знала, куда спрятать взгляд, ощущение неловкости, переполнявшее комнату, казалось, можно было потрогать руками. Неудивительно, что Гидеон хотел сбежать отсюда.

– Может, сделать тебе чашку кофе? На дорожку, – добавила Эмма, чтобы он не подумал, что она пытается удержать его.

– Думаю, сегодня я уже достаточно выпил.

Девушка согласно скользнула взглядом по пустым бутылкам на столе. Жаль, что у нее не было такого же оправдания.

Эмма наблюдала, как Гидеон надевает пиджак, берет пальто и идет к выходу. К ее безграничному облегчению, он не пытался продолжить разговор. По крайней мере, так было, пока она не коснулась дверной ручки. Он подошел к ней сзади и накрыл ее руку своей.

– Эмма, я не хочу…

– Гидеон, все в порядке, – сказала она, заставив себя улыбнуться. Еще секунда, и она растает от его прикосновения, нельзя этого допустить. – Передай бабушке, что завтра утром я буду у нее. Если хочешь, могу предварительно позвонить, чтобы не помешать врачам.

На лице Гидеона мелькнули странные чувства, которые Эмма не смогла идентифицировать. Он медленно поднял руку и убрал прядь волос с лица девушки. Эмма почувствовала предательскую дрожь во всем теле. Собрав волю в кулак, она опустила лицо, отстраняясь от его руки, но это не помогло. Гидеон все равно нашел ее губы.

– Спокойной ночи, Эмма, – прошептал он.

Девушка заставила себя улыбнуться в ответ:

– Спокойной ночи, Гидеон.

– Еще один букет? Эти люди что, не знают лучшего способа потратить деньги?

Эмму этот вопрос тоже интересовал: палата миссис Кент сейчас больше всего напоминала цветочный магазин. С момента ее прихода курьеры с букетами заходили уже пять раз. С огромными, дорогими букетами от лучших бостонских флористов. На их фоне скромные цветы, которые она купила в магазинчике при больнице, выглядели просто жалко.

Да, на сегодня цветов, пожалуй, хватит. Когда она утром заехала в отель проверить почту, ей сообщили, что в приемной ее ожидает букет из двенадцати алых роз. На карточке было имя Гидеона. Может быть, розы – это традиционный подарок для девушки на одну ночь?

– Это от губернатора. Он желает вам скорейшего выздоровления. – На карточке, которую Гидеон приложил к розам, было лишь его имя. Только сейчас Эмма поняла, как жалко это смотрится со стороны – он мог написать хотя бы строчку, стандартное «С нежностью», например. Эмма растерянно огляделась. – Куда мне его поставить? Здесь осталось не так уж много места.