Любовь и прочие яды - Дарья Стааль

Мы углублялись в лабиринт, а людей становилось все меньше и меньше, пока за одним из поворотов на небольшом пересечении нескольких тропинок не оказались совсем одни.

Винсент остановился. Или я остановилась, не знаю. Было очень тихо и очень красиво: в гранях ледяных стен внутренние огоньки переливались особенно ярко. Я подняла глаза на Винсента, чтобы что-то сказать или спросить, но промолчала, наткнувшись на внимательный взгляд синих глаз.

Бездонных, как ночное небо над Ротуром. Ярких, как лучшие сапфиры моей личной сокровищницы. Полных какого-то затаенного огня, что тлеет глубоко под землей весь год, готовый прорваться неукротимым, смертоносным пожаром от одного неверного солнечного луча.

– Винсент? – прошептала я, чувствуя, что и без розового тумана тону в его колдовских глазах.

Парень медленно и осторожно, словно боясь спугнуть дикую птицу, потянулся ко мне и убрал прядь волос, мимолетно коснувшись моего лица.

– Винсент? – одними губами повторила я, чувствуя жар его ладони на своей талии сквозь всю одежду.

– Я бы хотел кое-что сказать тебе… – тихо произнес он, продолжая смотреть на меня своими невозможно синими глазами. – Но ты, наверное, меня сейчас даже не слышишь.

Парень горько усмехнулся.

– Я скажу потом. Обязательно скажу. А пока…

Он потянулся ко мне, а я, боясь себя выдать, даже забыла, как дышать. Секунда-другая и…

Винсент запечатлел у меня на лбу самый целомудренный из поцелуев.

Эй!!!

От неожиданности и разочарования я вздохнула, и парень тут же отстранился. Заглянул мне в лицо с самым озабоченным видом и спросил:

– Вернулась? Ну как там мир розового любовного дурмана?

Я мрачно посмотрела на парня. Хотелось сказать, что не было никакого дурмана, что я, вообще-то, все слышала и теперь просто сгораю от любопытства! Но это было бы нечестно ни по отношению к себе, ни по отношению к нему. В конце концов, может, это галлюцинации. Кто его знает, чем лошадиные дозы приворотов чреваты?

– На месте, – огрызнулась я и потерла глаза.

– Так я и думал, – вздохнул парень, и если бы я не слышала его странную и волнительную речь минутой ранее, то никогда бы не заметила печаль в этом вздохе.

– Ты что-то говорил? – спросила я, слабо надеясь выведать что-нибудь.

– Да, – кивнул Винсент, и я чуть не подпрыгнула от нетерпения. – Пора ужинать и возвращаться. Тебе нужен антидот.

Я не сдержала разочарованного вздоха, за что получила очень удивленный взгляд.

– Просто здесь красиво, – пожала плечами.

– Если захочешь – вернемся завтра, когда ты станешь собой, – сказал Винсент, предлагая мне локоть.

– Договорились, – согласилась я, цепляясь за его руку.

Мы неторопливо отправились в «Осколок неба». Людей на улице стало прибавляться, Ротур медленно и лениво собирался на вечерние гуляния. Выходные продолжались, и атмосфера праздника все еще витала в воздухе.

– Кстати, как мы будем искать твою бешеную поклонницу? – спросила я, когда мы добрели до ресторации и теперь сидели, листая меню.

– Слышал, есть уникальные зелья, которые могут помочь в определении причастных, – отозвался Винсент.

– Есть такие, – кивнула я, с нежностью вспоминая записную книжку, ждущую меня в библиотеке. – Но для них нужен исходный материал.

– Я сохранил бутылку, – невозмутимо ответил парень, прикладываясь к своей фляжке.

И мне, конечно же, тоже. В конце концов, я ведь шестой ребенок в семье, почему бы не продолжить традиции?

– Это тоже хорошо, – согласилась я, стараясь не смотреть на мага. – Но приворот – подсудное дело. Тут без Грогона никак.

Парень немного помолчал, обдумывая мои слова.

– Согласен, но лучше, если мы явимся к нему со всеми уликами и доказательствами, чем с одними проблемами.

Я вздохнула. Да уж, представляю, как наш любимый ректор будет орать. Тут и его супруга не поможет – такое кошмарное преступление под носом у уважаемого мага!

Ужин вышел неожиданно приятным и оживленным. Общались на какие-то отвлеченные темы, не требовавшие от меня высоких умственных напряжений. Правду говорят, что от любви глупеют. Я перманентно теряла связь с реальностью, слушая чарующий голос мага. Винсент терпеливо повторял раз за разом одно и то же, пока я не улавливала смысл слов. Хотелось злиться, но парень был предельно тактичен, и я лишь вздыхала, планируя найти и оторвать голову той дуре, что решила охмурить моего мага.

А когда мы вышли из ресторации, оказалось, что в Ротур наконец-то пришла настоящая зима. Снег падал крупными хлопьями, красиво мерцая в свете фонарей и грозя обернуться метелью к ночи. В черных волосах Винсента путались огромные пушистые снежинки, заставляя меня засматриваться на парня и спотыкаться.

– Тебе не холодно без шапки? – спросила я, с большим трудом отводя глаза, намереваясь все-таки посмотреть себе под ноги.

– Не люблю головные уборы. Да и у нас никогда не было особенно холодно, – Винсент взъерошил волосы.

– А перчатки?

– А перчатки… мешали упражняться в магии.

Я кинула взгляд на парня. Все-таки это странно, что маг вдруг бросил все и перевелся в нашу академию. Была, была у Винсента какая-то страшно интересная тайна, которую мне ужасно хотелось узнать. Уже даже решилась спросить прямо, но в очередной раз засмотрелась и споткнулась. Меня моментально поймали и осторожно поставили на землю.

– Хель, как ты вообще сдала физические нормативы? Ты же даже по прямой идти не можешь! – тихо рассмеялся Винсент.

Я обиженно насупилась. Вот снимем приворот, мало не покажется… Мне даже захотелось высказать свое негодование по поводу его незлого, в общем-то, смеха, когда нас прервали.

– Винни, ты ли это?!

Мы с Винсентом синхронно повернулись на голос, принадлежащий какому-то парню. К нам вразвалочку приближалась компания. Судя по форме, это были адепты Академии Высшей Магии. Их было с полдюжины – все парни, кроме одной девушки. Винсент напряженно замер, на лице застыла безразличная маска, глаза казались пустыми. Передо мной был снова тот равнодушный тип, которого Грогон привел к нам на пары несколько недель назад.

– Ну привет, Руэда, – растягивая слова произнес окликнувший Винсента высокий шатен, типичный заводила. – О, да ты никак в теоретики записался?

– Винсент, кто это с тобой? – рядом с заводилой стояла девушка. Не так чтобы близко, но и не