А может по-соседски? - Ксана М

В офисе была ровно в 8:45. В кабинет вошла пять минут спустя.

– Привет, ― поздоровалась с ребятами, а затем плюхнулась на своё рабочее место.

Господи, какое же это кресло мягкое…

– Ну ты как? ― Спросила Джойс, присаживаясь на край моего стола. ― Этот гипертрофированный олигофрен с маниакально―депрессивным психозом не объявлялся?

Улыбки я сдержать не смогла.

– Это ты ночью придумала? Не очень ли сложно?

– Ладно, пусть будет просто имбецил.

Я улыбнулась шире.

– Нет. Не объявлялся. Думаю, он поверил в байку про смену номера.

– И хорошо. После того, что он сделал, я бы на твоём месте хорошенько ему врезала.

– Причем совсем не по лицу, ― усмехнулся Макс, и Джойс согласно кивнула.

– Именно.

– Спасибо, ребят, но я пас. Не хочу думать о нём, злиться на него, таить обиду. Хочу просто забыть. От токсичных людей нужно избавляться, верно?

– Верно. ― Поддержал меня парень. ― Ты молодец, Сэм. Будь выше него.

Я улыбнулась, а затем посмотрела на Джо. Та выдохнула и пускай немного нехотя, но кивнула.

– Ладно. Но если что ― говори. Мы с Максом всегда поможем, если будет нужно.

– Спасибо. ― Поблагодарила я, а затем мы погрузились в работу.

Первая половина дня пролетела практически незаметно. Я просматривала старые договора, изучала поправки и заново читала необходимую правовую литературу. Вспомнила, как всё это завлекало меня раньше. И поняла, как безумно по всему этому скучала.

В обед Джойс и Макс пошли в небольшую забегаловку, располагающуюся через дорогу от офиса. Я же решила остаться и обойтись булочкой с кофе.

Выбрала аппетитный на вид сэндвич с помидорами, курицей и сыром, нажала все необходимые кнопки на агрегате в холле, и лишь после этого осознала, что, кажется, оставила кошелек дома. А значит, и всю свою наличку, и все кредитки.

Ругнулась, понимая, что, по всей видимости, останусь сегодня без обеда.

– Проблемы? ― Услышала позади себя и тут же повернулась.

На мгновение даже растерялась, увидев небезучастный взгляд привлекательных дымчато―серых глаз, не без интереса наблюдающих за моим фиаско. Понимала, что молчу и просто моргаю, как идиотка, поэтому всё―таки заставила себя ответить:

– Нет. То есть, ничего серьезного. Просто, кажется, я забыла дома кредитку. ― Усмехнулась, а затем немного отошла. ― Ладно, пойду работать.

– Погоди. ― Остановил меня Элиот, а затем приложил свою карточку к мигающему экранчику и достал из аппарата мой сэндвич. ― Вот, держи.

– Нет―нет―нет, это лишнее. Я не могу.

– Это всего лишь сэндвич, Саманта. ― Улыбнулся он, а затем, когда я засомневалась, добавил. ― Ну же. Я не позволю, чтобы мой юрист остался без обеда. Либо ты берешь этот сэндвич, либо я прямо сейчас заказываю тебе китайскую еду.

Я улыбнулась, а затем, понимая, что выбора у меня нет, сделала к нему шаг.

– Спасибо.

– Пожалуйста. ― Шире улыбнулся он, и я впервые заметила выделяющиеся на его щеках ямочки. Такие соблазнительные, что было трудно оторвать взгляд. ― Какой кофе ты обычно пьешь?

– Эээ… латте с двойным молоком, ― ответила на автомате, и только потом сообразила, что сглупила. И очень серьезно. ― Что ты делаешь? ― Едва не вскрикнула, увидев, как Элиот выбирает латте и просит автомат налить в него две порции молока.

– Покупаю тебе кофе. ― Ответил он так, словно это было в порядке вещей. Но ведь не было же!

– Элиот, не стоит. Перестань. ― Я даже огляделась, словно шизанутая. ― А что, если кто―нибудь это увидит и по компании поползут слухи?! ― Прошипела как можно тише. ― А я здесь всего два дня!

– Единственный слух, который действительно может поползти, это ― наш босс―тиран, мистер Кэмпбелл, довел новую сотрудницу до голодного истощения. Ещё и газетах не дай Бог об этом напишут. Скандала будет не избежать. ― Усмехнулся он, протягивая мне готовый латте.

– Элиот…

– Перестань, Саманта. Это только кофе.

– Только сэндвич, только кофе… ― напомнила я ему, ― а дальше что? Станешь платить за мою квартиру?

– А это требуется? ― Серьезно спросил он, а я снова захлопала глазами от изумления. ― Расслабься, это всего лишь шутка. Я плачу тебе достаточно, чтобы снимать апартаменты в пентхаусе. Так что, думаю, что с квартирой моя помощь тебе не понадобится. ― Он улыбнулся, а затем указал на стаканчик в своей руке. Кофе я взяла, но согласна с этим всё равно не была.

– Я верну.

– Не стоит. Считай это способом извиниться перед тобой за то неприятное происшествие на обочине.

– Ты уже извинился, полностью оплатив мою страховку. ― Напомнила, подумав, что нужно выкроить время и доехать―таки до сервисного центра. ― Этого вполне достаточно. ― Он кивнул, а я ощутила острую необходимость вновь его поблагодарить. ― Спасибо. Но больше так не делай.

– Хорошо, больше не буду. ― Усмехнувшись, пообещал он. Но почему―то я ему не поверила. ― Как на новом месте? Осваиваешься?

– Дааа, потихоньку.

– Всё нравится? Замечаний нет?

– Эмм, нет. ― Даже, если бы и были, неужели он считал, что я о них ему скажу? ― Всё отлично. Я счастлива быть частью этой компании.

– Я тоже счастлив, что теперь ты ― его часть. ― Негромко ответил он, посмотрев на меня взглядом, полным мягкости, удовольствия и чего―то ещё, что расшифровать я так и не смогла.

Практически провалившись в его серую дымку не сразу услышала застучавшие по паркету каблучки.

– Мистер Кэмпбелл, пришел Пол Джарвис. Я проводила его в ваш кабинет.

Мы тут же прервали наш молчаливый контакт, и я несколько раз сморгнула.

– Хорошо, Ана, спасибо.

Та самая Ана, длинноногая брюнетка в коротком сексапильном платье и на высоченных шпильках, смерила меня каким―то уж очень странным взглядом. То ли просто любопытно―оценивающим, то ли уничтожающе―испепеляющим. А, возможно, одновременно и тем, и другим.

Одно я поняла точно ― слухам быть.

Твою ж мать.

Остаток рабочего дня прошел спокойно и без происшествий. Я старалась не высовывать из кабинета носа, а до туалета добираться короткими перебежками. Лишь бы не встретить где―нибудь эту неуравновешенную секретаршу Элиота. Нет, я совсем её не боялась. Более того ― знала, что заткну и поставлю на место, если придется. Просто не хотелось так скоро нажить себе врагов и прослыть той ещё конченой сукой. А судя по тому, как Ана на меня смотрела, она способна была разнести обо мне ещё и не такое.