Призыв ведьмы. Часть 3 - Эйлин Торен

— А вот тут, разве не такая же как Шер-Аштар крепость?

— Это Адира, — объяснил митар. — Она наш оплот на границе с Ринтой. Адира это одна большая корта рыболовов. И через неё не пройти, видишь — горы, а здесь обрывистый берег Вонгилы, там скалы. Так что Адира один из самых наших спокойных оплотов. Но отряд там тоже есть.

Милена хотела ещё спросить, но в библиотеку зашёл феран.

— Роар, — кивнул мужчина.

— Достопочтенный феран, — слегка поклонился тот в ответ.

— Милена, — теперь глава дома посмотрел на неё, — ты пришла в себя?

— Да, достопочтенный феран, — она тоже склонила голову. — Вчера поздно вечером…

— Милка? — Хэла прислонилась к дверному косяку, сложив руки на груди, и как всегда была невероятно бодрой для начала дня. — Доброго утречка, тебе, мёртвая царевна. А я уже хотела проводить кастинг на королевича Елисея, а ты меня обломала.

Девушка залилась краской. Сейчас Хэла скажет что-то по поводу её отношений с Роаром и Милена умрёт от стыда перед фераном.

— Даже не жди, что буду спрашивать, как ты собиралась это делать, — буркнула она, пытаясь понять куда можно себя деть, чтобы не быть под пристальными взглядами мужчин.

— Что значит как? Как в сказке у Александра Сергеича было?

“Господи, Хэла, перестань!” — белая ведьма бросила на чёрную полный мольбы взгляд.

— Нашла бы того, кто может что-нить раздолбать, — внезапно ответила Хэла, и ухмыльнулась. — Хотя вот с этим тут проблем не было бы… вон сколько молодцов о них что хошь сломать можно.

Милена потерялась.

— Царевич гроб раздолбал нечаянно, Милка, — пояснила женщина. — Ты что сказку забыла? Или подумала, что он её целовал?

И тут чёрная ведьма так многозначительно глянула на Роара, что Мила забыла как дышать. А Хэла фыркнула и рассмеялась.

— Пошли, душа моя царевна, завтракать, — махнула она, всё ещё смеясь, оттолкнулась от дверного косяка.

И вот за это Мила была благодарна, потому что иначе ей бы пришлось уходить из библиотеки как-то иначе, а это было для неё огромной проблемой. Ещё раз поклонившись ферану и митару, боясь посмотреть ему в лицо, она вышла следом за Хэлой.

— Что интересного узнала? — спросила у неё Хэла, когда они сидели после завтрака на каменных скамьях возле людской части дома.

— В смысле? — нахмурилась Милена.

— Ну, не просто же так ты с Роаром в карту тырилась, — усмехнулась Хэла.

— А, ты видела? — стушевалась девушка.

— Видела конечно, прям два голубка, огонёчки такие горят, тянуться друг к другу…

— Хэла, перестань! Я просто…

— Да ладно тебе, мне вообще вот дела нет, — и женщина пожала плечами.

— Хэла, я хотела спросить, и прощения попросить.

— Вот второе, как обычно ерундень какая-то небось, — отозвалась чёрная ведьма. — А про спросить — спроси, конечно.

Милена почувствовала, как к щекам прилила кровь.

— Я в лесу…

“Как она может такое сказать? И вообще она может? И боже, какая она ужасная…”

— Ты в лесу… что? — Хэла посмотрела на неё с интересом.

— Там столько всего произошло, — прошептала девушка.

— О, да, весёлая поездочка получилась, не говори! — фыркнула чёрная ведьма.

— Я обнимала ферана, Хэла, — пискнула Мила едва слышно, не своим голосом, решив выдать всё разом. — Прости меня!

Хэла ничего не ответила и никак не отреагировала и белая ведьма решилась поднять на неё взгляд и встретилась с весьма странным выражением лица.

Чёрная ведьма приподняла одну бровь, а на лице её было какое-то странное пренебрежение и может — презрение? На этот раз Мила почувствовала, как кровь от щёк отлила, она испугалась. На мгновение её парализовал страх, жуткий, невыносимый — а если Хэла ревнивая и она сейчас потеряет единственного человека, с которым можно всем-всем поделиться? Вдруг она так же разозлиться, как и Милена, вдруг поведёт себя, как повела она?

— Хэла? — прошептала девушка с обречённой надеждой в голосе.

Но тут Хэла подавилась смехом. Лицо её смягчилось и она рассмеялась, заливисто, заразительно и так открыто. Милена заметила, что на них с интересом смотрят домашние и серые. Но что-что, а вот внимание, мнение и осуждение окружающих видимо Хэлу вообще не волновало. Она смеялась до слёз.

— А мне рассказать смешное? — громыхнул над их головами голос Тёрка.

Милена обернулась, думала, что мужчина стоит за ними, но оказалось, что он был на галерее второго этажа. Пришлось задрать голову, чтобы увидеть

— Тёрк, дорогой, а не скажешь ли, кого мне позвать погулять? — спросила Хэла сквозь слёзы, приходя в себя от смеха. — Раз феран приказал.

— Хэла, ведьмочка моя, да не скажу, любимая! Я сам с тобой схожу, если не против, — улыбнулся он.

— Против тебя? Ты что не с той ноги встал? — покачала головой чёрная ведьма. — Я с тобой за всегда хоть на край света, сердечный мой!

А Тёрк, довольно усмехнувшись, пошёл к ним.

— Хэла, — позвала Милена женщину, потому что так и не поняла её реакцию на своё признание.

— А? — чёрная ведьма глянула на неё, как ни в чём не бывало.

— Я про… — стушевалась девушка.

— Мил, солнышко, ты с ума сошла? Конечно, я теперь тебя, коли руки к достопочтенному ферану потянула, изведу, не поморщусь, — сказала она шёпотом, потом улыбнулась. — Ну, право, детка. Ты чё?

— Просто я… не знаю… он такой… — она снова начала мямлить, потому что слов не находила и не понимала, что именно так её тревожило.

— С ним спокойно, — ответила за неё Хэла. — Ты чувствуешь настроение людей?

— Да, — Милена подняла на женщину обрадованный взгляд.

— Понятно, что тебя к нему потянуло в тяжёлый момент, — проговорила женщина. — Он надёжный и он такой… хм… батя!

— Блин, Хэла, — белая ведьма улыбнулась.

— А нет разве? — поинтересовалась Хэла.

— Да, как папа… — она тяжело вздохнула, потому что внутри разверзлась пропасть воспоминаний о папе. На глаза навернулись слёзы.

— Это вы быстро от смеха к слезам перешли, — отозвался Тёрк.

— Бабы, — фыркнула Хэла, а потом показала на Милену. — Ей срочно нужны отеческие объятия.

— А это не вопрос. Меня не надо лишний раз просить шикарных женщин обнимать! — улыбнулся мужчина, и Милена, вместе чёрной ведьмой, были тут же заключены в невероятно огромные, тёплые и надёжные объятия Тёрка.

Девушка даже понять не успела, но стало хорошо. Она растворилась в эмоциях Хэлы и Тёрка. Таких мягких, как пуховое одеяло. Вспомнилось, что у Милы было такое в детстве. Оно было как облако. Мягкое, воздушное и волшебное.

Когда Тёрк и Хэла ушли, оставив успокоившуюся Милену сидеть на лавке и, как дурочку, улыбаться самой себе,