Квирит - Alexander Agassiz

— У тебя есть какие нибудь идеи?

— Нет. Пока что нет

Почёсвая щеку и прикидывая в голове разные варианты, он осматривал свою экипировку и ближайшее окружение. В какой то момент римлянин щёлкнул пальцами и обадряюще сказал:

— У нас нет никаких инструментов, чтобы соорудить новый мост или придумать инженерное чудо, но у меня есть прочные клинки. Нам повезло, что это дерево у моста достаточное длинное, чтобы свалиться на другой берег и надеюсь оно настолько же прочное.

Грубая переправа из большого бревна казалась единственным выходом, когда под рукой были только кинжал и меч. Такие мосты иногдла экстренно сооружали во время поисков потерявшихся людей, когда времени было мало а территория малолюдна. В таких условниях нет причин тратить ресурсы, время и деньги на строительство приличных мостов.

Римлянин поместил лезвие под углом вниз к стволу дерева, а скелет стучал по тыльной стороне клинка крупной и увесистой палкой. Затем под углом вверх и завершал клиновидными разрезами. Опрокинутое дерево должно было упасть между двумя берегами и поэтому к здоровью дерева и его длине был очень внимательный подход. Однако как оказалось, дерево было несколько сухим и не внушало серьёзной безопастности. Но выбирать не приходилось.

— Вот и как бы я без тебя справился, хех?

Фавст улыбнулся и сказал:

— Я пойду первым и проверю насколько оно хорошее.

Центурион несколько раз толкнул бревно ногой, чтобы проверить его устойчивость. Он залез на бревно и аккуратно пытался его раскачать. Оно не шаталось и затем центурион спустился на четвереньки и пополз вперед, ломая ветви и расчищая путь. Под импровизированным мостом с бешеной скоростью и оглушающим шумом бурлила холодная вода, обволакивающая огромные камни. Добравшись до другого берега он кричал скелету, махая рукой:

— ПОЛУЧИЛОСЬ! ДАВАЙ! ПОЛЗИ НА КОЛЕНЯХ И ОНО ТЕБЯ ВЫДЕРЖИТ!

Было заметно как скелет боялся и тёр костяшки пальцев друг об друга. Ходил около бревна и кричал в ответ: — ДА! ДА! СЕЙЧАС!

— У ТЕБЯ ПОЛУЧИТСЯ! ПРОСТО ПЕРЕДВИГАЙСЯ МЕДЛЕННО!

Спустя несколько кругов вокруг бревна скелет решился и заполз по бревну на коленях, как кричал Фавст. К середине стало слышно, как бревно трескается, но никто не подавал виду и не говорил ни слова.

— СМОТРИ ВПЕРЁД! НА МЕНЯ! ТЫ СПРАВИШЬСЯ! — продолжал кричать Фавст.

Скелет громко вздыхал и когдла бревно стало заметно трещать и ломаться на глазах, он лихарадочно стал предвигать конечностями быстрее и вставать на две ноги, как едва успел упасть на землю, перед тем, как сломавшееся на две половины дерево унесло течением.

— АААХГХ!

— У тебя получилось! Ты в безопасности — Фавст с улыбкой распростёр свои объятия скелету и обнял его.

— Я…Я…Я…признаться…думал, что если упаду, то косточки мои золотые потом так и не получиться найти, может они и вовсе не всплывут…

— Не думай больше об этом, всё прошло. Лучше вспомни, что на этом берегу твой брат!

— С…спасибо… — с опущенным взором ответил скелет. — В ином случае, боги бы так во мне разачаровались, что оставили бы мою говорящюю голову на дне…

— Да ладно тебе! — центурион по дружески хлопнул скелета по плечу и принялся идти дальше, как заметил, что не может нащюпать кинжал на поясе. Он обернулся чтобы отыскать его глазами на противоположном берегу, но там его не было.

— Проклятье…мой кинжал теперь у нимф реки! — пытаясь ободрить скелета он продолжил шутку-Если будешь прогуливаться с братом по здешним рекам, то будь осторожен. У одной из них мой кинжал, и она может впасть в безумие и взять вас в рабство как бессмертных охранников её ручья!

— А у дриад, нимф леса, твой шлем и щит. Теперь они легионеры? — Ответил скелет, пытаясь подыграть центуриону и продолжить его шутку.

— Ахах, Зелёный легион!

В дали напротив, под круглыми, позеленевшими волунами горел огонь и языки пламены танцевали под прохладными дунавениями ветра. Небольшой холм не позволял увидеть его причину. Эффект горячего воздуха размазывался по горизонту холма и искажал каменую арку, выступающую из-за него. Когда грек и римлянин приблизились, ветер усилился и принес с собой влажный и солёный запах океана. По преодолению холма они увидели истинную причину огня. Это был коренастый человек ростом чуть выше среднего и охваченный по ключицы пламенем. Он не катался по полу, не бегал в ужасе и не кричал. Он тихо сидел на земле, облакотившись на камни.

Скелет не сдерживая чувств кинулся обнимать огненного человека. Тот выглядел очень удивлённым этой встрече, но обнимал скелета в ответ. Скелет, боясь расплавиться от долгих прикосновений вскоре сделал шаг в сторону и завёл беседу наполненную эмоциями и движениями тела. Они, казалось, совсем не замечали центуриона. Фавст же впал на некоторое время в ступор от увиденного и практически не воспринимал о чём говорят мёртвые. Но причиной был не страх, а всё то же любопытство. Очарование перед загадочным и непостижимым для живущего человека. Перед ним открывались всё новые законы, cобытия, грани этого мира и всего космоса.

Витки огня были сначала холодные и черные, но чем выше поднималась температура и чем больше огонь завоёвывал тело, тем ярче появлялся красный и оранжево-красный цвет. Существо горело по уровням. Сперва полыхала голову, а остальное тело дальше ключиц было нетронутым. Большинство волос сгорело, а оставшиеся порыжели. Белый хитон с плащом прилипал к коже и постепенно обугливался вместей с ней. Открытые части тела покрывалась копотью и шелушились. Огонь медленно спускался вниз, уничтожая плоть обёрнутую в белые тряпки и оставляя за собой угольки. К паху скорость горения увеличивалась. Копоть приображалась разрывами и трещенами напоминающие резаные раны. Когда огонь дошёл до колен — всё тело выше живота уже было чёрным. Пряжка-фибула, скрепляющая плащь, к тому моменту уже упала на землю и ждала своего часа. Тёмные кости незнакомца оголялись. В результате обгорания грудной клетки происходило медленное смещение позвоночника и сгорбившаяся спина брата скелета выпремлялась и слегка возвышала его в росте. Сам череп лишился глазных яблок, а кровь выступила через глазные, ушные и носовые отверстия. Борода вместе с другими волосами к этому моменту испепелилась, а зубы изменили свой цвет и трескались по время разговоров. Обрывки фраз доносились до ушей центуриона и оставались в памяти, но внимания к их речам так и не было:

”…что с тобой сделали…”, “…скоро освободимся…”, “…а как ты…”

Центурион продолжал наблюдать метморфозы живого факела. Обнажались кости, сгорали выступившие наружу внутренности, вскрывались суставы и крупные полости черепа и рёбер. Огонь охватил нижние