Квирит - Alexander Agassiz

Центурион ещё раз поблагодарил бабушку, заключая её в новые объятия и на последок решил подарить ей своё кольцо, ибо не знал каким ещё способом, кроме слов, отблагодарить старушку. Кольцо вряд ли в Дите представляло большой значимости, но ценность украшения была в символах и истории.

— Такое же кольцо есть у моей жены. Нам сделали его к свадьбе. Оно очень ценно для меня, а как иначе отблагодарить тебя, я не знаю.

— Ох, ох, cпасибо, cынок! Но не будет твоя жена спрашивать, куда оно делось?

— Если с женой мы встретимся и я расскажу о тебе, то она будет только рада, что мы познакомились и сама захочет отыскать Карфагенскую старушку, чтобы как-нибудь отблагодарить, хаха! А вещи всего лишь вещи. Обёртка для идей и смыслов.

— Ох, ты чудесный, но зачем мне мужские кольца, которым меньше лет чем мне? — бабушка засмеялась, а затем добавила- Просто не забудь старушку Оришу и живи равнодушно!

Затем центурион обнялся с ней, c другими душами, и перед исчезновением в цветах северного сияния врат Оркуса, они обернулись и помахали друг другу в последний раз. У пещеры было два направления: один для духов, возвращающихся в Дит, другой — для приходящих в этот мир. Пещера в которую входили духи была в виде мохнатого лица с открытой и огромной пастью. Его каменные брови были сведены вместе, ноздри расширенны. Его рот закрывали зубы. Словно вертикальная решётка поднимался левый зуб, если душа возвращалась в Дит. А душа из Дита проходила, то поднимающийся правый зуб. Волосы на щеках и голове были искусно выдолблены из камня и окрашены в чёрный цвет.

Глава II

Небо постепенно наполнялось солнечным светом. Хотя римлянин не спал сутки и должен быть усталым до смерти — он ощущал лишь лёгкую сонливость. Он так же не понимал, почему операция и полное выздоровление заняло всего лишь несколько часов. Фавст укладывал в голове и встречу с бабушкой, её слова, до сих пор слышал смех зрителей и чувствовал тепло. Возможно именно этого и не хватало Фавсту. Он долго перебирал множество способов по выходу из того состояния, что ощущал со смертью жены. Все его попытки не были напрасными, они накапливались и рано или поздно должны были прорваться и помочь Фавсту. Во время стресса и неординарных событый люди особенно чувствительны. Слова и правильная атмосфера творят чудеса, особенно, если люди не теряют духа, чтобы сквозь трудности идти вперёд и побеждать внутренные невзгоды. А справившись с самими собой мы можем эффективнее помогать другим.

Пока центурион согревался у костра, перекусывал фруктами и молоком из призрачного города и размышлял над всеми вопросами, он услышал грубый и хриплый мужской крик, который продолжался несколько минут с перерывами, а затем стих. Словно из ниоткуда появился скелет и пытаясь бежать максимально быстро не смотря на свою хротому и круша всё на своём пути, звал центуриона:

— ВОТ ТЫ ГДЕ! БЫСТРЕЕ! ЭТО ОН!

К этому моменту центурион завершил завтрак и быстрым шагом присоединился к скелету, которого не составляло труда догнать

— Он в той стороне! Это точно он! — направляя костлявую руку с указательным пальцем вдаль- А ты где был? Сорвался с места и испарился. Я искал тебя по всему, долбаному городу! Я обошёл все здания и улицы, чтобы найти тебя и поскорее отправиться дальше и завершить дела! Я даже в лес возвращался, чтобы искать тебя там! — Вспалил скелет, переходя несколько раз на крик, который срывался и заставлял его перейти на полушопот, а затем снова в крик.

Фавст осадил скелета и остановился перед ним:

— Эй! Зачем так кричать, я был в театре, прости, что резко исчез.

— Ты испарился ни сказав ни слова! А я не знал, где искать тебя и из-за этого мы потеряли целую ночь, а могли бы уже встретиться с братом!

— Я понимаю, но… если ты торопишься найти брата, то почему ты искал всю ночь меня?

— Ну, мы же вместе должны его усмирить. Если уж мы встретились, то твоя помощь мне понадобиться. Так лучше, чем идти одному.

— Но мы могли и не встретиться. А если Юпитер сказал, что только брат сможет остановить брата, то я тут далеко не главный герой. Из-за чего же ты тогда действительно злишься?

Скелет недовольно вздохнул и расставив кости в боки остановился:

— Ох…Потому что мне тяжело с этой грудой золота и если нас будет двое, то больше и шансов. Ещё я не знаю, что будет со мной, если я оставлю свидетеля многих тайн одного.

— Ладно, но что же потом? Я же всё равно останусь один, без тебя, но с тайнами.

— Я не знаю, — пожимал плечами скелет- может быть тебе явиться сам Зевс и заставит испить из реки, чтобы забыть все тайны. Но сейчас мне не терпиться встретиться с братом. И…спасти мир от гнева богов. Ты всё таки со мной?

— Или Юпитер может просто убить меня?

Покачав головой скелет ответил:

— Ну, или убить тебя, хех. Особых выходов у тебя нет…поэтому…

Ейфория Фавста после ночного праздника угасла и вновь перед ним опустился занавес неизвестности и неопределённости. Выбор был действительно не велик, но если не продолжать путешествие, то какой тогда смысл был соглашаться со скелетом в первоначальном лесу? Ведь неизвестность преследовала Фавста и там.

— Ох…Пойдём спасть мир.

Они пошли вперёд, за орлом в небе и Фавст поинтерисовался на счёт второго задания

— А ты знаешь какое второе задание вам нужно выполнить?

— Эм…нет. Но возможно о нём знает брат. Да и не я это решаю, а Зевс. Я просто иду по его указаниям

Они вышли к бурному потоку, где пена воды, шумно бьющаяся о гладкие камни походила на белую вату. Дальше течение превращалось в пороги и в далеке горизонт реки резко обрывался и сливался с торочащими повсюду стволами деревьев. Там начинался водопад неизвестной высоты. Единственный дугообразный мост на противоположную часть берега был полусгнившим. Его опоры потрескались, доски кривились, а перила по большей части моста и вовсе отсутствовали.

— Хм…Этот мост точно рухнет под нами. — почёсывая щетину и осматриваясь вокруг сказал центурион

— Эх…И если смотреть