Наши хрупкие надежды - Мэри Бланш

— Да, верно. Что-то нужно? — выхожу из теплых объятий и скрещиваю руки на груди.

— О! Я видела твою игру. До мурашек. Кстати, я Мина. Буду преподавать уроки пианино. Подумала пообщаться, нужно ведь заводить хорошие отношения с коллегами!

Каждые слова девушки выходят с яркой интонацией, она кажется самым счастливым человеком на земле. Ее кожа бледная, цвета лунных лучей, густые темные брови гармонируют с ее кудрями.

— Очень мило, но я не в настроении, — пытаюсь отвязаться я.

Я не хочу новых знакомств, общений. Мне страшно довериться и уж тем более надеяться на что-то.

— Тут неподалеку есть кофейня, я не займу много времени. Твой парень может пойти с нами! — Мина не сдается, тем самым начиная раздражать меня.

— Он мой друг.

Закатываю глаза и понимаю, что Мина настоящая жвачка: вечно прилипает. Я такой была в детстве, когда хотела получить внимания от родителей.

— Подождешь меня? Я не долго, правда, — шепчу Нилу.

— Без проблем.

Мина дарит невероятную улыбку самого позитивного человека. Интересно, она когда-нибудь грустит? Мы направляемся в кофейню, а мои ноги так и хотят развернуться и убежать.

18 ГЛАВА

МИШЕЛЬ

Аромат американо заполняет наше местечко возле окошка. Я не заказывала кофе, Мина почему-то решила за меня.

— И давно ты тут, в Лондоне? — интересуется девушка, попивая латте.

— С октября.

— Я просто по акценту поняла, что ты не британка. Я сама мексиканка с немецкими корнями, но родилась здесь. И как тебе Лондон?

— Неплохо, — вру я и мысленно собираюсь уходить.

— Ты уже была в нашем театре? Он неотразим. Вот, кстати, у меня есть билеты на балет. Говорят, какая-то известная балерина из Испании5 будет выступать!

Мина кладет на стол два билета, а у меня раскалывается голова от ее нескончаемой беседы.

— Нет, я не была в театре и никогда не ходила на балет.

Где я вообще была все эти месяцы в Лондоне? Знаю только неплохой бар, где отлично наливают.

— Послушай, почему ты грустная? Слезы ведь были не образом, как подумали преподаватели, да?

Мина касается моей руки и сжимает губы. В ее глазах то, что я не желаю видеть, — жалость.

— Какое тебе дело?

— Я просто психолог и…

— И что? Каждого зовешь в эту кофейню и лезешь в душу? — Я убираю руку, собираясь встать и покинуть это место.

— Возьми билеты, прошу! Может, еще передумаешь.

Это навряд ли, но за время нашей беседы я впервые вижу на лице девушки печаль и даже тревогу, так что хватаю два билета сразу, не зная зачем.

Я окончательно встаю, не тронув кофе, и слышу напоследок:

— Попробуй доверять, не отталкивай меня.

Хмурю брови и, не попрощавшись, выхожу. Заметив машину Нила, быстрым шагом иду к нему.

Доверять? Она даже не знает моей истории! Если она психолог, то у нее ужасный метод: насильно заставлять человека высказаться.

***

— Чего она хотела? — спрашивает Нил, когда мы садимся в машину.

— Поддержать. Только настроение испортила. Давай уже уедем.

Мужчина кивает и заводит машину. Через пару минут езды бросаю окурок в окно и поворачиваюсь к серьезному Нилу, который смотрит на дорогу.

— Можешь остановить возле какого-нибудь супермаркета?

— Что-то нужно купить?

Нил паркуется возле небольшого магазина, откуда выходят и заходят люди.

— Я хочу приготовить ужин, чтобы как-то поблагодарить за все. Готовить я могу, — улыбаюсь я.

Расстегиваю ремень и неуверенно спрашиваю:

— Ты можешь дать денег? Прости, я все верну, как встану на ноги, обещаю!

— Все в порядке, Мишель. Поблагодаришь меня ужином.

Нил достает из кошелька пару купюр и вручает мне.

— Тебе на работу, да?

— Скоро придет мой клиент, но я довезу тебя сначала домой.

Нил отдает мне ключи.

— Нет. Я сама доберусь, тут два квартала, — останавливаю я.

— Уверена?

— Да. Нужно идти, а то кажется, что выпадет снег, — проговариваю я, изучая погоду из окна автомобиля.

Дует сильный ветер, люди в легких пальто стараются укрыться под шарфами и шапочками. А я даже верхнюю одежду не взяла.

— Не любишь снег? — Нил убирает руки от руля, пристально смотря на меня.

Отрицательно машу головой, и на время мы оба замолкаем, и в машину проникают холодные лучи солнца.

Нил начинает изучает мое лицо внимательнее. От напряжения и его взгляда мне становится чуть не по себе.

— Я раньше и не замечал, что у тебя веснушки.

От смущения опускаю голову.

— Они просто не сильно заметные.

— Очень красиво.

Рядом с Нилом мне тепло и уютно, он очень добр ко мне. Я всегда думала, что он такой же, как люди, с которыми он проводил время. Хотя я ведь проводила время с Нирой, но это ведь не значит, что я такая же тварь, как она.

Я обнимаю Нила напоследок и уверяю, что доберусь до дома сама.

— Черт возьми! — ругаюсь я, когда вижу, что происходит за окном.

— Что такое? — Нил отпускает меня из объятий и вопросительно поднимает брови.

— Снег выпал! — Мой голос звучит так отчаянно.

Прислоняю голову к сидению, не желая выходить из машины, так еще и в одном платье. Машину окутывает смех Нила и заражает меня.

19 ГЛАВА

АДАМ

Кружка остывшего чая стоит нетронутой на столе. Я смотрю на Рози, которая сидит напротив меня на диване и делает глоток из своей кружки.

— Группа поддержки очень помогает. Я вроде как чувствую, что не одна.

— Очень рад.

Рози прекрасная девушка, которая потеряла мужа слишком рано. И, чтобы как-то спастись, она нашла утешение в наркотиках.

— У вас прекрасная елка!

Она убирает кудрявый локон своих светлых волос с лица и поглядывает на елку, которая стоит украшенная сзади нас.

— Сын уговорил.

— Это очень мило. Он спит?

Чарльз сразу же пошел к себе в комнату, как увидел Рози и даже не захотел здороваться. Не знаю, почему он так себя вел, но ему явно не понравилось появление девушки у нас дома.

— Он, наверное, занят своими раскрасками, — мило улыбаюсь в ответ.

Рози ставит кружку на стол и неожиданно двигается ближе, уничтожив расстояние между нами.

— Адам, то, как ты стараешься для сына, делишься своими переживаниями в группе поддержки, достойно похвалы. У тебя ведь тоже были проблемы с наркотиками… Ты справился…

С каждым ее словом она приближается все ближе, наши ноги и плечи касаются друг друга. Ее глаза цвета весенней травы изучают мое лицо.

— Рози, не думаю, что могу быть идеальным примером. Может, я и не употребляю, но во мне много страхов, поверь.

Она