Стану твоим первым - Дина Данич

- А получилось? - многозначительно улыбается он.

- Определенно, - киваю, и замечаю каким довольным становится его взгляд. - Вот только зря.

- Почему это? Думаешь, я не настолько хорош для тебя? - с вызовом спрашивает Роман. Надо же, я ведь думала не купится.

- Что ты, как можно сомневаться в твоей неотразимости, - усмехаюсь в ответ. - Но у меня есть пунктик в отношении парней.

- Какой же?

Подхожу к нему ближе, Карельский ведется и тоже наклоняется, чтобы лучше слышать.

- Я не занимаюсь сексом до свадьбы, Ром. Расписку написала родителям. Так что вряд ли у нас что-то выйдет.

Взгляд парня в этот момент такой, что я едва сдерживаюсь, чтобы не расхохотаться.

- Расписку.

- Ну да. А ты парень взрослый, наверняка, привык, чтобы отношения были на определенном уровне. Так что я тебе сразу честно говорю - спать с тобой не буду до свадьбы. Готов на мне жениться, Карельский?

Тот отходит от меня на шаг, напряженно смотрит и, кажется, не верит в то, что я говорю. Не знаю уж чем бы наши переглядки закочнились, но тут к нам подходит высокий мужчина, который мне кого-то напоминает.

- Роман! Наконец-то! Еле нашел тебя.

Тот вздрагивает и оборачивается к мужику.

- Привет, отец. - Тот окидывает меня заинтересованным взглядом.

- Добрый день, милая леди. А вы…

- Олеся. Мы с вашим сыном делаем проект на конкурс.

- Ах да, точно. Павел Петрович говорил. А меня Дмитрий Олегович зовут. Я отец этого шалопая, - он смотрит в сторону сына, а тот только глаза закатывает.

- Па, может хватит? - но Карельский-старший игнорирует его возмущение.

- И как вам работается в паре?

- Да нормально, - пожимаю плечами.

- Вы ведь не местная?

- Нет. Перевелась в этом году по квоте.

- Ну да, ну да, - одобрительно кивает он. - И как вам ВУЗ? Как вообще обучение? Всего ли хватает?

- Если честно мало времени прошло, пока вот вливаюсь в учебу. Но в целом, конечно, все нравится.

- То есть довольны программой господдержки?

Я начинаю понимать, к чему он клонит. И вот меньше всего мне хочется участвовать в подковерных играх больших бизнесменов. Кошусь на Рому, тот судя по всему тоже не в восторге от фокуса отца. Так и сверлит его недовольным взглядом.

А старший Карельский продолжает забрасывать меня вопросами удобными и не очень. Пока его наконец не отвлекают от нас.

- Дмитрий Олегович, - подходит к нему миниатюрная брюнетка, - пора начинать.

- Да, конечно, - кивает тот. - Приглашаю, молодежь. Сейчас будет мое выступление. Прошу поддержать меня в первых рядах.

И смотрит на Романа так выразительно, что тот обреченно кивает головой. И тут я вспоминаю, как Карельский не хотел разговаривать с отцом, а потом на меня вывалил о проблемах с ним. И кажется теперь начинаю понимать, откуда ноги растут.

- Идем, - говорит Рома, кладя ладонь мне на поясницу. - Проще согласиться и потерпеть пять минут, чем объяснять, чтобы отстал.

Приходится подчиниться. Хотя мне это и не по душе. Мы подходим к сцене, на которую выходит Дмитрий Олегович. Сам Роман остается рядом стоять и руку убирает только после моего замечания. Косится в мою сторону, явно что-то хочет спросить, но тут его отец начинает говорить.

Я не особенно вслушиваюсь - все как обычно: стандартные красивые слова без малейшей конкретики. Реагирую только когда улавливаю краем уха:

- … моего сына - Романа и его напарницу по проекту - Олесю!

Вздрагиваю и растерянно смотрю на парня. Тот похоже сам в шоке.

- Ну же, сын, поднимайтесь, не стесняйтесь, - подбадривает отец с казалось бы добродушной улыбкой. Да только в глазах у него я вижу кое-что еще. Совсем не такое доброжелательное…

24. Олеся

Оглядываюсь на Рому, тот уже взял эмоции под контроль и кивает, даже улыбается отцу. Берет меня за руку и ведет за собой.

- Я не хочу, - шепчу ему, пока направляемся к сцене, а перед нами все расступаются.

- Просто расслабься. Это ненадолго. И улыбайся.

Легко ему говорить. А мне стоит оказаться на сцене, как кажется, что все внимание сосредоточено только на мне. И от этого никуда не спрятаться.

- Мой сын в этом году заканчивается университет. Он - моя главная надежда. Моя опора. И я очень рад, что он вырос достойным человеком, для которого не важны все эти ярлыки и ненужные градации, - самозабвенно вещает Карельский-старший. - И я рад, что у них с Олесей, простой девушки из глубинки, такие замечательные и теплые отношения.

Рома не теряется, приобнимает меня, прижимает к себе, а я понимаю, что все это - тщательно спланированная акция. И пока папаша распинается о том, как он близко к народу и его предвыборная программа направлена на то, чтобы стереть классовое неравенство, его сынок вовсю использует меня, как прикрытие.

Оказывается, тут еще и журналисты есть. Потому что начинаются вопросы к Дмитрию Олеговичу, и он заправски отвечает на все. Я же… Злюсь. Злюсь, что дала себя вот так обвести вокруг пальца.

- Улыбайся, - между тем тихо цедит Карельский и крепче сжимает ладонь на моей талии.

- Боишься, что в спектакль твоего отца не поверят? - отвечаю ему в тон.

И тут ситуация становится еще хуже, потому что один из журналистов решает проявить интерес ко мне:

- Олеся, скажите, как давно у вас отношения с Романом Карельским?

- Какие отношения? - растерянно отвечаю, как только мне