Неотразимая герцогиня - Бертрис Смолл

— О, отец, они намеренно унижают нас! Какой позор!

Немедленно едем домой!

— Полная победа! — воскликнула Аллегра, когда карета Мортимеров осталась позади. — Пусть это будет уроком для всех, кто был недобр к нам в этом сезоне!

Дальше прогулка продолжалась без особых событий. Ландо остановилось под деревьями. Оттуда они махали и кланялись проезжавшим друзьям. Некоторые были в колясках, другие — верхом. Так или иначе, Аллегра посчитала, что их первый совместный выезд на люди имел успех.

Наконец ландо остановилось перед домом на Беркли-сквер, и навстречу поспешил лакей.

— Вы выпьете с нами чаю? — осведомилась Аллегра.

— Не сегодня, дорогая. Мы вечером увидимся?

— Вряд ли. Ни балов, ни приемов. Воспользуюсь возможностью, чтобы пораньше лечь в постель.

— И видеть меня во сне? — пошутил он.

— Я очень редко вижу сны… но если мне посчастливится, только вы будете предметом моих грез.

— Сдаюсь, — засмеялся герцог. — До завтра. Я обязательно буду.

— Приезжайте к обеду, — попросила она.

Герцог поклонился и сел в ландо. Кучер взмахнул кнутом, и лошади бодрым галопом помчались по мостовой.

Войдя в дом, Аллегра обнаружила в гостиной Сирену и Оки.

— Леди Беллингем назначила нашу свадьбу на пятое октября, — объявила девушка. — Если к тому времени, Сирена, ты уже понесешь, ни в коем случае этого не показывай, потому что, кроме тебя, никто не будет моей подружкой. Вообрази, какие сплетни начнутся, если я отложу церемонию только потому, что ты не сможешь стоять со мной у алтаря!

— О, Аллегра, ни за что! — расстроилась Сирена. — Об этом даже подумать страшно!

— В таком случае помни мою просьбу, — засмеялась Аллегра, хитро подмигнув виконту Пикфорду.

— Представляешь, мы будем соседями! — весело объявила Сирена. — Дом Оки… то есть его отца, Роуз-Холл, тоже в Херефорде, рядом с Хантерз-Лейром. Не правда ли, какое чудесное название?

— Вы уже знаете, где проведете медовый месяц? — полюбопытствовала Аллегра.

— Поедем к морю, — объяснил виконт. — У моих родственников коттедж в Девоне. Сами они живут в Кенте, в собственном имении, но разрешили нам сколько угодно жить в их коттедже. Там постоянно живет прислуга, и нам не придется ни о чем беспокоиться. А вы с Куинтоном? Уже обсуждали свое путешествие, мисс Морган?

— Мы еще даже не успели поговорить о дне свадьбы, — хмыкнула Аллегра. — Леди Беллингем налетела как ураган и все решила за нас. Возможно, завтра, когда Куинтон приедет к обеду, мы поговорим об этом подробнее.

Она погладила виконта по руке.

— Вы женитесь на моей любимой кузине, Оки, и я думаю, вам вполне позволено называть меня по имени, — с улыбкой заметила Аллегра и вышла из гостиной.

Онор принесла госпоже ужин на подносе: Аллегре больше всего хотелось отдохнуть после всех вчерашних волнений. Отец поднялся к ней после ужина с Олимпией, Сиреной и Оки.

— Ты здорова, дитя мое? — встревоженно спросил дочь лорд Морган.

— Просто устала, папа, — ответила Аллегра, стараясь подавить зевоту.

— Но ты счастлива? — настаивал отец.

— Во всяком случае, не расстроена, — немного подумав, призналась она. — Герцог — человек приятный и обходительный. Мне не терпится увидеть Хантерз-Лейр.

Она снова зевнула.

— Он не так велик, как Морган-Корт, дорогая, но достаточно внушителен. И земли там достаточно. Кстати, я собираюсь оставить Морган-Корт твоему второму сыну. Надеюсь, ты согласна?

— Но я еще даже не замужем, а ты уже заставил меня произвести на свет двух сыновей. А как насчет дочерей?

— Дочери герцога Седжуика с их происхождением и приданым станут самыми завидными невестами в обществе. Для нас главное — найти достойное место сыновьям, которые появятся после первородного. Именно поэтому твой второй сын получит Морган-Корт после моей смерти. Обещаю, дитя мое, если будут и другие мальчики, мы сможем и их обеспечить.

— Но что, если ты снова женишься, папа? Неужели обездолишь свою вдову?

— Аллегра… — начал он, но осекся.

— Ты любишь мою тетю, папа, — прошептала она, взяв отца за руку. — Она вдовеет уже несколько лет. Ничто не препятствует сделать ей предложение. И я, и Сирена полностью. одобряем этот брак.

— Неужели? — усмехнулся он, покачивая головой.

— Честное слово, — настаивала Аллегра.

— Думаешь, твоя тетя согласится? Мы так долго были добрыми друзьями, и, может, иных чувств она ко мне не питает! Не хотелось бы разрушить нашу дружбу.

— Ты не узнаешь правды, если ее не спросишь, папа. Я, считай, уже покинула Морган-Корт. Неужели ты и впрямь полагаешь, что тетя предпочтет свое унылое вдовье жилище в Роули положению полновластной хозяйки твоего дома? Мы с Сиреной часто говорили об этом. И хотим, чтобы вы оба были счастливы.

— А если она все-таки мне откажет?

— Разве «нет» — такое уж страшное слово, папа?

— Насколько я помню, в детстве тебе именно так и казалось, — поддразнил дочь отец, поднимаясь. — Однако тебе пора спать, Аллегра. До венчания Сирены осталось всего девять дней, а потом мы вернемся домой.

— Но до этого ты поговоришь с тетей Олимпией? — допытывалась она.

— Я об этом подумаю, Аллегра, — пообещал отец, целуя дочку в лоб.

Ее слова произвели сильное впечатление на Септимиуса Моргана. Хотя он был в восторге от успеха дочери, мысль о грядущем одиночестве наполняла его сердце тоской. Неужели Аллегра права и Олимпия хочет стать его женой? Войдя в библиотеку, лорд увидел, что предмет его грез сидит у камина. Услышав шаги, Олимпия подняла глаза и улыбнулась:

— Надеюсь, ты не возражаешь против моего присутствия здесь, Септимиус? Сирена и ее возлюбленный милуются в салоне. Боюсь, что я там лишняя.

— Налить тебе капельку хереса? — спросил он и, дождавшись ее кивка, наполнил два бокала, протянул один ей, а сам уселся напротив, на стул с гобеленовой спинкой. — Скоро мы оба останемся одни, Олимпия, — нерешительно начал он — Морган-Корт — такой большой особняк, а твой дом в Роули совсем крошечный.

— К сожалению, — вздохнула она.

— Не хотелось бы портить нашу дружбу, Олимпия, но может, мы примем решение, которого, по словам Аллегры, давно ждут наши дочери? Наверное, нам следует вступить в брак.

— С кем? — вырвалось у леди Эббот, хотя сердце ее учащенно забилось.

— Друг с другом, дорогая, — засмеялся он и, поднявшись со стула, стал перед ней на колени. — Ты выйдешь за меня, Олимпия? Сделаешь меня самым счастливым человеком на земле, чтобы мы смогли провести наши закатные годы вместе? Понимаю, что леди Морган — совсем не то, что вдовствующая маркиза Роули, и это, разумеется, шаг назад по сравнению с твоим нынешним положением, но надеюсь, это не повлияет на твое решение.