Догнать и жениться - Виктория Волкова

— Пожалуйста, — плача попросила смазливая девица. — Не вызывайте полицию! Я вам все компенсирую! Только чтобы папа не узнал!

— Да ты, овца, понимаешь, какую машину на таран взяла? — промычал Феликс. — Тебе, идиотке, всю жизнь расплачиваться!

— Там только дверь покорежена, — деловито заявила девица. — Ста тысяч хватит?

— Откуда я знаю? — пробурчал Сарычев, отмахиваясь. — Что я тебе, долбаный автослесарь?

— Ну пожалуйста, — проскулила девчонка. — Мне еще свою машину чинить. Папа голову оторвет, когда узнает! А так я ему навру, что врезалась в собаку-у-у!

— Вот спасибо, — скривился Феликс и лениво осведомился: — А кто у нас папа?

— Извините, — пробурчала девица. — Ляпнула не подумав.

Но кто такой папа, сообщить не соизволила.

— Ладно, куколка, — вздохнул Сарычев, понимая, что по номерам машины точно пробьет папу, маму, и даже бабушку. — Сейчас позвоню в автосервис. — И хохотнул по-свойски. — Должна будешь!

— Конечно, — радостно выдохнула девица и захлопала ресницами. Видимо, поняла, что долг Сарычев возьмет не только деньгами.

Вокруг начали останавливаться машины. Кто-то подходил осведомляться, нужна ли помощь. А кто-то просто тупо глазел на раскуроченные дорогие тачки, снимал на камеру и тихо злорадствовал. Но были и такие, кто не остановившись пронесся мимо, да еще, гадко улыбнувшисьСарычеву, показал в окно фак. Марат Алтаев собственной персоной! Высунул руку с поднятым вверх средним пальцем. Идиот!

Сарычев злобно посмотрел вслед и с ужасом понял, что долбаный дятел ехал со стороны Кутузовки.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

«Фак! Фак! Фак!» — мысленно ругнулся Сарычев и что есть силы вдарил ногой по колесу.

— Ну что вы так нервничаете? — пробубнила рядом девица. Феликс с презрением покосился на худощавое тело, одетое в Армани, но начисто лишенное вторичных половых признаков.

«Действительно! — хотелось заорать ему. — Машина, купленная полгода назад, разбита! Жена шарахается с каким-то левым мужиком и не собирается принять меня обратно. Дочка использует как личный банкомат! А начальство никак не подпишет приказ о повышении! С чего бы мне нервничать?» — саркастически хмыкнул он и позвонил любовнице.

— Яна, я попал в аварию, — пробасил он. — Сейчас машину в автосервис отвезу и приеду.

— Пошел ты на фиг, Феликс! — рявкнули из трубки. — Я и так весь вечер тебя прождала!

«Ладно, запомним», — скривился он иради эксперимента позвонил бывшей жене, повторив:

— Кать, я попал в аварию.

— Что? — спросонья нервно встрепенулась жена. — В какой ты больнице? Я сейчас приеду.

— Со мной все в порядке, — довольно заявил он. — Никуда ехать не надо. Вот Кольку из автосервиса дождусь, он заберет тачку.

— А-а-а, — протянула Катерина Альбертовна. — А мне зачем звонишь? На вшивость проверяешь?

— Катюнь, я…

— Сарычев, мы только легли, — тяжело вздохнула Катя. — Теперь до утра точно не усну.

— С Маратом трахалась? — взвился он.

— Нет, — просто ответила жена. — У нас на второй этаж пробрался злоумышленник.

— А куда же смотрел ваш боевой белый медведь? Дрых? — рыкнул Феликс. — И почему сразу не вызвали полицию?

— Пока Ронку из дома выпустили и она дом оббежала, он вылез из слухового окошка на втором этаже и удрал через соседние участки.

— Домушник, — скривился Сарычев. — Теще скажи, я завтра к ней дознавателя пришлю. А позже приеду, заберу Алису.

— Это вы сами решайте, кто кого заберет, — пробурчала Катя и сварливо добавила не сдержавшись: — Желательно утром.

На работу Катерина приехала поздно, спозаранку поругавшись с Сарычевым, желавшим немедленно вывезти дочь из криминального района, потом с Алтаевым, решившим подвезти до работы, а затем снова с Феликсом, заявившим, что Катя настраивает против него дочку.

— Иди лесом, Сарычев, — в сердцах брякнула бывшему мужу Катерина и, надев мамин цветастый шифоновый сарафан с вшитым лифом, отбыла на работу.

Всю дорогу до офиса Катя мечтала о чашке кофе и сигарете.

«Приеду, стрельну у Ленки, — решила она, гоня от себя воспоминания о зажимансах на маминых качелях. — Ронка не залаяла, значит, влез кто-то знакомый. Свой, твою мать. Хорошо хоть с Алтаевым до большего дело не дошло, — попеняла она себе. — А то бы по всей Кутузовке молва понеслась, — хмыкнула она мысленно, гадая, у кого из соседей хватило смелости заявиться тайком. — Странная история, — вздохнула она. — Обычно на втором этаже жила Алиса. Может кто-то из соседских мальчишек, а вовсе не домушник, как решил Сарычев? Наверное, пробрался через калитку между участками. Только местные о них знают».

Катерина от ужасной догадки прикрыла рот ладошкой, не зная, плакать ей или смеяться.

«Такой версией даже поделиться не с кем, — подумала она. — Тут уж точно Феликс и Глеб выступят единым фронтом, а мама махнет рукой и выдаст что-нибудь про биохимию. Что прикажете делать с вами, Алиса Феликсовна? — обратилась Катерина к дочери. — Выпороть бы вас ремнем хорошенько! — и тут же сама ужаснулась. — Сарычев точно тогда ювеналку натравит. Нужно с Алисой поговорить. Не зря же она отказалась с папашкой к бабке Тоне ехать. Неужели жених завелся? — обалдело подумала Катя. — Мне только этой беды на голову не хватало! Да и пигалице моей двенадцать с половиной лет! Какие еще женихи? Биохимия, мать вашу! Клубись оно все конем!»

В офис она ворвалась злая и взъерошенная, будто на метле прилетела. Налила, как обычно, кофе и только закрыла дверь кабинета, как к ней ввалилась расстроенная Ленка. Заплакала-запричитала.

— Я была права! — начала с порога. — Буров — этот папуас в ботах, - собрался вернуться к первой жене! Представляешь? — Ленка всхлипнула и, плюхнувшись на край Катиного стола, заявила требовательно: — Ну? И что мне делать?

— Искать нового Бурова, — фыркнула Катя, ловя себя на мысли, что теперь без зазрения совести может уволиться.

— Это понятно, — отмахнулась Ленка. — Тут у меня вопросов нет. Ты мне лучше скажи, с заводом как быть, а?

— А что такое? — не поняла Катя.