Риск - Эль Кеннеди

Сейчас я завтракаю с Саммер в закусочной и рассказываю о своих адских выходных. Конечно, умолчав про эпизоды с Джейком Коннелли. Иначе Саммер схватится за них, как собака за кость. Только вот в отличие от собаки, которая когда-нибудь да бросит эту кость или закопает ее где-нибудь, Саммер вечно будет обсуждать и анализировать каждую деталь моих встреч с Коннелли.

– Прости, но твоя кузина та еще гадина, – говорит Саммер, хрустя кусочком бекона.

Ее золотистые волосы заплетены в небрежную косу, которая свисает с ее плеча поверх белого кашемирового свитера. На ней нет ни грамма косметики, да она ей и не нужна. Саммер Ди Лаурентис красивая до омерзения. Как и ее старший братец Дин. Эта парочка словно ожившие Кен и Барби, хотя Саммер терпеть не может, когда ее так называют. И, конечно, я не упускаю случая сделать это просто, чтобы позлить ее.

– Эх, на самом деле, нет, – отвечаю я, имея в виду свою кузину, – но в этот уикенд она действительно повела себя очень гадко.

– Она кинула тебя в оба вечера? Вот жесть!

– Ну, первый вечер мы все-таки провели вместе. Если можно так сказать. Они с ее парнем устроили грандиозный скандал, так что большую часть времени я тусовалась с его друзьями.

Я умалчиваю о своей провокации Коннелли и его товарищей по команде в кабаке. А про концерт мне вообще страшно рассказывать. Конечно, сделать это можно, просто не упоминая Джейка, но я боюсь, что ненароком забудусь и поведаю о том, о чем не следует.

Например, о том, какими теплыми были его губы, когда он поцеловал меня.

Или о том, как он скользнул рукой мне под платье, почти положив ее между моих ног.

Или о том, какой волной облегчения накрыло меня, когда он ее убрал, потому что иначе мне было не избежать разоблачения. Я соврала, сказав, что сухая, как пустыня. На самом деле я еще никогда не была такой влажной. В тот момент мне казалось, что я в жизни никого не хотела так сильно, как его.

И это плохо. Очень плохо. Джейк слишком непредсказуем. Я никогда не могу разгадать, что у него на уме, что он вот-вот скажет или сделает, и для меня это недопустимо. Как можно защитить себя, если не до конца понимаешь мотивы человека?

– И все равно повторюсь, по-моему, она настоящая гадина, – машет мне Саммер своим кусочком бекона. – Так, к слову.

– У них с Ламаром какие-то нездоровые отношения. Она не привыкла думать и о себе. – Я поливаю кленовым сиропом второй блинчик. – Плохо так говорить, но я очень надеюсь, что они расстанутся.

Саммер делает глоток травяного чая.

– Что ж, хорошо, что теперь ты дома, и я позабочусь о том, чтобы твой уикенд закончился очень даже хорошо. Хочешь пойти сегодня с нами в «Малоун» и посмотреть матч «Брюинз»?

– Еще как! – Я проглатываю кусочек блинчика.

– И если хочешь, я помогу тебе порепетировать перед завтрашним собеседованием. Оно ведь завтра утром, верно?

Я киваю.

– Наверняка, пройдет так же дерьмово, как и первое.

– Не говори так! Позитивные мысли порождают позитивные события, Би!

– Ты это только что придумала?

– Да. И знаешь, что?

– Негативные мысли порождают негативные события? – подсказываю я.

– Это тоже, но я собиралась сказать, что хочу одолжить тебе свои сапожки «Прада» на завтра. Из черной замши, которые мне прислала бабушка. Они принесут тебе удачу.

– Угу. У тебя есть научное доказательство этому?

– Тебе нужны доказательства? Они называются «Прада», Би. «Прада», черт подери! Никто не может надеть «Прада» и не почувствовать себя непобедимым.

Я до сих пор не могу понять, как эта девица стала моей лучшей подругой. Саммер – моя полная противоположность. Жизнерадостная, женственная, обожающая дизайнерскую одежду. У ее семьи денег куры не клюют, так что она может позволить себе дорогие вещи. Ну, а вот для меня бренды не имеют совершенно никакого значения. Дайте мне мою помаду, любимую кожаную куртку и ботинки, парочку джинсов-скинни, одно или два обтягивающих платья, и я готова. И все же, несмотря на все наши различия, мы с Саммер… отлично ладим.

– О, и еще я поговорила с Фитцем перед тем, как поехать сюда. Завтра утром он подвезет меня до кампуса, так что ты можешь взять мою машину. – Саммер водит стильную «Ауди», и она только что одолжила мне ее, тем самым избавляя от многочисленных железнодорожных и автобусных пересадок. В полдень у меня лекция по теории коммуникации, которую никак нельзя пропустить, поэтому мне нужно будет вернуться в Гастингс как можно быстрее.

– Ты уверена?

– Конечно! – Подруга поднимает свою чашку.

– Спасибо. Ты даже не представляешь, сколько времени я сэкономлю благодаря тебе…

– Привет!!! – прерывает меня радостный голос.

Я даже глазом не успеваю моргнуть, как перед нами появляется водоворот каштановых волос, блестящей кожи и огромных-преогромных глаз.

Рядом с Саммер, непринужденно, словно мы давние друзья, плюхается девчонка, которую я никогда раньше не встречала. Глаза у нее огромные, густые каштановые волосы оттеняют блестящую кожу.

У Саммер отвисает челюсть.

– Прошу прощения… что за… – Но она умолкает, потеряв дар речи. Что почти никогда не случается с Саммер Ди Лаурентис.

Я рассматриваю незваную гостью. На ней белая рубашка с красными пуговицами. Волосы длиной до плеч волнами ложатся на кружевной воротничок.

– Здравствуйте, – вежливо говорю я. – Не уверена, что вам знакомо слово «этикет», но оно подразумевает, что вы не можете мешать людям обедать, особенно если они с вами не знакомы.

– Ничего страшного, мы познакомимся. – Девчонка широко улыбается, сверкнув белоснежными зубами. Если честно, она даже миленькая.

Но если кто-то выглядит милым, это не значит, что он не может быть не в своем уме.

– Я Рупи. Рупи Миллер. И да, у меня индийское имя и западная фамилия, потому что мой папа с Запада. И еще очень-очень обычный. Он дантист. А это определение скуки. Зато моя мама просто супер! Когда-то она была крутой болливудской звездой! – Голос Рупи звенит от гордости.

Саммер растерянно моргает.

– Это все очень хорошо… – Но она снова умолкает.

Я еле сдерживаю смех.

– Рупи?

– Да? – Девчонка лучезарно улыбается мне.

– Почему ты за нашим столиком?

– Ой, простите! Знаю, я много говорю. Давайте с самого начала. Я – Рупи, ты – Бренна Дженсен, а ты – Саммер Хейворд-Ди Лаурентис.

– Да, спасибо, что сообщила нам, как нас зовут, – сухо отвечаю я.

К Саммер, наконец, возвращается способность говорить.

– Не обижай Рупи! – упрекает она меня, и судя по блеску ее зеленых глаз, подруга проникается к этой настырной девчонке.