Жена ювелира - Виктория Холт

– Мэри, – молвила она, но Мэри уже ушла.

Джейн думала о нем, вспоминала, как он выглядел в последний раз, когда они встречались в этой самой комнате. Он тогда говорил с ней очень искренне, а перед этим выпроводил Мэри с такой веселой самоуверенностью, с таким очаровательным высокомерием, будто они были в его собственном доме, а не в доме Мэри. И Мэри покорно удалилась, хотя вид у нее был обескураженный и настороженный. Затем он умолял Джейн оставить Уилла и уйти с ним. Она колебалась и едва не согласилась – настолько была очарована им, но вырвавшись из его рук, она дала себе клятву никогда больше не видеться с ним. И вот теперь он внизу, а она так слабовольна, что несмотря на клятву, говорит себе: «Ну, только один разок!»

Дверь отворилась, и он стремительно вошел в комнату.

– Итак, вы с Мэри Блейг сговорились, чтобы нам с тобой не встречаться? – спросил он с упреком. Он заключил ее в объятия и приподнял.

– Отпустите меня, – попросила она, но он продолжал держать ее на весу. Джейн все еще была в его руках, когда вошла Мэри.

– Джейн, ты не должна винить меня, – сказала Мэри.

– Я не виню, Мэри.

Улыбаясь, он посмотрел сначала на Джейн, потом на Мэри.

– Винить? Кого можно винить за такую любовь? И клянусь, вы уже больше не сможете меня удержать.

– Может, выпьем вина? – нерешительно предложила Мэри.

– Конечно, мой добрый друг! – ответил Эдвард. – Давайте выпьем вина!

Мэри наполняла бокалы, наблюдая за ними.

– Выпейте это вино, – сказала она, – оно вам поможет обсудить ваши беды.

– С каких это пор любовь стала бедой?

– Вы правы, – быстро поправилась Мэри, – любовь не беда… а только радость…

И продолжила про себя: «…пока она длится. Хоть бы ты ему поскорей надоела! Тогда, Джейн Шор, наступит моя очередь радоваться».

– Действительно, радость, – подтвердил он. – Это же глупо – любить и отказываться от любви!

– Пожалуйста, не надо об этом сейчас, – попросила Джейн.

– Мэри все знает, разве не так? Ты ведь знаешь, Мэри, о том, что случилось?

– Знаю. И ругаю себя за то, что это произошло именно в моем доме.

– Можешь не упрекать себя и порадоваться вместе с нами, – сказал он ей.

– Не могу забыть, что я наговорила, позволив…

– Будь уверена, мы не забудем тебя. – Он подошел к столу и налил еще вина. – А теперь можешь идти.

Мэри ушла. Но Джейн едва заметила это, так как ее охватило странное оцепенение. Глаза расширились, все тело трепетало.

Он сел поближе к ней и взял ее руки в свои.

– Джейн, знаешь, я не позволю тебе уйти от меня.

– Но ты должен, – сказала она нерешительно.

– Почему? Ты можешь сказать, что не любишь меня?

– Нет, но…

– Ну, тогда этого достаточно.

– Ты забываешь, что у меня есть муж, хороший человек, и он очень добр ко мне.

– Я тоже буду добр к тебе.

– Я не смогла бы обидеть его.

– Тогда ты обидишь меня? Но ты, скажу я тебе, не сделаешь этого. Когда мои руки обнимают тебя, ты не сможешь этого сделать.

– Ты пугаешь меня… ты выглядишь так странно!

– На моем лице ты видишь мою любовь к тебе.

– Ты сильно любишь меня?

– Так сильно, что этого не спрячешь. Послушай, Джейн, мы уйдем отсюда вместе… Тебе никогда не придется возвращаться к ювелиру. Ты будешь жить в таком доме, что…

– Больше ни слова, Эдвард, я должна идти. Со мной происходит что-то необычное…

– Необычное, любимая?

– У меня кружится голова, мне очень весело… и я так счастлива! Я должна идти. Знаю, что должна! Это будет конец нашей дружбе. Давай попрощаемся. Не смотри на меня так. Не дотрагивайся до меня…

Он поднял ее на руки и рассмеялся.

– Посмотри на меня, – велел он. – Посмотри на меня, Джейн, любимая, а потом скажи, что я больше никогда не должен видеть твоего лица.

– О, Эдвард, я не могу!.. Ты должен позволить мне уйти.

– А вот и не позволю! – Он коснулся губами ее щеки. – Что теперь ты скажешь, Джейн?

Она подумала с отчаянием: «Ведь я всегда хотела этого, и именно потому я так противилась браку с Уиллом. Если бы я только подождала!..»

Но сейчас не время сожалеть о прошлом, настоящее полно радости, и удовольствия ждут, чтобы она изведала их. Она уже понимала, что зашла слишком далеко и пути назад нет. К тому же у нее не было желания возвращаться назад.

– Джейн, – сказал он, – ты не должна бояться. Ты ведь уже не хочешь избавиться от меня!

Она покачала головой; его низкий, страстный голос, казалось, наполнял собой всю комнату.

– Нет, ты не должна бояться, Джейн. Нет ничего вокруг, кроме этого – нашего с тобой – мира в четырех стенах дома, ставшего для нас более прекрасным, чем любой дворец потому что в нем мы с тобой.

Он поцеловал ее долгим и нежным поцелуем; а затем она почувствовала, будто ее опалила его раскаленная добела страсть.

– Ты не можешь сказать мне «нет», Джейн, – шептал он. – Ты не можешь сказать мне «нет».

* * *

Уилл Шор постучал в двери дома Мэри Блейг. Дэнок впустил его и проводил в гостиную за лавкой. Нервничая, Уилл ждал, пока появится Мэри.

– Мой добрый друг, – воскликнула она, – как я рада! Но у вас такой озабоченный вид… Что вас встревожило?

– Я шел по делу, – объяснил Уилл, – и заглянул по пути. Хочу поговорить о Джейн. Вы ее друг. Я подумал, что вы сможете мне помочь.

– Я прикажу слуге подать вина. Затем мы спокойно поговорим.

Когда принесли вино, Уилл сказал:

– Мне кажется, что Джейн нездорова. В последнее время она ведет себя так странно… я ничего не понимаю.

– И давно с ней такое происходит?

– Уже несколько недель. Но в последнее время ее недуг, по-видимому, приобрел какой-то новый оборот. Кажется, это началось несколько дней назад – после того, как она вернулась от вас. Она вошла в дом, и я сразу понял, что ей плохо. Джейн тотчас же легла в постель и казалась такой испуганной… Когда я спросил, не беспокоит ли ее что-нибудь, она ответила, что в самом деле очень больна. Я хотел было послать за врачом, но она сказала, что врач вряд ли сможет ей помочь. Я пытался утешить своими ласками, но это, по-видимому, усугубило ее недомогание. У нее очень подавленное настроение. Готов побожиться, что у нее лихорадка. Что мне делать?

– А она много плачет?