Папины дочки - Тасмина Перри

— О! Да это похоже на «Грозовой перевал»! — заметила Кейт, когда Том, одетый в джинсы и рубашку, распахнул перед ней дверь, спокойно стоя босиком на грязном полу.

— Что именно — я или дом? — спросил Том, пережевывая тост.

Она вошла внутрь, и ее окутали запахи старого ветхого жилища.

— Надеюсь, ты не откажешься позавтракать? — продолжил Том, облизывая замасленные пальцы.

Кейт прошла по коридорчику в маленькую кухню с газовой плиткой.

— Позавтракать? Скорее уж пообедать, — ответила она, оглядевшись.

Том усмехнулся, пожав плечами, и принялся за сосиски.

— Должен признаться, Кейт, — добавил он, обильно поливая сосиски кетчупом и отламывая кусок булки, — когда ты мне вчера позвонила, я уже было решил, что это персона нон грата, но, к счастью, оказалось, что нет.

Она налила себе чашку чаю и села за стол, согревая об нее пальцы.

— До тебя непросто добраться, — поспешно отозвалась она, боясь, что упоминание имени Серены может испортить их непринужденно начавшуюся беседу. — Чудесное местечко. И что, никто даже не знает, где ты?

Том довольно кивнул.

— Журналюги осаждают мой дом в Глостершире, даже на вертолетах кружат над крышей, но им не повезло, беднягам. Спасибо Дороти Уэттон. Она тут все привела в порядок, чтобы я ни в чем не нуждался и никуда не выезжал. После этой истории на яхте Романа и статьи про девушку из бара, которой я якобы сделал предложение, я наконец хочу пожить спокойно.

Кейт заметила, как его щеки порозовели от раздражения при воспоминании о неприятных событиях.

— Так женитьба на барменше — это утка? — спросила она, представив себе счастливое лицо сестры.

— Да, полная чепуха, — подтвердил Том. — И кстати, — продолжал он оживленно, — я просто в восторге от своего одиночества.

Он кивнул на стопку бумаги, лежавшую на закрытом ноутбуке.

— Я пишу сценарий фильма о Дональде Кэмпбелле. Знаешь такого парня? Гонщик пятидесятых? Я им восхищаюсь, его жизнь великолепна: машины, романтические приключения, а потом — трагедия. Захватывает с ходу.

— Интересно, — отозвалась Кейт, радуясь его мальчишескому воодушевлению. Это был хороший признак — Том больше не злится. — Красавец в гоночном автомобиле. Действительно круто.

Они посмотрели друг на друга и расхохотались.

Том положил булку на тарелку.

— Послушай, Кейт, а почему ты приехала? — вдруг встревожился он.

— Ну, я… приехала как миротворец…

— Ах вот как, а я не догадался сразу.

Том отломил кусочек тоста.

Кейт натянуто улыбнулась:

— Ты наверняка это понял, как только увидел меня. Конечно же, все дело в Серене. Она попросила меня позвонить тебе. И ты знаешь, с ней не все в порядке.

Она взглянула на него испытующе, но он в этот момент повернулся к ней спиной, что-то поправляя на плите. Вероятно, он чувствовал себя виноватым и смутился. И Кейт понимала почему. Она нравилась ему, возможно даже, он предпочел бы ее, а не Серену, видеть своей подругой. И он был рад ее приезду, потому что надеялся, что она приехала ради него, а не по просьбе сестры.

— Кейт, это… такой сложный вопрос…

— Да, Том, я понимаю, но ты же не можешь вот так просто все закончить после пяти лет совместной жизни. Ты что, даже не хочешь с ней поговорить?

— Поговорить? — Он повернулся к ней и посмотрел на нее пристальным мрачным взглядом. — А о чем нам с ней говорить? О том, что эти отношения давно уже для нее ничего не значат? Сказка закончилась. — Том опустил глаза. — Тебе не стоило приезжать. Конечно, это очень мило с твоей стороны, но…

Том запнулся, и несколько мгновений длилась напряженная двусмысленная тишина. Затем он снова взглянул на нее.

— Знаешь, почему я прыгнул за борт?

— Вряд ли ради того, чтобы выловить раковину с жемчужиной, — с улыбкой ответила Кейт.

— Ты почти угадала. — Он тоже улыбнулся, посмотрев в окно на холмы. — Мне не хотелось быть человеком, которому наставляют рога. Да, Кейт. Меня отвергали многие месяцы, может быть, даже годы, и тогда, на яхте, я решил, что мне надо освободиться. Конечно, я был привязан к Серене, она очень красива, и какой-то период нам было хорошо вместе. — На его лице промелькнула радость, — должно быть, вспомнил о том ушедшем навсегда времени. — Но вся эта суета, лондонское дерьмо, толпы фанатов, дурацкие вечеринки… Она заставляла меня жить этим, а я не хотел, мне нужно было найти женщину более разумную, более спокойную — такую, как ты.

Затянувшаяся пауза испугала Кейт; уж не слишком ли она далеко зашла в разговоре с Томом? Да и он смотрел на нее дольше, чем допускали приличия.

— Да, Серена любит шумные развлечения. И если бы я не решился расстаться с ней, то вынужден был бы мириться с ее образом жизни.

Кейт знала, что в молодости, в возрасте двадцати лет, когда Том был еще неизвестным театральным актером, у него были проблемы с алкоголем. Спустя много лет они вернулись из-за его связи с Сереной — он стал много пить на вечеринках и банкетах, начиная с легких вин и заканчивая крепкими напитками. Но Кейт даже не подозревала, насколько пагубной была его страсть к спиртному и как трудно было ее контролировать.

— Хотя бы позвони ей, — попросила Кейт, совершенно забыв, что Серена уехала на Мустик.

Том покачал головой и стал ожесточенно жевать сосиску.

Ее настойчивость выводила его из себя.

— Что я ей скажу? «Прости, дорогая, я немного погорячился и через пару часов буду дома»?

Кейт вздохнула.

— И что ты собираешься делать?

Том пожал плечами и отодвинул от себя пустую тарелку.

— Я поговорю с ней, когда буду готов к этому, Кейт. Сейчас нам лучше отдохнуть друг от друга. Я не хочу превращать этот разговор в фарс. Понимаешь? И для нее так будет только лучше.

Кейт заставила себя улыбнуться. Да, он прав, Серена умела манипулировать людьми, и с ней трудно справиться, если страсти еще не успели остыть.

Они вышли в сад. Все пространство заполнял тяжелый гул моря, волны бились о прибрежные скалы. Кейт постояла у ворот, а потом пошла за ним следом через холмы к пляжу. Серена повела себя как идиотка, у нее был друг, какого больше не будет, знаменитый и любивший ее совершенно бескорыстно. Может, стоит рассказать ему о Майкле? Но пожалуй, это будет выглядеть как шантаж и произведет на него крайне отталкивающее впечатление.

— Ну, мисс Бэлкон, — заговорил Том, подобрав камешек и бросив его с вершины холма в воду, — чем собираетесь заняться теперь? Стать редактором «Вог»? Или у вас новый роман на горизонте? Выкладывайте начистоту! Мне все интересно. Серена мне все уши прожужжала, что у тебя дурной вкус в отношении мужчин.