Романтический шторм - Марион Леннокс

– Я постараюсь.

– Не сомневаюсь, что тебе удастся. – Финн закончил фразу незнакомым ей словом по-гаэльски.

От этих слов ей стало тепло даже в холодной грязи, и она решительно настроилась на успех.

Джоу сосредоточилась. Она ухватила голову и отвела ее назад во время схватки. Затем ее пальцы нащупали ногу, она ухватила ее и потянула, увидев маленькое копытце прямо у себя под носом. Но тут началась следующая схватка, и она опять держала голову теленка, пытаясь ухватить вторую ногу. Руке было нестерпимо больно при схватке, и без того небольшое нутро коровы сильно сжималось.

Финн поддерживал Джоу за плечи. После схватки ей удалось вытянуть вперед и вторую ножку.

– Думаю, что мы готовы, – сообщила она.

– Оба копытца впереди?

– Да.

Финн смазал руку вазелином, и Джоу уступила ему место. Финн проверил плод, и по его лучезарной улыбке Джоу поняла, что ей все удалось. Сердце ее радостно забилось, а боль в руке практически исчезла.

– Настало время простыней, – объявил Финн.

Джоу подала ему льняные полоски и смотрела, как он аккуратно наматывает их на копытца. Затем он осторожно подтягивал веревку во время каждой схватки. Наконец теленок появился на свет, и Финн широко улыбнулся.

Он обтер мордочку теленка, поднял его на руки и понес к измученной матери, чтобы та его увидела, обнюхала и начала вылизывать. Он осторожно опустил детеныша на землю перед мордой матери, поднялся и подошел к Джоу.

Он нежно притянул девушку к себе и поцеловал.

– Джоу Конейл, ты потрясающая девушка.

– И ты, Финн Конейл, тоже.

– Да, мы оба хороши, – подтвердил он, снова ее целуя. – Хочешь принять душ? Дождь закончился.

А она этого даже не заметила.

Хочет ли она в душ? Отодвинувшись от Финна, она осмотрела себя и улыбнулась.

– Пожалуй, да.

– Вместе?

У нее перехватило дыхание.

Да, она этого хочет. Ей хотелось раствориться в этом мужчине на всю жизнь.

В этот момент у ее ног тихо замычала и заворочалась корова, пытаясь приподняться и устроиться поудобнее, чтобы вылизать своего малыша. Это движение вернуло Джоу благоразумие.

Действия имеют последствия.

Она была одиночкой не без причины.

– Думаю, что по отдельности, – выдавила она.

Поколебавшись секунду, Финн кивнул:

– Наверное, это благоразумно.

Так оно и есть. Но чего ей стоило оставаться благоразумной!

* * *

С ланчем из-за сумбурного утра припозднились. Во время еды они не раз вставали из-за стола и подходили к окну, чтобы проверить корову с теленком. Снова вышло солнце. Животные, казалось, чувствуют себя хорошо.

Даже миссис О’Рейли, внося очередное блюдо с кухни, старалась пройти мимо окна и находила много предлогов, чтобы вновь вернуться в столовую.

– Э-э, вы оба на славу потрудились, – признала она, подавая кофе. Она сияла так, будто была их родной бабушкой, считавшей, что внуки унаследовали от нее свои прекрасные качества.

– Это правда, – подтвердила Джоу немного застенчиво. По правде сказать, она всегда чувствовала себя не в своей тарелке в этой столовой. Миссис О’Рейли обожала кормить их именно здесь. Она и слышать не хотела о том, чтобы они ели на кухне. Если бы Джоу осталась здесь дольше, она точно выбрала бы другое место для еды. Крестьянам не место за парадным столом. А уж незаконнорожденным и подавно.

Вдруг она вспомнила то незнакомое слово по-гаэльски, которым назвал ее Финн.

– А как ты меня назвал, когда мы помогали корове?

Финн слегка покраснел, и это ей понравилось.

– Я назвал тебя «любовь моя» на местном наречии, – смущенно сказал он.

Джоу было необыкновенно приятно это услышать. Она не стала смущать Финна дальше и сменила тему.

– А что ты намерен с ними делать?

– С кем? – Мысли Финна были далеко.

– С коровами, конечно.

– Мы вместе должны решить.

– Но я не решаю судьбу коров.

– Продать их не удастся. У них нетоварный вид. Кроме того, они все разнопородные, а теленок совсем крошечный.

– Они могли бы здесь остаться до продажи фермы.

– Возможно. Но миссис О’Рейли вряд ли возьмет на себя ответственность за них. Нужно будет нанять кого-то присматривать за ними.

– Ведь мы уезжаем, – бесстрастно констатировала она, и Финн согласно кивнул.

– Да мы уезжаем, – повторил и он.

Воцарилось молчание.

«Что с нами происходит?» – пронеслось в голове Джоу. Все просто и ясно. Они получили потрясающее наследство. Провели почти полную его инвентаризацию. Завтра приедет адвокат. Они подпишут бумаги и разъедутся по домам. Они оба разбогатели.

Неожиданно раздался звонок. Оба вздрогнули и, одновременно посмотрев друг на друга, улыбнулись.

– Мы кого-то ждем в гости, дорогая? – спросил Финн, и Джоу хмыкнула. Они вальяжно сидели в парадной столовой, пили кофе из чашек тончайшего фамильного фарфора, ожидая, когда экономка откроет дверь и объявит пришедшего гостя. Все это выглядело странно.

– Если это джентльмен, – пробормотала Джоу, – тебе придется пригласить его в кабинет на рюмку портвейна. Если дама, мне с ней следует удалиться в гостиную поболтать.

Финн тоже ухмыльнулся и поднялся, чтобы открыть двери столовой. Он увидел экономку и невысокого, полного, лысого, улыбающегося человека в черной сутане.

– Лорд Конейл, это отец…

– Эдриан, – представился священник, протягивая Финну руку. – И пожалуйста, без церемоний, милорд.

– В таком случае называйте меня Финном, – сказал он, пожимая священнику руку.

– А вы, должно быть, новая хозяйка замка, дочь Фионы, – продолжил священник, повернувшись к Джоу. – Вы очень похожи на маму, милая.

– Меня зовут Джоу, – коротко бросила она.

– Прекрасно, – ответил священник. – Я знаю, что вы очень заняты. Я так сожалею о кончине вашего… дедушки. Но я заглянул сюда, чтобы передать вам, что все жители деревни мечтают с вами познакомиться. Вы здесь самый крупный землевладелец. У арендаторов накопилось много проблем. Земля оскудела. Надо бы заняться осушением болот…

– Но замок будет продан, – прервал священника Финн.

– Неужели? – недоверчиво переспросил он.

– Да, это уже решено, – ответил Финн.

Улыбка на лице священника погасла, и он как-то сгорбился, став еще меньше ростом. Он на секунду зажмурился, глубоко вздохнул и снова открыл глаза. Расправив плечи, отец Эдриан слабо улыбнулся.