Проделки Купидона - Валери Кинг

Кухарка была внушительная особа, с совершенно непревзойденными кулинарными талантами. Она также была очень обидчива, и слова Лидии убедили леди Брэндрейт и Александру, что их разговор лучше продолжить попозже.

* * *

Когда все общество собралось за столом, Виктория накинулась на Александру с упреками.

– Ты нас всех осрамила! – воскликнула она с дрожащими губами, тыкая вилкой в зеленый горошек у себя в тарелке. – Целых два часа!

Александра, смаковавшая кусочек семги, уставилась на сестру с удивлением. Ей и в голову не приходили такие последствия ее поступка. Она чувствовала, что отец смотрит на нее, и лицо ее занялось румянцем.

– Что такое? – спросил маркиз, нахмурившись. – Ты провела два часа в замке Перт наедине с Лонстоном?

За столом воцарилось молчание. Александра взглянула на мать: леди Брэндрейт выглядела озабоченной.

– Он… он – джентльмен, – наконец сказала она, разрезая пирожок и старательно избегая взгляда отца. Она хотела сказать: «Настоящий джентльмен», но ведь это была бы неправда. Александра не знала, что ей еще сказать. Отец смотрел на нее сурово, мать озабоченно, Джулия и Виктория – укоризненно. Александра старалась забыть неприличный поцелуй Лонстона и появление Энтероса, но эти воспоминания теснились у нее в голове и усиливали краску на щеках. Чтобы помешать этим тайным мыслям еще яснее отразиться на ее лице, Александра оживленно заговорила:

– Дело в том, что я упросила его милость дать в следующую среду бал-маскарад. Знаю, это было не совсем прилично, но мне казалось, что бал-маскарад развлечет всех нас, и он согласился. Он хочет познакомиться с новыми соседями.

Александра с тревогой взглянула на родителей и сестер. Поверили ли они ей?

Виктория надулась:

– Как ты могла поехать в замок Перт без меня? Я понимаю, почему ты не позвала Джулию, она всегда так влюбленно на него таращится, что смотреть противно. Но ведь тебе известно, что Лонстон влюблен в меня. Мы обязательно поженимся и…

– Что? – воскликнула Джулия. После этих слов сестры она была не в силах дольше сдерживаться. – Лонстон не больше жаждет жениться на тебе, чем на… чем на Александре, а ты знаешь, что он ее терпеть не может! Какой ты вздор болтаешь! Я тебя просто не выношу, Виктория!

– Хватит! – Лорд Брэндрейт ударил по столу кулаком.

Джулия и Виктория подскочили на стульях, побледнев от страха при этой вспышке отцовского гнева.

– Прошу прощения, папа, – поспешно сказала Виктория.

– И я, – добавила Джулия.

Лорд Брэндрейт обожал дочерей, но никогда не позволял им такие непристойные выходки. Обе юные леди порядком присмирели и сидели, сложив руки на столе, как наказанные школьницы.

Убедившись, что младшие дочери восприняли его замечание должным образом, лорд Брэндрейт обратился к Александре:

– Ты всегда отличалась здравым смыслом, поэтому мне не хотелось бы делать выговоры тебе, Александра. Объясни только, почему ты так долго пробыла у Лонстона и почему не взяла с собой горничную. Хотя должен сказать, что я совершенно не понимаю, зачем тебе понадобилось уговаривать его давать балы!

Александра увидела упрек на хорошеньких личиках сестер. Она не имела права на них обижаться. Ведь она сама виновата, что просидела в гостях целых два часа!

– Не знаю, как это случилось, папа, – сказала она наконец. – Мы говорили о своем детстве. Лонстон много рассказывал мне о своих путешествиях. Признаюсь, я была просто очарована. Представляешь, он мог взбираться на самую высокую мачту быстрее всех матросов! Это глупо, я знаю, но его приключения прямо-таки заворожили меня. Это все равно что читать Байрона. Знаю, это дурно, что я забыла о времени, и вы правы, папа, выговаривая мне за это. Я могу только обещать, что больше такое не повторится. А что до маскарада, – продолжала она, мгновенно сочинив маленькую историю, – я думаю, это будет очень забавно, так как это канун Хэллоуина, а я слышала от Лидии, что слуги в замке Перт говорят, будто там завелись привидения.

Джулия и Виктория ахнули.

Всеобщее удивление высказала леди Брэндрейт:

– Привидения? В замке Перт? Неужели?

– Да. Пока я дожидалась Лонстона, я услышала странный шум, какой-то скрежет и царапанье. Знаю, мне не следовало этого делать, но я пошла на этот шум и увидела совершенно невероятное существо – необыкновенного красавца в черной одежде и с серебряными волосами.

– А Лонстон тоже его видел? – спросил маркиз.

– Да. И слуги тоже.

– Вот это да! – воскликнул лорд Брэндрейт. – Я слышал о таких вещах, но никогда не видел привидений! Ты говоришь, с серебряными волосами?

– Да.

Александре чуть не стало дурно от страха. Не подумают ли родители, что она сходит с ума, как леди Эль? Во всяком случае, лорд Лонстон и слуги могут подтвердить ее рассказ.

– Ах! – Леди Брэндрейт растирала себе руки, словно они сразу похолодели. – У меня мурашки по коже побежали! Подумать только! Привидение в замке! Как интересно! Должна признаться, я люблю страшные истории. – Она улыбнулась. – Я вижу, Лонстону ничего не остается, как дать бал. Ты правильно сделала, подсказав ему эту идею.

Подняв бокал с мадерой, она предложила тост за успех этого плана, так что, несмотря на слегка нахмуренное чело маркиза, идея бала получила полное одобрение. Джулия и Виктория тут же заспорили, кого из них Лонстон пригласит танцевать первую, и Александре удалось избежать дальнейшего внимания со стороны родителей.

Ее немного удивило быстрое согласие матери, но она заметила взгляд, брошенный ею на отца. Ей было знакомо это выражение, и она не сомневалась, что леди Брэндрейт вернется к этому разговору с супругом при первой возможности.

Лорд Брэндрейт заговорил первым:

– Не понимаю, как ты с такой готовностью согласилась на это. Ты не очень-то высокого мнения о Лонстоне и всегда была недовольна глупым увлечением Виктории и Джулии. А теперь ты позволила устроить этот бал, и Александра сказала мне, когда мы играли в пикет после обеда, что собирается большую часть времени проводить в замке, готовясь к этому событию.

– Совершенно верно. Поскольку это была ее идея, она чувствует себя обязанной – что вполне естественно – проследить за приготовлениями. Я ее поддерживаю.

– Но это в высшей степени неприлично!

Леди Брэндрейт с улыбкой поцеловала мужа в щеку.

– Знаю, поэтому я и настояла, чтобы Джулия и Виктория ездили с ней.

– Ты позволяешь нашим дочерям ежедневно проводить время в доме холостяка!

– Если мои подозрения справедливы, он недолго останется домом холостяка, – сказала она, выходя.

– И все же мне непонятно, почему ты согласилась! – крикнул муж ей вслед. – Убежден, что Лонстона меньше всего волнуют счастье и благополучие наших дочерей!