Дерзкая наследница - Элизабет Бойл

Адам хотел возразить, но Лили покачала головой, улыбнулась и протянула ему руку.

Мистер Сен-Жан галантно склонился над протянутой рукой дамы. Затем, отвесив короткий поклон Уэббу, прошел через галерею и вошел в переполненный бальный зал.

Лили провожала его взглядом, пока он не скрылся в толпе. Затем гневно взглянула на Уэбба. Тот, не удержавшись, насмешливо спросил:

— И никаких слез из-за жениха?

— Какое ваше дело?

Лили хотела последовать примеру Адама и тоже скрыться, но Уэбб схватил ее за руку:

— Не так быстро. Если вы думаете, что добились своего, то вы ошибаетесь.

Он увлек Лили обратно в альков и плотно задернул занавес. Она попыталась снова его отдернуть, но Уэбб перехватил ее руку:

— Мне надо обсудить с вами кое-что.

— Обсудить? Я не желаю ничего слушать после такой безобразной сцены. Почему вы так грубо обошлись с Адамом? И как вы смеете после этого разговаривать со мной?

Взбешенный вызывающим поведением Лили, Уэбб стремительно прошел в глубину алькова и распахнул дверь. В следующее мгновение он схватил Лили за плечи и вытолкнул ее на узкий балкон под проливной дождь.

Лили громко вскрикнула и рванулась обратно, но Уэбб захлопнул перед ней дверь.

Пусть подумает под дождем, может, образумится.

Прижавшись лицом к стеклу, Лили в недоумении уставилась на Уэбба. Потом, почувствовав, что промокла насквозь, пришла в бешенство.

— Впустите меня! — Приподняв подол, она обнаружила, что стоит по щиколотку в воде. — На мне нет туфель!

Уэбб осмотрел альков и подобрал не только туфли, но и черную кружевную шаль, которую Лили оставила на спинке кресла.

— Не думаю, что она вам поможет, — сказал он, показывая ей шаль.

Глаза Лили метали молнии. Она барабанила по стеклу кулаками и кричала:

— Впустите меня! Немедленно впустите меня!

— Хорошо воспитанная молодая леди не будет раздеваться во время бала, не так ли? — усмехнулся Уэбб.

— Я насквозь промокла! — еще громче закричала Лили. Поставив туфли на пол, Уэбб опустился в кресло — в нем раньше сидела Лили — и скрестил ноги. Шаль он положил себе на колени.

— Представьте, что у вас в руках зонтик. У вас же богатая фантазия.

Лили выругалась по-французски, причем это было довольно крепкое ругательство.

«Наконец-то! — с удовлетворением подумал Уэбб. — Узнаю прежнюю Лили».

Откинувшись на спинку кресла, он скрестил на груди руки и закрыл глаза. На минуту воцарилась тишина, нарушаемая лишь стуком дождя по стеклу.

— Уэбб, пожалуйста, — снова раздался голос Лили.

Он знал, чего ей стоило произнести эти слова, но все же не смягчился. Ведь Лили, пытаясь обмануть их, потратила впустую две недели драгоценного времени.

И она действительно едва не обманула его.

— Я не сумею исполнить роль Аделаиды, если простужусь и умру, — простонала она, прижав руки к груди.

«Пожалуй, она права, — подумал Уэбб, пристально глядя на Лили. — Она действительно может простудиться».

Наконец он отодвинул задвижку. Лили влетела в альков промокшая насквозь.

— Какой же вы мерза… — Она осеклась.

— Так-так, — сказал Уэбб, снова открывая дверь. — Неужели вы не образумились? Хотите получить еще один урок? — Схватив Лили за локоть, Уэбб кивнул в сторону балкона.

— На этот раз вы не сделаете ничего подобного, — отрезала она. — Я буду кричать, и меня услышат. Скандал, который я устрою, погубит вашу репутацию, и тогда вам не найти подходящей невесты.

— А вам откуда об этом известно? — удивился Уэбб. Он действительно подумывал о женитьбе.

— Ваш отец рассказал мне о ваших планах. Вам еще повезет, если вы сумеете найти бедную, беззащитную вдову, потому что ни одна мать не отдаст за вас свою дочь. Во всяком случае, порядочную и хорошо воспитанную девушку, которую, как я полагаю, вы подыскиваете.

— А что вы знаете о порядочности? — спросил Уэбб, окинув Лили насмешливым взглядом.

Лили потупилась — она выглядела ужасно: ее бумазейное платье напоминало траурный креп, недели две пролежавший под дождем; волосы были растрепаны и свисали сосульками.

Однако дождь отчасти и приукрасил Лили: потоки, хлеставшие из водосточной трубы, смыли с ее лица краску. Заметив эти желтоватые подтеки, Уэбб провел пальцами по щеке Лили и увидел, что они пожелтели. Щека же Лили чудесным образом порозовела.

Уэбб в изумлении смотрел на стоявшую перед ним женщину. Что же заставляет ее уродовать свое лицо и носить эти ужасные траурные платья?

Он успел заметить пылкий взгляд Адама — было очевидно, что молодой человек смотрел на Лили с восхищением. И тут Уэбб вспомнил о встрече в ночном саду, о поцелуях и объятиях, о возбуждении, охватившем его. Если бы он сейчас осмелился закрыть глаза, то увидел бы перед собой соблазнительную женщину, а не разгневанную и мокрую насквозь «малышку».

Внезапно он снова вспомнил про Адама. Молодой человек, по-видимому, знал все секреты Лили и явно пользовался ее расположением. Но что же их все-таки связывало?

Уэбб схватил Лили за плечи:

— Что за игру вы ведете? Неужели вы думаете, что, затеяв помолвку, сумеете спасти своего любовника… от его же собственной глупости?

— Моего любовника? — возмутилась Лили, отстраняя руки Уэбба. — Вы единственный, кто страдает от глупости. — Она встряхнула мокрую юбку, и вокруг ее ног образовалась лужа.

— Может, мне следует догнать Адама и узнать, какие секреты вы пытаетесь скрыть? — спросил Уэбб.

Во взгляде Лили промелькнула тревога, но она тут же взяла себя в руки.

— Вы сказали, что он свободен. Вы дали слово.

— Я солгал.

— Тогда нечему удивляться… Такие, как вы, не могут не лгать.

«Такие, как вы». В ее словах было презрение — и намек на его шпионаж.

Уэбб посмотрел в сторону бального зала:

— Если мне не удастся допытаться правды от вас, то придется притащить сюда этого молодого глупца. И вы увидите: кое-чего я добьюсь. Уверен, что он знает, почему вы все это затеяли и почему так хотите остаться в Англии.

Лили схватила Уэбба за руку:

— Оставьте его в покое!

— Слишком поздно, — сказал Уэбб, поворачиваясь к выходу из алькова.

— Оставьте его в покое, Уэбб, — повторила Лили, преграждая ему дорогу.

— Скажите, зачем вы затеяли этот маскарад? Почему вы так не хотите отправиться в Париж?

— Я ничего не затевала.

— Вы лжете, Лили. Я следил за вами, а теперь буду следить и за вашим женихом.