Женщина его мечты - Виктория Александер

Кэсси настороженно посмотрела на нее:

— К большому приключению?

Делия улыбнулась и взяла сестру под руку:

— Я очень много размышляла в одиночестве и все объясню тебе потом. А сейчас я хотела бы освежиться, прежде чем предстать перед трибуналом.

— Мы вместе будем там, — твердо проговорила Кэсси. Делия с чувством сжала руку сестры.

— Несмотря на то что ты узнала о предстоящем судилище раньше меня, я сомневаюсь: есть ли у тебя план защиты? Какие-нибудь предложения или мудрые советы?

— Нет. Хотя я слышала, что, когда тебе угрожает опасность, ни в коем случае нельзя показывать свой страх. Кроме того, полагаю, у меня хватит мудрости не употреблять такой термин, как, — Кэсси усмехнулась, — трибунал.

Делия и Кэсси обменялись осторожными взглядами. Они сидели рядом на небольшом диванчике перед остальными женщинами — членами семьи Эффингтон. Непосвященный человек мог бы подумать, что в подобном расположении сидений нет ничего зловещего и мебель поставлена просто для обыденной беседы.

И действительно, в данный момент обстановка не выглядела угрожающей. Напротив, все больше походило на обычное собрание светских дам, чем на судилище, обладающее властью отправить на гильотину, в переносном смысле, конечно.

Бабушка, как всегда, восседала по-королевски в середине алого дивана, справа от нее — тетя Кэтрин и герцогиня, слева — тетя Эбигейл и леди Эдвард. Тетя Грейс и леди Гарольд устроились на подлокотнике, а мать стояла позади них, очевидно, слишком взволнованная, чтобы сидеть. Жена кузена Томаса, Марианна, леди Хелмсли, кузина Джиллиан, леди Шелбрук, а также кузина Пандора и леди Трент сидели в стороне. Пандора уловила взгляд Делии и подмигнула ей в знак поддержки.

Собрание выглядело достаточно миролюбивым, однако тигр-людоед тоже не кажется слишком страшным, пока не откроет пасть.

— Не стоит так волноваться, — успокоила Делию тетя Кэтрин, мило улыбаясь. — Ты выглядишь так, словно тебя должны судить. Мы собрались совсем не для того.

— А для чего? — спросила Делия.

— Нас беспокоит твоя жизнь, Филадельфия, — твердо произнесла бабушка.

— Я так и думала и очень сожалею о том, что стала причиной скандала, и…

— Пустяки. — Бабушка махнула рукой. — Прошлое уже не имеет особого значения.

— И все-таки минувшее событие можно назвать самым впечатляющим из тех, в которое меня вовлекли, — тихо пробормотала Пандора, обращаясь к Джиллиан. Та сокрушенно посмотрела на нее.

Бабушка не обратила внимания на ее реплику.

— В настоящее время, Делия, поскольку твой муж погиб, мы не станем обсуждать твой выбор, однако твое поведение, приведшее к скандальному замужеству, весьма огорчительно подействовало на нас.

— Я знаю, бабушка, но я никогда не хотела…

— Правда, — продолжила бабушка, — среди здесь присутствующих нет никого, кто бы в свое время не грешил неподобающим или неблагоразумным или даже скандальным поведением.

— И тетя Кэтрин тоже? — спросила Кэсси. Бабушка кивнула:

— Особенно тетя Кэтрин.

— Я бы не сказала, что особенно, — тихо возразила тетя Кэтрин, выглядевшая сейчас скорее как наказанная школьница, нежели как правящая герцогиня Роксборо.

— Но вы-то, конечно, никогда… — начала Делия, не подумав. — Я хотела сказать…

— Моя дорогая Филадельфия, как ни трудно сознавать сейчас, но я не всегда обладала такой мудростью, почтенным возрастом и безупречностью поведения. — В глазах бабушки промелькнули озорные искорки. — У меня тоже случались рискованные приключения в молодости, но я пережила их, и ты переживешь.

Делия внимательно посмотрела на нее и пролепетала, тщательно выбирая слова:

— Боюсь, я не понимаю, бабушка. Значит, вы не сердитесь на меня?

— О, мы никогда не сердились на тебя, Делия, — быстро выпалила тетя Эбигейл. — Мы хорошо понимаем, какой импульсивной бывает молодость.

— Мама тоже не сердится, — подтвердила Кэсси многозначительно.

Все в комнате, за исключением вдовствующей герцогини, как по команде повернулись к Джорджине, которая стояла, взволнованно скрестив руки на груди.

— Конечно, она не сердится, — невозмутимо согласилась бабушка. — Также, как и все остальные.

— В самом деле? — Делия посмотрела на мать.

— Возможно, — высокомерно ответила та.

Тетя Грейс подавила смех. Тетя Кэтрин и тетя Эбигейл обменялись понимающими взглядами. Бабушка выглядела невинной, и Делия не имела ни малейшего представления, какой смысл таился в их словах. Да она и не хотела знать о возможных неосмотрительных поступках, совершенных в молодости, или о рискованных приключениях своей молодой когда-то бабушки, и даже мысль о возможных прегрешениях матери в давние времена вызывала у нес мучительные спазмы в животе. И все же сознание того, что стремление совершать безумные поступки, очевидно, перешло к ней по наследству, доставляло Делии некоторое утешение.

— По-видимому, твое неблаговидное поведение — продолжение фамильной традиции, — чуть слышно пролепетала Кэсси, наклоняясь к сестре.

— Нет ничего неизбежного, Кассандра, кроме смерти, — возразила бабушка, пронзив ее острым взглядом. Кэсси благоразумно приняла огорченный вид. — Не принимай то, что ты слышала сегодня здесь, как санкцию на неуместное поведение. Тот факт, что мыс пониманием относимся к ошибкам молодости, не означает, что мы одобряем их.

— Разумеется, мэм, — пробормотала Кэсси, и щеки ее залил румянец.

Делия пожала руку сестры в знак молчаливой поддержки.

Бедная Кэсси. Ее беда, что она не умеет держать язык за зубами.

— Дорогая Кассандра, я не понимаю, о чем ты беспокоишься. Я никогда особенно не волновалась за твое будущее. — Бабушка слегка подалась вперед, словно она и Кэсси остались наедине и вели конфиденциальный разговор. — Нас всегда настораживают те, кто ведет себя тихо и спокойно. Ты же никогда не отличалась спокойствием. Ты честная, открытая и достаточно умная девушка. По правде говоря, ты напоминаешь мне меня в молодости. — Она выпрямилась и заговорщически улыбнулась внучке. — Возможно, у тебя есть о чем беспокоиться. Однако ни твое поведение, ни твое будущее не являются предметом нашего разговора сегодня, — продолжала бабушка, взглянув на Делию. — Филадельфия, у тебя есть уже какие-то соображения относительно твоего будущего?

Делия твердо решила в глубине души стать опытной женщиной, однако совершенно уверенная в том, что подобные мысли о будущем едва ли найдут здесь понимание и одобрение, не стала их афишировать.

— Нет еще, бабушка, — ответила она.

— Понятно. Данного ответа следовало ожидать. Твоя жизнь круто изменилась в течение короткого времени. — Бабушка долго смотрела на нее изучающе. Наконец она проговорила, словно решив что-то про себя: — Если ты нуждаешься в совете или помощи, знай, ты всегда можешь получить их от каждой из нас. Мы твоя семья, и ты должна рассчитывать на нас. Мы все считали твой брак глупостью. Если бы ты доверилась нам, прежде чем совершить необдуманный поступок, мы, несомненно, попытались бы отговорить тебя от замужества с лордом Уилмонтом. Однако сделанного не воротишь. Тем не менее, думаю, ты должна извиниться за свой поступок.