Счастье в 50. Драмы больше нет - Мара Евгеника

– Я не верю, – снова перебивает меня младший. – Отец никогда ничего без тебя не делал…

Пока Тимофей говорит, читаю сообщение: “Завтра возвращаюсь из командировки. Договоренности в силе. Место и время тоже. Позвоню”.

– Тима, я, к сожалению, тоже была в этом уверена. Но… Все оказалось несколько иначе. Да, вам и Матвею, переживать не стоит. После оценки бизнеса я собираюсь его разделить на 4 равные доли. Две из них ваши…

Глава 28

– Привет, красавица, – хором приветствуют меня три грации от медицины Роза Давидовна, Мира Августовна, и Елена Пантелеевна.

– И вам, милые не хворать, – отвечаю без особого энтузиазма.

На самом деле ужасно боюсь процедуры анализа околоплодных вод.

Пусть я сама медик, но при мысли о проколе в зародышевой оболочке и заборе образца амниотической жидкости, меня дергает и телу бегут стада нервных мурашек.

– Музочка, что с настроением? Почему бледная? Плохо чувствуешь себя? – участливо интересуется Мира Августовна. – Или просто страшно?

– Чувствуем мы себя хорошо. Токсикоза друг на друга у нас нет. Малышуля активно двигается. Аппетит хороший. Сон тоже. Правда я похудела немного. Но… Ведь такое случается? Чего вы так на меня смотрите?

– Раздевайся до белья. Муза, чего замерла? Сейчас измерим рост и вес, – приказным тоном говорит Мира Августовна. – Все равно это для анестезии нужно сделать.

Снимаю все кроме бюстика и трусиков. Меня полностью измеряют и дополнительно делают замер талии и бёдер.

– Мария, записывай, – Мира обращается к медсестре. – Рост – сто пятьдесят шесть. Вес – семдесят один пятьсот. Ну, и где потеря веса?

Этот вопрос уже адресован мне.

– А было на три с половиной больше, – отвечаю со вздохом.

– Ну, Музочка, при соотношении вашего веса и роста можно и еще пяток потерять и не заметить, – как всегда саркастично язвит Роза Давидовна.

– Милая моя, снижение вашего веса не критично, на данный момент главное, чтобы вес плода не менялся в меньшую сторону. Но… И такое тоже может быть из-за анатомической особенности малыша, – подключается к объяснениями Мира Августовна. – Теперь то, что касается амниоцентеза. Эта процедура относительно безопасна. Проведем так, что комар носа не подточит. Зато будем все точно знать о генетических заболеваниях. Ложись на кушетку. Наша прекрасная Елена сейчас все самым пристальным образом рассмотрит и нам скажет.

Мои страхи на самом деле оказываются пустыми. Сама процедура проходит быстро и легко. Результаты узи оказываются прекрасными. Но…

Самое главное, теперь я знаю, что у меня будет дочка!

Через час мы с моей институтской подругой Еленой выходим из узи-центра.

– Лен, если у тебя есть время, может пообедаем? – предлагаю подруге, с которой мы не общались много лет.

Ленка смотрит на меня с улыбкой и кивает головой.

Я осматриваюсь и вижу очень приличный ресторан, в котором мы с Карповичем были несколько раз.

– Предлагаю заглянуть в “Шарли”. У них шикарная выпечка. А нам с малышкой немного сдобы не повредит.

Смеюсь, радуясь тому, что у меня все же доченька.

– Лен, ты уверена, что девочка?

– Обижаешь, дорогая! – улыбается Пантелеевна. – В прошлый раз не было видно. А сейчас плод стал крупнее: вес набрал и вырос. Ну, и первичные половые признаки уже хорошо различимы.

– Здорово! Я так счастлива, Лен! Так счастлива! У меня дочка! Здоровенькая! Красавица моя сладкая, – говоря, от распирающего меня счастья приобнимаю институтскую подругу.

В ресторане занимаем укромное место с хорошим видом на Москва-реку.

Последние дни погода забавляется нас обильными снегопадами, потому городские пейзажи сейчас шикарные, словно рождественские открытки с елками и снежными шапками на домах.

Быстро делаем заказ и болтаем о Ленкиной защите.

– Рада, что все хорошо идет. Буду счастлива поздравить тебя с присвоением ученой степени, – искренне без грамма фальши в душе и голосе говорю подруге. – Честно! До сих пор не могу понять, почему мы перестали общаться…

Смотрю внимательно на Лену, словно ожидаю от нее ответа. Но…

Она зеркалит мой взгляд и ничего не говорит.

– Лен, мне сегодня во время узи показалось, словно ты мне что-то хотела сказать.., – спрашиваю то, что крутится на уме и висит на языке.

Лена слушает меня, смотря в окно.

– Мы с Денисом разводимся, – выдыхаю, откашливаясь.

– Я в курсе, – произносит Ленка, не поворачивая головы в мою сторону.

– Юлька сказала, да? – задаю вопрос нервно, мысленно обещая Юлии устроить выволочку.

– Нет. Она здесь ни при чем. Мы о вас с Карповичем с ней, вообще, не разговариваем. И знаешь почему, Муз? – Почему?

Передергиваю плечами и сиплю, задавая вопрос.

– Потому что обе терпеть не можем Карповича. Ну, про Юльку ты и сама знаешь.

Да, знаю, что муж Юлькин был другом Дениса. И на суде Карпович поддержал его, а не Юлю.

Я тогда впервые очень сильно поругалась с мужем. Даже несколько дней не разговаривала с ним. Морщусь вспоминая об этом факте. Но…

Сейчас речь не о Юльке.

В моём мозгу снова всплывают мысли молодости, когда я подозревала, что Лена и Денис находились в близких отношениях.

И именно поэтому Ленка перестала со мной общаться и даже на свадьбу мою не пришла. Хотя я ее, вопреки желанию Карповича, на свадьбу все же пригласила.

Думая об этом, прикусываю губу и молчу, ожидая продолжения разговора.

– Лен, наш развод неизбежен, – не выдерживаю и начинаю говорить сама. – Причина его очень веская. Потому здесь скрывать нечего. Мне просто на самом деле интересно, откуда у тебя такая информация, если не от Юли.

– Ко мне на узи несколько месяцев назад пришла очень разговорчивая пациентка. Она и рассказала, что у нее отношения с мужчиной. Он служит в министерстве. И ребенок, которого я осматриваю, его, – вздыхая и протирая салфетками ладони, говорит Елена. – И все бы ничего, но этот мужчина женат. Хочет развестись с женой, но не может, потому что у них два взрослых сына и большой стоматологический бизнес. Фамилий и имен она не назвала. Но… Мне это и не требовалось. Потому как здесь не нужно высшего