МОЯ. Не отдам! - Айрин Лакс

Сладко и колко…

Дан перестает мять мой зад и ныряет под резинку штанов с трусиками. Я сама приподнимаю бедра, чтобы дать ему возможность коснуться напряженной, зудящей от напряжения плоти.

Он сжимает меня пальцами там, просто сжимает, перетирает немного, нажимает ритмично, и меня уносит. Оргазм растекается по телу, плавит его, сладким сиропом выжигает вены и разумные мысли. Я втягиваю в себя язык Дана, сосу его, наслаждаясь волнами, облизывающими снизу.

— Давай на член? — предлагает часто дыша.

— Дан…

— Что? Трахнуть тебя хочу. Только об этом и думаю. Ты обалденно кончаешь, а когда сжимаешь меня вот этим местечком… — вводит пальцы, двигая, — просто нет слов. Сплошной кайф.

Дан вбивает пальцы быстрее и глубже. Я понимаю, что этого мало, хочется большего… Голова плывет, губы и язык снова в плену.

— Давай, Моника. Давай… Ни с кем не было так хорошо, как с тобой! — быстро добавляет.

Это признание сокровенное или просто лестное?

Даже не знаю. Не понимаю.

Вообще ничего не понимаю, как согласилась на то, что было потом…

— Только здесь с нашими габаритами места маловато будет, — распахивает дверь.

— Эй ты… чего? На мороз?

— Сегодня тепло и снежно.

— Нас увидят… Нас увидят, ты что творишь?

Причитаю, как сумасшедшая, когда оказывается за пределами машины. Дан сзади, надавливает на поясницу.

— Обопрись локтями о сиденье.

Я бормочу слова сопротивления, но тело уже подстраивается под приказы Дана, и никакие разумные доводы не играют роли.

Адреналин подстегивает, страх топится в нем с головой.

Желание накрывает сверху, спазмы предвкушения сокращают интимные мышцы, возбуждение расходится по телу дрожью.

Не ведаю, что творю. Будто со стороны слышу свой возбужденный, сухой шепот:

— Дан… Дан, быстрее, пожалуйста. Да-а-ан… — и захлебываюсь восторгом, когда чувствую, как он туго и плотно головкой члена давит на вход. — Дааа… Да…

Выгибаюсь на него. Дан звонко хлопает ладонью по ягодице и бедру.

— Блять, вот это попка…

Он притягивает меня к себе за бедра и погружается ритмичными толчками. Плавно и размеренно, давая привыкнуть к размеру, а я… боже… хочу больше и глубже…

Дискомфорт тает от жара между нашими телами. В воздух поднимается пар от дыхания и пар от тела.

— Кайфовая девочка. Вкусная…

Он мало говорит, но много делает, я хныкаю и постанываю, виляя попкой, умоляя…

— Засадить поглубже?

Грязно-грязно, фу, Дан… Но да…

— Да, — содрогаюсь, бормоча куда-то в сиденье. — Да…

Движение выходит глубокое и резкое, от него сокращается все внутри.

— Трахать буду жестко и быстро. Ты меня несколько дней без секса мариновала. Так что опусти ручку и побалуй себя.

Я?! Такое… Ну, нет… Нет… Или все-таки да?

Потому что Дан начинает трахать меня так, что из легких вылетают весь воздух и попискивания, смешанные со стонами.

Ноги подгибаются в коленях.

Хорошо, что есть опора подо мной и Дан за бедра держит, пока вколачивается, иначе бы я повисла безвольной тряпочкой — безвольной, но мокрой и полной удовольствия.

Кое-как просовываю руку, пальцами нащупываю точку, которая молит о прикосновении. Подстраиваюсь под ритм Дана, жар под собственными пальцами, вихрь удовольствия несет, подхватывает, и все ощущения закручиваются в торнадо.

Очень остро проживаю каждый миг бешеного и спонтанного секса.

Сильные пальцы на моих бедрах, таран члена, мощно двигающегося внутри меня, собственные легкие порхания на клиторе, запах кожи салона, морозец и крохотные покусывания на обнаженной пояснице, когда на нее опускаются редкие снежинки.

Боже… Боже… Я больше так не могу.

— Кончай. Кончай, если хочешь…. Я еще… Еще… — ускоряется.

Внезапно до слуха доносится шорох шин.

Мимо пролетает машина!

От стыда и возбуждения горю, ведь Дан и не думал притормозить и пригнуться, продолжил, как ни в чем не бывало, и я кончаю, сжимаясь вокруг его члена.

Сжимаюсь и кончаю, по бедрам течет. Все плывет, мир расплескивается сиропом экстаза. Я плаваю в нем и несколькими толчками позднее меня догоняет Дан, кончая.

Не говорит ничего, сипло и часто дышит, прижавшись сзади.

Несколько мгновений куража и абсолютного счастья на вершине, потом плавно пикирую с облаков удовольствия вниз.

— Дотянешься до салфеток? Да. Между сиденьями. Протяни, я вытру тебя.

Обессиленно распластавшись, жду, пока он вытрет меня между ног салфеткой.

— Хорошо потекла, все трусы мокрые. Залезай на заднее сиденье. Там моя сумка, найдешь для себя чистые трусы.

Выпрямляюсь с трудом, меня кружит от удовольствия. Едва ворочая языком, пытаюсь возмутиться:

— Что? Как это… Ты… знал, что так будет?

Глава 25

Ника

Дан разворачивает меня к себе и легко целует в лобик.

— Не могу сказать, что планировал. Ты планы умеешь обламывать. Но я надеялся, скрывать не буду.

— Вот же… А я повелась!

— Обиделась, что ли? Эй, ты чего, Белка? Мне с тобой нравится, — цепляет за подбородок и целует. — Так что не обижайся, но я скоро захочу тебя снова.

— Нас видели.

— Не парься, тебя никто не разглядел. На такой скорости, как ехала та машина, вообще сложно разглядеть что-то. А если сомневаешься, скоро докажу, — ухмыляется. — Так ты будешь переодеваться или тебе приятнее ходить с мокрыми трусами?

— Я переоденусь! И поеду сзади… И больше ни-ни. Мы вообще-то в город едем. Зачем-то.

У него в сумке реально оказываются мои трусы.

Обалдеть! Когда он их взять успел?

С ночи подготовился?

Вот же гад самоуверенный, как будто знал, что снова я буду вести себя, как заядлая грешница и вымаливать его мужскую ласку…

Помимо трусов я нахожу протеиновый батончик — один из тех, что всегда покупаю для перекуса и бутылка с соком.

— Подкрепись, не стесняйся, — хмыкает с переднего сиденья Дан. — Сегодня тебе понадобится много сил.

— У тебя большие планы?

— Подозреваю, шопинг будет изнурительным.

— Не стоит напрягаться, вот и все!

— Стоит! — упрямится.

— Я могла передумать. И вообще, сам ешь батончики, а я не еще не проголодалась!

— Обидчивая какая.

У него благодушное настроение? Усмехается довольно.

Машина плавно трогается с места.

— Итак, что у тебя за любимый имеется? — не дает передохнуть Дан и задает слишком волнующий для меня вопрос.

— Разве не моя очередь задавать вопрос?

— Давай отвечу. Ты хотела узнать мое полное имя. Дан не от имени Даниил. Дан —