Свой мир - Иола Гайнова

– Спасибо за похвалу, но это излишне. Я все равно пойду к Мистеру Холмаку… завтра. Пойдешь со мной! – угрожающе строго ответила Роза.

– Нет. Не пойду! Я старше тебя и поэтому умнее!

– Только глупый человек мог сказать такое. Ум не определяется возрастом. Это не обсуждается! Завтра в пять часов утра встречаемся здесь. Ты сама сказала, что я не глупа, так что давай все решим мирным путем, – встав со стула, сказала Роза и направилась к себе в комнату. Однако уже подходя к спальне, она вдруг почувствовала, что обо всем сейчас самое время рассказать Эллис, которая была единственным ее союзником на данный момент.

– Здравствуй Роза, – сказала Миссис Вартиган, когда увидела свою младшую воспитанницу. – Что-то случилось или ты соскучилась по мне? Хотя второе явно не подходит тебе, а вот твоя сестра стала ласковым ангелочком! Поучись у нее!

– Да уж, хороша ситуация! Теперь и ты на ее стороне?

– Что значит на стороне? У нас война или восстание?

– Все сложнее. Гораздо сложнее. Я кое-что от тебя скрыла. В общем, у Сьюзен года четыре назад с Мистером Холмаком была любовь со всеми вытекающими из этого обстоятельствами, но со временем все чувства прошли. А сейчас он воспользовался ее беспамятством и попытался навязать ей какие-то байки про вечную любовь до гробовой доски.

– Интересно, интересно… Ладно, я подумаю, а завтра все скажу тебе.

Роза вышла из комнаты Эллис в полном недоумении: слишком много мыслей вертелось в голове у ее мачехи и мало слов вылетало из ее уст, обычно все происходило наоборот. На улице тем временем уже совсем стемнело и весь дом начал потихоньку засыпать, сестры Вартиган не были исключением, ведь обе знали: им рано вставать. Когда в полпятого Роза была разбужена служанкой, предупрежденной заранее, за окном было все также темно, сыро и холодно, однако обещание есть обещание, и выполнять его было нужно. Она тихо спустилась вниз по лестнице и повернула в столовую, где за чашкой чая сидела Сьюзен и широко улыбалась.

– Вот видите, я же Вам говорила: моя сестра – позор для семейства Вартиган! Ее надо изолировать от интеллигентных людей!

– Что ты имеешь ввиду? – произнесла Роза, однако сразу поняла, что фраза была адресована не ей, а отцу с матерью, которых сразу не было видно, также в столовой появилось несколько человек из прислуги и Миссис Холмак. – Что здесь происходит?

– Мы думали, что ты выросла не только телом, но и умом, душой, – строго сказал Мистер Вартиган. – Ты наказана, позже я решу, что с тобой делать. Отправляйся в свою комнату! Хотя нет, пойдем ко мне в кабинет!

Эллис закрывала руками рот, вероятно, чтобы не взболтнуть лишнего, и беспокойно смотрела то на своего мужа, то на дочерей, затем подошла к шокированной Розе, взяла ту за руку и тихо сказала:

– Прости, милая, это для твоего же блага!

Сьюзен тоже встала из-за стола, подошла к сестре и с расстроенным видом произнесла:

– Не надо делать такое удивленное лицо! Вот и все. Я люблю тебя, солнышко, но твое поведение позорит нашу семью, будет лучше для всех, если что-то в твоей жизни изменится.

Роза ничего не ответила, потому что в ее ситуации стоило сначала понять, в чем ее обвиняют, а уже потом искать из нее выходы. Когда Мистер Вартиган направился в свой кабинет, следя за тем, чтобы дочь шла следом, он был очень озадачен и выглядел сердитым.

– Прежде, чем мы вступим в диалог, я хотела бы попросить о том, чтобы ты не принимал решений сгоряча, а все обдумал, – медленно произнесла Роза, когда оказалась в кабинете отца. – Это ведь Сьюзен что-то придумала?

– Твоя сестра пришла ко мне вчера днем и сказала, что кто-то из прислуги частенько замечает твои походы в сторону псарни. К тому же с ее слов я понял то, что в личном разговоре со Сьюзен ты сама призналась в долгой связи с человеком, который на меня работает. Отпираться – бесполезно, потому что несколько служанок подтвердили твое неподобающее поведение. И еще с кем? Он же самого низшего ранга!

Мгновенно поняв, что происходит, Роза прокрутила в голове план отступления, однако вовремя спохватилась, когда вспомнила о том, что лучшая защита – это нападение. Резко встав со стула, она начала кричать:

– Папа, я люблю Мистера Холмака, а когда он разведется со своей женой, мы поженимся! Ты никогда меня не поймешь!

– Стой! – удивленно посмотрев на свою дочь, сказал Мистер Вартиган. – Повтори-ка свои слова!

– Я могу и тысячу раз повторить: Гарри Холмак – моя самая большая любовь! А тебе не удастся нас разлучить!

– Ты, я думаю, понимаешь, что я могу продать или уволить твоего возлюбленного?! Однако кто в действительности им является? Твоя сестра указывала на Джерарда, подчиненного Гарри. Возможно, она ошиблась с человеком, но с событием нет.

– Так ты уволишь Гарри? Или продашь? – сев обратно на стул и, будто бы задумавшись, медленно и разочарованно произнесла Роза, а затем, делая вид наивной глупенькой девчонки, запричитала: – То есть Джерарда, да, я люблю Джерарда, очень его люблю! Не увольняй его! Пожалуйста, папа!

– Не могу тебя понять! Так кто же твой кавалер? Боюсь ради твоего же блага мне придется уволить их обоих, разбираться я не буду.

– Нет, отец, прошу: не надо! – став на колени, воскликнула Роза. Она знала, что свою роль убитой горем страдалицы надо играть до конца. Поэтому, когда в комнату с разрешения своего мужа вошла Эллис, Роза начала еще сильнее причитать и стенать.

– Уведи ее в комнату, – надменно и властно отчеканил Мистер Вартиган, – и запри! Пусть подумает о своем загубленном будущем, как и я…

Продолжая убиваться горем, Роза проследовала за матерью, однако, проходя мимо своей сестры, позволила себе небольшую победную ухмылку, от которой Сьюзен изрядно занервничала и направилась к отцу, чтобы узнать истинные результаты своей хитрой уловки.

– Прости меня, солнышко, – прошептала Эллис на ухо Розе. – Вчера днем ко мне пришла твоя сестра и сказала, что каждое утро тебя замечают уходящую из дому, а сегодня ты опять пришла, доказав ее версию.

– Я понимаю. А теперь покинь меня, пожалуйста…

Оставшись одной в запертой комнате, Роза принялась прыгать по кровати, размахивать руками и шепотом произносить победные речи, в общем, начала радоваться как ребенок. Когда же успокоилась, подошла к входной двери, села на ковер и начала притворно стенать и делать вид, что плачет навзрыд для