Холостяки - Кендалл Райан

Я закрыла дверь, прижалась к ней спиной и тут же осела на пол. У меня подкосились ноги. Единственное, что могло меня остудить, это холодный душ.

Глава двадцать первая. Стерлинг

Я провел выходные в мыслях о Кэмрин. Вернувшись на работу в понедельник, я постарался углубиться в дела, скопившиеся на моем столе. Технически я занимался семейным правом, и это означало, что я проводил дни, прорабатывая добрачные соглашения и занимаясь разводами, а также алиментами и опекой над детьми.

Очень редко я вел дела о банкротстве физических лиц или помогал при усыновлении. Также меня просили выступить на конференциях с рассказом о семейном праве или этике. Но спросите любого из тех, с кем я работаю, и вам скажут, что я известен делами о разводе. Уже пять лет я жил и дышал этим, на этом построил мою репутацию и мою карьеру.

Поэтому меня чертовски удивляло то, что мужчина, прославившийся благодаря процессам о разводе, был обязан жениться.

Ирония ситуации от меня не ускользнула.

И самое безумное заключалось в том, что я начал влюбляться в мою сваху. Я знал, что ее влечет ко мне. Но она не дала мне повода поверить в то, что готова бросить свое имя в шляпу в надежде стать миссис Стерлинг Куинн.

Мне требовался перерыв. Гора бумаг на моем столе как будто насмехалась надо мной. Я попросил Ноа встретиться со мной за ланчем. За десять минут до полудня я подошел к ресторану, где мы договорились встретиться.

– Выглядишь ужасно, бро. Что происходит? – спросил Ноа, когда увидел меня у входа.

– У меня много забот, – пробормотал я. – Давай сядем за столик. Я умираю от голода.

Мы сели в суши-баре, посмотрели меню. Как только мы сделали заказ, Ноа повернулся ко мне:

– У тебя все в порядке? Я никогда раньше не видел тебя взволнованным.

– Это потому, что я никогда раньше не волновался.

– Женитьба – дело серьезное, парень. Как, кстати, продвигается дело?

Я издал горлом нечленораздельный звук.

– Пока что никак. Я побывал на весьма среднем свидании, но Кэмрин планирует большое мероприятие в следующем месяце, на котором у меня будут быстрые свидания со всеми подходящими кандидатками.

– В следующем месяце?

Черт. Он был прав. Месяц уже приближался к концу.

– Примерно через три недели, – поправился я, удивленный тем, как быстро все происходит.

Нам принесли наш заказ, и я немедленно принялся за острый ролл с тунцом и васаби.

– Позволь мне спросить тебя, девушки какого сорта придут на такое мероприятие?

Ноа склонил голову к плечу, обдумывая ответ.

– Хороший вопрос. Возможно, только те, кому хочется оказаться в свете софитов, кто охотится за состоянием. Ты об этом говоришь?

Я кивнул:

– Именно. Я думаю, что на каждую сотню охотниц за удачей найдется одна девушка, которая ищет любовь. И какова вероятность того, что я познакомлюсь с такой девушкой?

– Ну и что ты предлагаешь? – Ноа украл кусочек моего ролла с угрем.

– Кэмрин. – Я сделал глоток чая в ожидании его ответа.

– Черт! Так ты тогда говорил серьезно? Я думал, ты был слишком пьяным и перевозбужденным.

– К сожалению, нет. – Перевозбужденным – это уж точно. Она уже дважды оставила меня со стояком, и если мне еще представится случай оказаться с ней наедине, моя задача изменить это.

– Ок. То есть она тебе нравится. А жениться ты на ней хочешь?

– Черт. – Я отложил палочки. – От мысли о женитьбе у меня зуд.

Ноа криво улыбнулся.

– Хочешь совет?

– Конечно, хочу.

– Если собираешься быть медведем, будь гризли, – сказал Ноа и отправил в рот еще один кусок темпуры с креветками.

Какого хрена? Он что, головой ударился?

– И что это значит?

– Получи то, что тебе хочется. Играй грязно. Возьми желаемое. Пусть это случится. – Ноа с улыбкой хлопнул меня по спине.

– Быть гризли, значит? – Я ухмыльнулся. Должно быть, это американский сленг. Ужасно глупо, но я, кажется, уловил смысл.

– Ты понял правильно. – Он улыбнулся и кивнул. – Ты уже закончил с этим тунцом со специями?

Я подвинул тарелку к нему.

– Ешь, я возвращаюсь в офис. Мне нужно заняться делами гризли.

Ноа покачал головой и отправил очередной кусок суши в рот.

– Чертов британец. В твоих устах все звучит элегантно и утонченно.

Я оставил на столе пару купюр и вышел. В голове у меня прояснилось, на сердце стало тяжелее. Пришло время получить то, чего я хотел, и плевать на последствия.

Мне хотелось отправить сообщение Кэмрин: «Береги свою вагину, детка. Стерлинг готов тебя соблазнить». Но незачем было предупреждать ее заранее, чтобы не лишать себя удовольствия.

Когда я вошел в вестибюль офисной башни, я заметил Ребекку, выходившую из лифта.

Вот засада.

Я уже неделю не отвечал на ее звонки. Ничего хорошего эта встреча не предвещала. После новости о моем наследстве я с ней не разговаривал.

– Стер… – Она замерла, не донеся телефон до уха.

– Привет. – Я неловко помахал ей, а мой взгляд метнулся налево, потом направо в поисках запасного выхода.

– Я тебе перезвоню, – сказала Ребекка в телефон и бросила аппарат в свой кейс.

В ожидании я сунул руки в карманы. Я знал, что она злится.

– Почему ты просто не сказал мне? – Ребекка встретилась со мной взглядом, и ее глаза сузились, приняв форму ядрышек миндаля.

– О чем?

– О наследстве! – выкрикнула она.

Я взял ее за локоть и отвел к диванам. Место не было уединенным, но все же там было лучше, чем посередине вестибюля, где вокруг нас сновали люди.

– Я сам узнал только перед тем, как новость попала в прессу. Не знаю, поверишь ты мне или нет, но я был в шоке. И я не стал обзванивать всех, чтобы сообщить об этом. Я говорил только с моей матерью и Ноа.

Ребекка возмущенно фыркнула.

– Не напоминай мне об этом. У вас с ним нездоровые отношения. – Потом ее взгляд смягчился, и она положила руку на рукав моего пиджака. – И все же тебе следовало мне позвонить. Я бы могла помочь, Стер.

– Послушай, Ребекка. Я не хочу быть мудаком, но то, что было между нами, закончилось.

Она соблазнительно улыбнулась, провела кончиком языка по нижней губе:

– Это было весело. Даже тебе придется это признать.

Я понимал, что Ребекка пытается сделать. Она старалась быть нежной и сдержанной, пыталась заставить меня вспомнить ее хорошие качества.

Но моя бывшая была права только наполовину. В постели нам действительно было неплохо, но чтобы жениться, взять женщину в жены, мне требовалось намного больше, чем