Холостяки - Кендалл Райан

– Несколько молода для меня. Но мы отлично поладили.

Он что-то недоговаривал, и я решила вытащить это из него.

– То есть ты был бы рад встретиться с ней снова?

– Давай не будем опережать события. – Стерлинг снова пригубил вино, потом поставил бокал.

– Не понимаю. – Я поставила свой бокал рядом с его бокалом. – Мы ограничены во времени.

Стерлинг откашлялся, посмотрел на окна и только потом встретился со мной взглядом.

– Тебе когда-нибудь хотелось того, что ты не можешь получить?

Меня захлестнула волна вожделения.

– Да, – прошептала я.

Стерлинг нагнулся ко мне, взял меня за подбородок и притянул мои губы к своим губам. Жаркий и голодный, только так можно было описать этот поцелуй. Его язык коснулся моего языка, соединяя нас еще крепче, и в это мгновение я проиграла сражение.

Он был для меня всем. Я влюбилась в него, не желая этого. Он был источником моего желания. Он был тем, о ком я мечтала.

Стерлинг заставил меня захотеть, чтобы счастливый брак существовал не только в сказках. Потому что для меня он был совершенством. Этот самоуверенный британский щеголь в восхитительной упаковке был достаточно сексуальным, чтобы я растаяла.

Обхватив его мощные плечи, я прижалась к нему, ответила на его поцелуй со всей горячей свирепой страстью, сжигавшей меня изнутри.

Его рот был жарким и требовательным. Стерлинг перетянул меня к себе на колени так, чтобы я оседлала его. У меня не было сил сопротивляться. Твердый конец его члена оказался прямо у меня между ног, и я задохнулась, когда это жаркое прикосновение свело меня с ума.

Я двигалась у него на коленях, мое нарастающее возбуждение требовало внимания. Влаги между моими ногами становилось все больше, и на мгновение я испугалась, что он это почувствует. А потом я решила, что мне наплевать. Я терлась о него, пока мы целовались, наслаждаясь каждой волной удовольствия, накатывавшей на меня.

Стерлинг заставил меня почувствовать себя живой и желанной. И это было как наркотик.

– Ты хотя бы догадываешься, какая ты сексуальная? – прорычал он.

Я закусила губу, уверенная в том, что вопрос был риторическим.

– Те звуки, которые ты издаешь, то, какая ты на вкус. Ты чертовски соблазнительная.

Я точно знала, о чем он говорит. Никогда в жизни я не испытывала такого соблазна послать к чертям мои принципы и провести ночь в откровенном разврате. К сожалению, я была из тех, кто не может этого сделать, не испытав наутро сожалений. Я всегда была настроена на отношения. Но, судя по всему, я пропустила те короткие удовольствия, которыми как будто наслаждались люди моего возраста.

– Стерлинг… – Я вцепилась в его плечи и оттолкнула его. – Мы должны остановиться.

Мне это далось нелегко, но я все же слезла с его колен. Устроившись в дальнем конце дивана, я притянула колени к груди и глубоко вздохнула.

– Ты же ни с кем не встречаешься, верно? – спросил он.

– Я бы не занималась этим здесь с тобой, если бы с кем-то встречалась. – Запустив руки в волосы, я с силой выдохнула. – Мне в любом случае не следовало этого делать.

Стерлинг нагнулся ко мне и провел большим пальцем по моей нижней губе.

– Я сожалею.

– Нет, не сожалеешь.

Он хмыкнул.

– Ты права. Я не сожалею. Незачем отрицать, что нас тянет друг к другу.

– Мы не можем дать себе волю. – Я постаралась произнести это сурово. – И на этот раз я говорю серьезно.

– Слушаюсь, капитан.

Его попытка пошутить сделала его еще привлекательнее в моих глазах. Нам было так трудно не дать воли рукам. Борьба была настоящей.

Я извинилась и ушла в ванную. Когда я вернулась в гостиную, Стерлинг стоял возле окон, глядя на поток автомобилей, который, казалось, никогда не уменьшался.

– Могу я спросить тебя кое о чем? – Я думала об этом с той минуты, как мы начали наш особый проект. Но до этого вечера мне не хватало смелости задать этот вопрос.

– Конечно. – Стерлинг повернулся ко мне.

– Какие качества ты ищешь в жене?

Он опустил глаза.

– На этот вопрос трудно ответить. Я никогда не думал, что у меня будет жена. Я никогда не хотел жениться.

– Но ты же не отказываешься от этого, так? – спросила я, внезапно почувствовав неуверенность.

– Разумеется. Я же говорил тебе, что у меня свои резоны. Мне придется это сделать.

Я кивнула.

– Я помню.

– Думаю, самое главное качество – честность. Мне нужна женщина, которая сможет поладить с моей мамой. Неплохо было бы, чтобы мы были совместимы в спальне и за ее пределами. – Стерлинг усмехнулся.

– Да, это бы помогло.

– Я не слишком задумывался об этом, хотя следовало бы. Прости.

Я покачала головой.

– А что насчет Ребекки? Ты думал о ней? Вы, ребята, уже знаете друг друга. Очевидно, у вас были и общие интересы.

Стерлинг кашлянул.

– Нашими общими интересами были работа и любовь к сексу.

Мои глаза расширились. Ок, я ждала не этого. При мысли о нем с другой женщиной у меня вспотели ладони, и мне стало нехорошо, как бывает перед тем, когда тебя вот-вот стошнит.

– Прости. – Он взял меня за руку.

– Нет, это ты меня прости. Мне не следовало любопытствовать.

Мы все еще стояли, прижавшись друг к другу, ощущая всю исключительность этой ситуации. Именно во время искренних разговоров с ним я лучше понимала, какой он человек.

– Я не святой. Мне жаль, что я разочаровал тебя. Если ты захочешь выйти из дела прямо сейчас, я тебя пойму.

Я выдавила из себя грустную улыбку.

– Уйти и пропустить все веселье? Нет уж.

– Слава богу. Ты мне нужна, если я хочу пережить следующие шесть месяцев.

Я проводила Стерлинга к двери, потом отступила на два шага, чтобы не поддаться искушению и не прижаться к нему всем телом или не украсть еще один лишающий разума поцелуй.

Стерлинг резко выдохнул, ущипнул себя за переносицу.

– Все это чушь собачья. Есть женщина, которая мне по-настоящему нравится прямо сейчас, и я понятия не имею, к чему это все может привести. Но эта тикающая бомба решает мою судьбу за меня. Более неудачного времени и выбрать было нельзя.

В моем животе заплясали бабочки.

– Тогда тебе следовало бы показать ей, что ты чувствуешь.

Мы не отрываясь смотрели друг другу в глаза, и я вдруг почувствовала, как меня качнуло к нему.

– Показать ей?

Я кивнула:

– Поступки говорят громче слов.

– Верно. – Стерлинг потер затылок. – Ты абсолютно права.

– Спокойной ночи, Стерлинг, – сказала я, когда он вышел на площадку.

– Спокойной ночи,