Продана замуж - Дина Данич

- Оставил? - цежу, стискивая зубы. - Ты, блядь, какого хера ее оставил, а? Я тебе что сказал? Глаз не спускать!

- Мой косяк, - тот даже не спорит. - Твое право наказать.

- В задницу засунь право свое, - рявкаю на него. - Мне это по-твоему нужно? Выясни все про жучок этот. И пошустрее.

Шагаю к машине и резко открываю дверь, выволакиваю стрекозу неугомонную.

Она бледная, губа разбита, на скуле синяк наливается. Перевожу вопросительный взгляд на Авдея.

- Пришлось потолкаться, - пожимает плечами тот. - Ты же сказал привезти любой.

Сказал, да. Глупо теперь предъявы кидать.

- В дом пошла, - приказываю вертихвостке. Вот только Барби вдруг решает характер показать. Вся бледная, трясется, а туда же. Делает шаг назад, даже головой мотает для убедительности.

- Нет.

- Нет?

- Я бросаю тебе вызов, Богдан. 

Ее голос дрожит, волнение видно так, что даже с закрытыми глазами ощущаешь. 

- Последний шанс, - даю возможность одуматься и не злить меня еще больше.

- Или ты боишься? - с вызовом произносит кукла. - Отказываешься? При всех?

Медленно оглядываюсь, и понимаю, что парни-то все секут фишку. Даже Авдей рот раскрыл и балдеет от расклада. А еще все они ждут, что я сделаю с этой свиристелкой, которая в очередной раз решила, что может подрывать мой авторитет.

Все-таки напросилась. 

- Ну, банкуй, - делаю приглашающий жест, - послушаем, что ты там придумала.

- В тире. По десять выстрелов. Если я попаду не хуже тебя, ты меня отпустишь. А если лучше - дашь развод.

Вот, блядь, у кого ни совести, ни стыда, ни границ поведения. Стою и охереваю с ее дерзости. Это когда она успела так заматереть, чтобы условия мне такие выкатывать?! Я, конечно, знал, что девчонка в тире зависает. Неужели поверила в себя настолько? Ой, дура…

Делаю шаг к ней. Она рефлекторно дергается, но на месте остается. Что ж, неплохо. 

- А если хуже, а, Барби? Готова к последствиям?

- Ты все равно накажешь, - мрачно возражает она.

- Накажу. Но в спальне. Один на один. Если ты прямо сейчас встанешь на колени извинишься.

Как же зашибенно сверкает ее взгляд. Аж руки чешутся поставить ее в коленно-локтевую прямо здесь. Злится, возмущенно пыхтит. 

- То есть боишься проиграть?

Ох, зря она снова завела эту пластинку. 

- Будь по твоему, Барби. Парни свидетели. Но если я выиграю, то ты сначала отсосешь мне при всех, потом я как следует выебу тебя, а если будешь плохо стараться, то и ребятам достанется. Идет? Или, может, все-таки сразу извинишься?

Стрекоза бледнеет, и ссадины на ее лице становятся еще более заметны. Терпеливо жду, что она выберет. Должно же благоразумие возобладать. Но она медленно кивает и…

- Идет.

Краем глаза замечаю, как Ремисов забавно пучит глаза. Походу он тоже прихерел. Да что там - все слегка в шоке с ее фортеля. Но… раз уж пообещал, придется выполнять.

- Ну, погнали парни. Повеселимся.

Судя по тому, как дергано идет Барби, она на взводе. А значит, мазать начнет с самого начала. И я даже подумываю о том, чтобы дать ей возможность отступить. Признать вожака и встать на колени. Но эта упертая сучка снова меня выводит.

- Поклянись, - требует она. - Поклянись, что сдержишь слово.

- Я разве когда-то тебе врал?

Она недовольно стискивает зубы, но молчаливо соглашается. 

- Даю слово. Выйдешь вровень - отпущу.

Надолго ли? Вот вопрос. Но об этом позже.

Авдей достает ей пистолет, обойму. Девчонка нервничает, храбрится, но все равно дергается. 

- Дамы вперед, - скалюсь, а у самого азарт в крови просыпается. Бесит она меня, конечно, знатно своей непокорностью. Но блядь… Впервые за долгое время ощущаю невероятное возбуждение. Такое, что прямо подъем какой-то аж внутри.

Барби встает в стойку. А затем минут три тупо примеряется. Замечаю, как парни тихо переговариваются, но, поймав мой взгляд, тут же затыкаются. Волчата ждут шоу. Что ж, пути назад нет. 

Жена начинает, и я нехотя все же признаю - ее уровень подрос. Значительно. И это даже не злит, напротив. Чем сильнее противник, тем интереснее. Но последние два выстрела она все же мажет. Несильно, но… Будь кто-то другой на моем месте, ей бы хватило. А так…

Она откладывает пистолет, нервно закусывает губу, а я уже предвкушаю расплату. Зверь внутри вовсю скребет когтями, ожидая, как его выпустят на волю.

Когда-то мне пришлось как следует научиться стрелять. От этого напрямую зависела не только моя жизнь, но и Рустама. Так что все десять выстрелов - в десятку.

Оборачиваюсь к жене, она все понимает без слов. И я уже жду, что в ней проснется чувство самосохранения, что она опустится на колени и просит о снисхождении. Да я даже готов это сделать. Все же баба, что с нее взять.

Но вместо этого она упрямо поджимает губы. Непокорная. Несломленная. Даже жаль будет это в ней выкорчевывать.

- На колени, Барби. Пришло время выполнять условия…

- Хрен тебе, Богдан, - выплевывает она. - Гори в аду! - А дальше взмахивает рукой, и я за долю секунды замечаю лезвие ножа…

Оля

Когда бросала мужу вызов, я подозревала, что шансы на победу у меня маленькие. Именно поэтому делала ставку на то, чтобы оказаться не хуже по результатам. Но нервы подвели. Два последних выстрела не смогла сделать, как надо. 

В том, что Богдан меня обойдет по очкам, не сомневалась. Авдей как-то проболтался, что босс стрелок потрясный. Так что на то, что Заславский промажет, я даже не надеялась. 

Мой безумный план родился, пока ехали в