Продана замуж - Дина Данич

Я разве что челюсть не роняю от его вопроса.

- Ты серьезно? - недоверчиво спрашиваю.

- Может, и выйдет из тебя толк, - задумчиво отвечает он. - Так что?

- Хочу.

Еще месяц назад я и подумать не могла, что захочу учиться стрелять. Но вот же как складывается. Еще пару часов Авдей рассказывает тонкости, снисходительно хвалит, когда у меня получается не совсем лажа. И это меня вдохновляет. 

Настолько, что вернувшись к себе в комнату, достаю мобильник и решаюсь на звонок…

Оля

Длинные гудки все сильнее нервируют меня. Я уже теряю надежду и готова сбросить, как вдруг слышу:

- Здравствуй, Оля.

Глубокий низкий голос. Незнакомый мужчина.

- Здравствуйте.

- Ты приняла решение? - это очень странно, но в его словах не чувствуется никакой заинтересованности. Полный ноль. Словно мы говорим о погоде за окном. 

Никаких эмоций.

- Кто вы?

- Ты приняла решение? - повторяет незнакомец.

- Возможно.

- Тогда подумай еще. И только потом звони. Номер будет доступен.

- Подождите! - торопливо говорю, боясь, что сейчас разговор попросту прервется. - Я решила.

- Что именно?

- Я хочу сбежать.

- Хорошо. Я помогу тебе. 

- Но как? Здесь охрана и…

- Для начала успокойся, - все так же равнодушно произносит мужчина. - В вашем доме есть мой человек. Так что просто слушайся и делай все, как надо.

Замираю, глядя в одну точку. Боже, а если это ловушка?

- И что я должна делать?

- Для начала не провоцируй мужа. Не конфликтуй. Не нарывайся. Пусть ослабит контроль.

Звучит логично. Но для меня это означает окончательно прогнуться. Сдаться.

- Будь хитрее, Ольга, - добавляет незнакомец, словно чувствуя мои сомнения. - Можно проиграть битву, но не войну. 

- Я понимаю…

- Если появится возможность покинуть территорию, дай знать. Этот номер всегда доступен. Но будь осторожна - в доме полно камер. Не попадайся.

Судя по интонации он прощается, а я все еще не спросила самое главное:

- Почему вы мне помогаете?

В ответ только тишина. И она затягивается настолько, что я теряю всякую надежду на ответ. Но…

- Я друг твоего отца. Он просил присмотреть за тобой и при необходимости дать возможность уйти от мужа, если ты захочешь.

Я ожидала разного. Но не такого.

- Отец просил… - шепчу растерянно. Выходит, он все же заботился обо мне, переживал…

- Позвони, как будут новости.

И все. Разговор окончен. Но я по-прежнему в каком-то ступоре. Пытаюсь осознать слова про отца. Я же так его винила все эти дни. Так злилась. А он…

Телефон отключаю, тщательно прячу. И впервые у меня появляется надежда…

Еще пару дней мужа по-прежнему нет дома. Авдей все так же сопровождает меня на улице, ходит в ангар, даже отпускает безобидные шуточки. А я постоянно гадаю  - кто? Кто этот человек, о котором сказал друг отца. Пытаюсь найти ответ, осторожно разглядывая охранников. Черт, да у меня даже Авдей под подозрением. Это было бы, конечно, странно, но вдруг?

Богдан возвращается поздно вечером. Я уже сходила в душ и почти заснула, когда слышу как открывается дверь. 

Едва различимо, так, что мне кажется, будто это сон. Даже приподнимаюсь, что проверить догадку, но никого не вижу. И расслабившись, снова проваливаюсь в дрему.

Мне снится что-то странное. Будто я бегу куда-то, за каким-то силуэтом, точно зная, что это кто-то важный и моя жизнь напрямую зависит от него.

Спотыкаюсь, падаю, но, поднявшись, снова пытаюсь догнать ускользающего от меня человека. Страх не успеть дурманит, путает мысли, а движения становятся заторможенными и неуклюжими.

Я кричу что-то неразборчивое, но точно знаю - он меня слышит. Тот кто уходит, скрывается за темной завесой, слышит. Потому что за миг до того как исчезнуть он замирает, оборачивается и…

Я просыпаюсь. Видение медленно ускользает, в голове словно кисель, а сердце колотится в бешеном темпе.

Звенящую тишину разрезает чужое дыхание позади меня. Застываю, едва дышу, пытаясь собраться с мыслями. И когда я уже почти готова обернуться, на мое бедро ложится тяжёлая рука, а меня саму резко разворачивают на живот...

Оля

Вцепляюсь в подушку, пытаясь выбраться, но сверху наваливается тяжёлое тело.

- Тише, Барби, - раздаётся знакомый голос, и я тут же обмякаю. - Не признала?

Его намерения довольно очевидны и упираются мне в поясницу. Жду, затаив дыхание, что на этот раз потребует муж. Он расталкивает мои ноги шире, задирает ночнушку и прикасается между ног.

- Ты не очень-то соскучилась…

- Я вообще-то сплю, - вяло огрызаюсь на его претензию.

- Сон для слабаков, - ухмыляется Богдан и отводит одну мою ногу выше, раскрывая для себя. Его пальцы медленно проникают в меня, растягивают, оглаживают стенки, которые рефлекторно сжимаются от настойчивых ласк.

Я уже понимаю, что мне не отвертеться. Выхода нет - Заславский возьмёт своё. Но раз все так… Вспоминаю слова друга отца, и решаю использовать это.

Расслабляюсь, подаюсь бёдрами навстречу, молчаливо давая понять, что непротив. Что добровольно буду участвовать во всем.

Муж явно чувствует перемену во мне. Замирает на несколько мгновений, а затем включается в процесс более агрессивно, настойчиво.

И черт… Приходится признать, что это довольно приятно.

Первое проникновение приносит легкий дискомфорт, но его сменяет жгучее возбуждение, стоит Богдану начать двигаться.

Он жаден, быстр и беспощаден. Словно все эти дни у него никого не было. И я впервые задумываюсь - может, он больше ни с кем и не спит?

Я не успеваю за ним - слишком агрессивно все происходит. Словно огромная мощная волна