Его несносная пастушка - Лора Вайс

— Вы серьезный бизнесмен. И неужели одиноки до сих пор? — Виктория сегодня решила выжать из нового ухажера дочери информацию по максимуму.

— Я был женат, Виктория Павловна.

— А что случилось? Не сошлись характерами?

— Вроде того.

— И давно развелись?

— Два месяца назад.

— Наверно еще не отошли от развода?

— Вы переживаете, что я с вашей дочерью только из-за того, что переживаю серьезную душевную травму?

— Именно, — улыбнулась Виктория, в какой-то степени порадовавшись его прямоте.

— Мы с женой давно перестали понимать друг друга, полгода у нас длился бракоразводный процесс и вот, наконец-то завершился, чему мы оба крайне рады.

— Ясно. Вы меня тоже поймите, я волнуюсь за дочь. Вы человек взрослый, состоявшийся, побывавший в браке, плюс наверняка имеете свои определенные взгляды на жизнь в силу религии.

— Я человек светский, несмотря на принадлежность к одной из конфессий. И, никогда и никому не навязывал своих убеждений.

— А дети у вас есть?

— Нет, детей нет.

— Мама, может, достаточно уже? — не вытерпела Алиса.

— Да, Вик, давайте поговорим лучше о работе. Мне вот очень интересно, чем Алиса занимается, справляется ли. Все-таки только-только окончила институт, — даже отец устал наблюдать за этим допросом.

— Ваша дочь справляется, — кивнул Ильдар, хотя этот вопрос ему понравился меньше всего, уж лучше бы пытали бывшей женой. Врать он не любил, а здесь придется. Семья Алисы в полной уверенности, что их дочь сидит в уютном кабинете за компьютером, ходит на обеды в столовую и никак не связана с непосредственной работой на ферме.

— Я работаю в отделе закупок кормов, — поспешила перенять инициативу.

— А мне всегда хотелось, чтобы ты работала в банке, — Виктория подлила себе чаю.

— Работа на предприятии куда интереснее, мам.

— Да я разве против. Работай.

Знакомство получилось напряженным. И каждый вынес для себя определенные выводы. Ильдар понял одно, семья Алисы не в восторге от него — это раз, он сам не в восторге от себя — это два. Но свои ошибки исправить не проблема.

Перед тем, как уехать, Ильдар минут десять стоял у машины, держал Алису за руку, не хотелось с ней расставаться.

— Ты прости маму, — всмотрелась в сумеречное небо, — уж такой она человек.

— Я ее прекрасно понимаю. Переживает за тебя. Будь у меня дочь, я был бы намного суровее, — улыбнулся, — и рассматривал бы ее ухажеров под микроскопом.

— Не забудь съесть несколько таблеток Мезима, как вернешься домой.

— Это да, это обязательно. Но теперь ты готовься.

— А ты думаешь, сегодняшним обедом все и закончится? Мне еще предстоит долгая беседа.

— Может, со мной тогда поедешь?

— Нет, — покачала головой, — мне надо побыть дома, собрать мысли в кучу, отдохнуть.

— Я тебя только об одном прошу, не надумывай лишнего, — подтянул к себе рыжее создание.

— Очень постараюсь, но не обещаю, — и поцеловала его, — до встречи на ферме.

Обратно Ильдар ехал с каким-то саднящим чувством внутри. Мурашкина ворвалась в его жизнь ураганом, все перевернула с ног на голову, заставила окунуться в новые ощущения, встряхнула, но какой будет финал?

— Алло, — набрал управляющего фермы, — Роман Петрович, оформите переводом переход Мурашкиной в ваш отдел. Пусть занимается кормами. Да, завтра же. Соответственно, жить она будет в административном блоке.

Алиса тем временем вернулась в беседку. Продолжать разговор желания не было никакого, тем более, судя по маминому настроению, Ильдар досмотр не прошел. Зато Виктория еще как собиралась продолжать.

— Это не твой человек, Алис.