Отныне и навсегда - Джессика Харт

А в это время Хэл стоял в кабинете, держа у уха телефонную трубку, и наблюдал, как Мередит собирает лимоны. Она срывала их с дерева, потом подносила к носу и вдыхала свежий аромат плодов. На ней снова была его старая рубашка. А под рубашкой пряталось такое роскошное мягкое и податливое тело…

Хэл напрягся.

Для него было тяжело вспоминать, какой язвительной и неприятной она показалась ему сначала, пока он не познал ее доброту, теплоту и силу. Теперь движения Мередит стали плавными и женственными, кожа покрылась золотистым загаром. Она больше не походила па горожанку.

Боже, как же он будет скучать по ней!

Хэл с трудом сосредоточился на телефонном разговоре.

— Теперь вы понимаете, — говорила Люси, — почему Мередит должна приехать в Лондон как можно скорее. Она говорила вам о своих чувствах к Ричарду?

— Немного, — сказал Хэл.

— Скорее всего, Мередит заявила, что больше не влюблена в него. Однако она не легкомысленна. Если уж она кого любит, то это по-настоящему. Я знаю, иногда Мередит кажется жесткой, но в глубине души она добрейшей души человек.

Хэл посмотрел на Мередит в окно. Люси могла бы и не говорить о том, какова на самом деле ее сестра.

— Я знаю, — произнес он.

— Дело в том, что Ричард идеально подходит ей в качестве мужа. Он так часто о ней говорит… Если она сейчас вернется домой, то поймет, что все изменилось. Ричард говорит, что ему очень не хватает общения с ней.

Хэлу внезапно захотелось проорать, что ему тоже будет не хватать общения с Мередит, но он сдержался.

— Понимаю, вам это может не понравиться, Хэл, — продолжала тем временем Люси. — Я не уверена в том, что вернусь на ранчо. Если я скажу о своем решении Мередит, она будет жить там до тех пор, пока вы не найдете подходящую домработницу. Однако она должна вернуться прямо сейчас. Мередит — лучшая из живущих на этом свете людей и заслуживает счастья.

— Да, заслуживает, — сказал Хэл, растягивая слова.

Люси была просто одержима идеей доказать Хэлу, что Ричард нуждается в Мередит, и Хэл не выдержал ее вдохновенной речи.

— Я позову Мередит к телефону, — произнес он. — Вам нужно поговорить.

Выйдя на веранду, Хэл сделал несколько глубоких вдохов, чтобы спрятать нахлынувшие на него чувства, и только после этого крикнул:

— Тебе звонит Люси!

Мередит напряглась, и Хэл внезапно понял, что выражение его лица предательски выдает его эмоции.

— В чем дело?

— Не беспокойся, — заверил он ее, — с Ричардом все в порядке. У Люси для тебя хорошие новости.

Но Мередит вовсе не думала в этот момент о Ричарде. При взгляде на Хэла она поняла, что их счастливое пребывание на ранчо подходит к концу. Она с тяжелым сердцем взяла телефонную трубку.

— Привет, Люси, что произошло?

Выслушав сестру и попрощавшись с ней, Мередит впала в оцепенение. Очень осторожно положив телефонную трубку на рычаг, она медленно направилась в кухню, где ее ждал Хэл.

Заметив ее странную походку и затуманенный взгляд, он быстро спросил:

— С тобой все в порядке? — спросил он.

— Я думаю, что… да, — неуверенно ответила Мередит.

Хэл выдавил из себя улыбку.

— Хорошие новости?

— Люси, очевидно, уже обо всем рассказала тебе.

Мередит почувствовала, что нужно чем-то занять руки. Не найдя ничего лучше, она схватила терку и принялась натирать лимонную цедру.

— Она сказала, что Ричард желает видеть рядом с собой тебя.

— Не совсем так, — быстро произнесла Мередит. — Ей кажется, что он хочет видеть именно меня, но она не знает этого наверняка. Теперь я понимаю, что Ричард, видимо, был, мягко говоря, удивлен, узнав о возвращении Люси из Австралии. Это моя вина, — с горечью сказала девушка, отложив лимон в сторону и взяв другой.

— Ты ни в чем не виновата, Мередит.

— Виновата, — настаивала она. — Я вбила себе в голову, что Люси нужна ему, и заставила ее уехать в Лондон. Ты оказался прав, — уныло добавила Мередит. — Я не должна вмешиваться в жизнь людей.

— А я рад, что на этот раз ты вмешалась, — произнес Хэл, — в противном случае мы бы не встретились.

Замерев, Мередит посмотрела на него, потом снова отвела взгляд.

— Люси уверена, что я по-прежнему влюблена в Ричарда, — очень тихо сказала она, — однако я так не считаю.

Разве может она быть влюблена в Ричарда, если любит Хэла?

Только нужно ли признаваться Хэлу в своих чувствах? Он ведь наверняка решит, что таким образом она хочет заставить его попросить ее не уезжать. Даже если Мередит останется на ранчо, им придется очень скоро распрощаться. Они с Хэлом слишком разные по духу, привычкам и стремлениям.

Что ж, все идет так, как она и предполагала. Рано или поздно наступит час расставания. Проблема лишь в том, что Мередит оказалась не готова разлучиться с Хэлом.

Как же она будет жить без него?

— Может, увидев Ричарда снова, ты поймешь, за что любила его прежде, — выдавил из себя Хэл.

— Я надеюсь на это, — произнесла Мередит, с трудом веря в то, что это произойдет. Она принялась натирать на терке очередной лимон и вдруг улыбнулась. — Я имею в виду свои сомнения по поводу того, что Ричард и есть тот самый единственный, которого я ждала.

— Однажды ты заявила, что он стал для тебя воплощением мечты, — сказал Хэл и тут же напомнил себе, что и сам не был идеальным для Мередит. Ричард чувствителен, артистичен и образован, живет в городе, как и Мередит, и может предложить ей тот образ жизни, к которому она привыкла.

Люси была очень убедительна, уверяя его, что Мередит заслуживает счастья. Хэл тоже хотел видеть ее счастливой, а это возможно только в том случае, если она уедет к Ричарду.

Разве может Хэл обещать ей безоблачное будущее, зная, насколько тяжела жизнь в глуши, тем более с человеком, который не собирается связывать себя обязательствами? Мередит слишком дорога ему, чтобы он осмелился давать ей обещания, которых точно никогда не выполнит.

Хэл сглотнул.

— Я дал слово Люси, что не стану удерживать тебя здесь, — хрипло произнес он. — И еще сказал ей, что ты вылетишь в Лондон первым же рейсом.

Мередит молча кивнула, по-прежнему натирая лимоны на терке. Внезапно остановившись, она в недоумении уставилась на лимон, который держала в руке, и кучу золотистой крошки на столе.

— Боже, зачем мне столько цедры? — воскликнула она, беспомощно всплеснув руками.

Сжав дрожащие губы, Мередит нахмурилась, изо всех сил пытаясь побороть желание расплакаться. Она никогда не плакала. На ее лице не было слез даже в тот день много лет назад, когда отец отвез ее и Люси в интернат. Нужно держать себя в руках! И сейчас слезами не поможешь.