После вечеринки - Джеки Браун

Чейз обвел широким жестом квартиру. У Эллы в голове зазвенел тревожный звоночек. Чейз сказал «пожить» — значит, в Нью-Йорке он не насовсем и планирует уехать обратно. Между тем Чейз продолжил:

— Я просто не мог отказаться. После финансового кризиса у компании начались проблемы. В те времена она принадлежала исключительно Трамбаллам. — Чейз покачал головой. С мрачным и виноватым видом он признался: — Между прочим, это была моя гениальная мысль — преобразовать «Игрушки Трамбалл» в открытое акционерное общество. С тех пор прошло несколько лет. Если бы знал заранее, к чему приведет мое решение…

Элла постаралась отвлечься от собственных тревог.

— Может, план был и твой, но, чтобы привести его в исполнение, требовалось согласие Эллиота. И вообще, откуда ты мог знать, какой бардак будет твориться в экономике…

Чейз внимательно вгляделся в лицо Эллы. Она уже начала смущаться, когда Чейз неожиданно произнес:

— Спасибо, Элла.

— За что?

— За то, что подбадриваешь меня.

— Ну как, работает?

Уголок рта у Чейза приподнялся.

— Может быть. Немного.

— Всегда пожалуйста, обращайся, — улыбнулась Элла.

Чейз опустил взгляд на ее губы. Элла готова была поклясться, что температура в комнате подскочила градусов на десять.

— Пошли смотреть столовую, — с решительным кивком объявил Чейз и стремительно развернулся на каблуках. Широким, уверенным шагом миновал гостиную, обставленную в современном стиле — четкие линии, ничего лишнего. По пути бросил пиджак на спинку дивана. Рубашка обтягивала плечи и сужалась у пояса, заправленная в темные брюки. Мм… А вид сзади неплох…

— Ну и как тебе? — спросил Чейз, когда они очутились в столовой.

В голове у Эллы роились совершенно неуместные мысли, поэтому риск ответить невпопад был велик. Элла ушла в другую часть комнаты и постаралась сосредоточиться на интерьере.

— Хороший стол.

Большой. Гладкий. Удобный.

— Между прочим, раскладывается, — сообщил Чейз.

— Думаю, можно обойтись и без этого. Длина самая подходящая…

Элла провела ладонью по темному дереву. Все тело ее трепетало от желания. Да, они с Чейзом бы запросто здесь поместились.

— А вот буфет.

Элла обернулась и окинула предмет мебели оценивающим взглядом. Из такого же темного дерева, что и стол, те же четкие линии, но верх сделан из белого мрамора с серыми прожилками. Нет, тут жестко, да и холодно. На столе гораздо лучше. И все же…

— Высота удобная.

Если Элла сядет на край, рот Чейза будет как раз на уровне… Элла поспешно зажмурилась.

— Отличный буфет.

— Правда? И для чего же ты собираешься его использовать?

Элла почувствовала, как кровь приливает не только к щекам, но и к другим частям тела. Едва удержавшись, чтобы не начать энергично обмахиваться, Элла пробормотала:

— Н-ну… Надо подумать…

— На буфет можно поставить закуски, — предложил Чейз.

— Точно. Закуски, — бодро закивала Элла.

— Или коктейли. Почему бы не выставить сюда бутылки и миксеры? Пусть гости немного выпьют перед ужином. А ты что думаешь?

Ее еще и думать заставляют, в таком-то состоянии! Не в силах отвести взгляд от мраморной поверхности, Элла с трудом выдавила:

— Да, так тоже можно.

— По-моему, у тебя есть какие-то другие соображения. Говори, не стесняйся.

— Мм…

Элла повернулась к Чейзу и окинула взглядом его лицо — задумчивые глаза, узкие губы, видеть которые вблизи было опасно — во всяком случае, для Эллы. Несмотря на непослушный хохолок, светлые волосы Чейза содержались просто в неприличном порядке. Широкие плечи выгодно подчеркивает белая рубашка из накрахмаленного хлопка. Общую картину дополняет галстук в красную и синюю полоску.

— Я… Я…

— Не стесняйся, Элла. Говори, что думаешь.

— Не уверена, что это хорошая мысль, — пробормотала она и издала сдавленный смешок. — Будет лучше, если ты снимешь галстук.

Чейз даже рот открыл. Потом с трудом выговорил:

— Что ты сказала?..

Чейз и так уже знал, что Элла — девушка эксцентричная и способна на что угодно.

— Галстук. Сними его, — повторила Элла и пожала плечами. — Сам хотел, чтобы я высказывала свои мысли.

— По поводу столовой!

— Ты же меня не за этим привез.

Чейз помотал головой, точно пытаясь таким образом прояснить мысли.

— Ты о чем?

— Не о чем, а о ком. О тебе, — подмигнула Элла. — И обо мне.

Тут она кокетливо поиграла бровями. Ответом были несколько нечленораздельных звуков. Элла ни за что бы не поверила, что такой хладнокровный и собранный человек, как Чейз Трамбалл, может утратить дар речи. Один — ноль в ее пользу.

— Сегодня в кабинете, до того как ты на меня накинулся… — Элла улыбнулась, — за что я, кстати, тебя уже простила…

— Что?..

— Да, простила.

Элла и сама не понимала, зачем играет с Чейзом и как вообще осмелилась соблазнять его в такой откровенной манере. Когда дело касалось мужчин, Элла обычно столько инициативы не проявляла. В результате начиная со старших классов встречалась с одним Брэдли.

Иногда Элла все-таки выбиралась на свидания, но мужчины попадались сплошь неподходящие для серьезных отношений.

Наверное, Чейз Элле тоже не подходил. Как она сказала Сандре, единственное, что их объединяет, — предстоящий званый обед… и искрометное взаимное влечение. Впрочем, не только, возразила самой себе Элла. Они оба потеряли родителя. Оба выросли в доме, где был другой ребенок, и эта ситуация всячески осложняла им жизнь.

Благоразумная Элла пыталась воззвать к здравому смыслу Эллы, сгорающей от страсти. Ведь Чейз сказал, что в Нью-Йорк вернулся временно. Его дом — Калифорния, туда он и уедет, когда все уляжется. Но Элле было все равно. Сейчас ей хотелось только одного — броситься в омут с головой. А последствия… С последствиями можно разобраться позже.

— Элла, ты мне очень нравишься, но я привез тебя сюда для дела. Не в моих привычках смешивать одно с другим.

Элла тут же обратила эти слова против него:

— Разве? Значит, мне показалось, что твои губы…

— Да, хорошо, хорошо! Но я не такой, как Оуэн. Подобные… выходки недопустимы на рабочем месте.

— Да, в офисе не очень удобно. Во-первых, могут помешать. Во-вторых, мало горизонтальных гладких поверхностей, — ответила Элла. Опустив взгляд, она поняла, что на Чейза ее аргументация оказывает самое правильное воздействие, и осмелела.