Первая любовь - Хелен Бьянчин

Но, даже осознавая все это, Бекки напевала — потому что пело ее сердце.

Джилла она увидела, когда, придерживая на груди полотенце, покинула ванную, чтобы одеться в чистое. По-видимому, он только что вошел, так как стоял, с несколько растерянным видом озираясь вокруг. Заметив Бекки, воскликнул:

— А, вот ты где!

— Ой, что это?! — в свою очередь воскликнула Бекки, устремив взгляд на находящийся в руках Джилла букет алых роз.

— Это тебе.

Шагнув вперед, Джилл протянул букет. Бекки с сияющим взором приняла его и поднесла к лицу. При этом нечаянно отпустила полотенце, и оно мягко соскользнуло на пол. Бекки осталась совершено обнаженной, зато с букетом.

Джилл так и прикипел к ней глазами.

— Очаровательно! Я даже представить себе не мог… — Он умолк, словно у него не хватило слов.

Бекки же только сейчас сообразила, что произошло, однако смутиться не успела, потому что в следующую минуту Джилл добавил:

— Знаешь что, пожалуй, я тоже закажу тебе картину — твой собственный автопортрет… который назывался бы «Обнаженная с букетом роз».

Мысли Бекки сразу переместились в профессиональную плоскость.

— Хм, интересная идея… Надо подумать… Только картина получится очень интимная, зачем тебе такая?

— Затем, — медленно произнес Джилл, не сводя с нее восхищенного взгляда. — Затем… — Он сунул руку в карман пиджака, а когда вынул, на его ладони оказалась бархатная коробочка. — Затем, что мне хотелось бы иметь интимный портрет моей жены.

При виде коробочки губы Бекки взволнованно приоткрылись. Чувствовалось, что она и хочет, и боится о чем-то спросить. Наконец Бекки произнесла дрожащим голосом:

— К-какой жены?

Джилл открыл коробочку, и там что-то блеснуло.

— Моей, солнышко. — Затем, не без некоторой торжественности, он продолжил: — Бекки, согласна ли ты выйти за меня замуж и сменить фамилию Блейс на Хорнби?

Оба были настолько взволнованы, что даже не замечали некоторого комизма ситуации. Джилл вынул из коробочки кольцо с брильянтом, взял руку Бекки — в другой у нее остался букет — и замер в ожидании ответа.

Бекки нервно облизнула губы.

— Сменить фамилию? Но…

— Следует ли понимать это так, что с первой частью предложения ты согласна?

Бекки как завороженная смотрела на кольцо.

— Я… мы… То есть, я хотела сказать, что все это так неожиданно…

— Верно, — кивнул Джилл. — Скажу больше: неожиданно — не то слово. Меня будто ураганом смело. Последние недели я ходил словно сам не свой, все пытался разобраться в себе, в том, что со мной происходит… — Его голос пресекся от избытка чувств, однако он справился с собой и продолжил: — И лишь сегодня ночью вдруг понял: я люблю тебя. Когда ты лежала в моих объятиях, такая хрупкая, нежная… — Джилл вновь на мгновение умолк, затем с жаром произнес: — Солнышко, давай поженимся! Пожалуйста! Если скажешь «нет», я не смогу дальше жить… Даже если ты еще не полюбила меня, я надеюсь, что в дальнейшем…

— Уже, — шепнула Бекки.

Джилл прищурился.

— Уже?

— Да, — кивнула она. — Уже полюбила. Мне кажется, что произошло это в ту самую минуту, когда я впервые услышала твой голос. В телефонной трубке. Помнишь тот разговор?

В глазах Джилла отразились сначала сомнение, затем осторожная надежда и, наконец, восторг.

— Солнышко! — прошептал он, и голос его дрогнул. — Это правда? Ты любишь меня?

Бекки едва заметно пожала плечами.

— Иначе я не провела бы с тобой минувшую ночь.

— Да-да, прости… — Джилл слегка смутился. — Для тебя это подразумевается само собой, но я… как бы это сказать. — Сбившись, он посмотрел на кольцо, затем поднял взгляд на Бекки. — Значит, твой ответ?..

Она счастливо улыбнулась.

— Да. Вообще-то я не думала выходить замуж в ближайшие годы, но… да!

— Благодарю! — с чувством произнес Джилл. — В таком случае, думаю, пора примерить это. Надеюсь, придется впору… — Он надел кольцо на безымянный палец Бекки. — Ну как?

Та чуть отодвинула руку, любуясь игрой света на гранях брильянта.

— Удивительно… точно мой размер!

— Значит, так и надо, — негромко констатировал Джилл, обращаясь больше к самому себе.

Бекки посмотрела на него и вдруг прыснула.

— Что такое? — удивленно вскинул он бровь.

— Представь, как мы выглядим со стороны! Вот не думала, что в момент предложения мне руки и сердца из одежды я буду иметь лишь букет роз!

Джилл медленно улыбнулся.

— А, по-моему, лучше не придумаешь. Очень романтично. Ведь тебе хотелось романтики?

— Да, но… — Бекки скользнула взглядом по его пиджаку. — Мы в неравном положении: ты-то полностью одет! По сравнению с тобой я чувствую себя… голой.

— Какая разница после того, что произошло минувшей ночью!

Бекки опустила ресницы.

— Наверное, ты прав, но… — Она умолкла, облизнув губы.

— Да? — поощрительно улыбнулся Джилл.

— Но, по-моему, ты еще не все сделал.

— Не все? — Он даже слегка растерялся. — Вообще-то я впервые делаю подобное предложение, поэтому вполне мог что-то пропустить. Если подскажешь, что именно, я исправлю ошибку.

— Мог бы и сам догадаться, — ворчливо сказала Бекки. Затем подняла на Джилла сияющий взгляд. — Ты не поцеловал невесту!

— Солнышко! С превеликим удовольствием…

Он потянулся к Бекки, но та уперлась ладонью в его грудь.

— Нет! Сначала разденься.

— Я? — зачем-то решил уточнить Джилл.

— Разумеется. Мне-то раздеваться не нужно.

Глаза Джилла вспыхнули.

— Хорошо, — сказал он, включаясь в игру.

Сняв пиджак, Джилл избавился от рубашки, затем расстегнул ремень на брюках.

— Мы с тобой сумасшедшие, — взволнованно пробормотала Бекки, борясь с участившимся дыханием.

— Ну и пусть. Главное, что оба!

Скользнув по широким плечам Джилла, по волоскам, покрывающим мускулистый торс и сгущающимся ниже аккуратного пупка, Бекки прерывисто вздохнула — на нее нахлынули воспоминания о минувшей ночи. А тут еще промелькнула мысль, что прямо сейчас можно дотронуться до самых интимных уголков красивого тела… своего жениха!

Боже правый, неужели это правда? Неужели они скоро станут мужем и женой?

Но ждать этого необязательно. К счастью, давно прошли времена, когда жених и невеста могли соединиться только после свадьбы.

Пока Бекки размышляла, Джилл освободился от брюк.