Принцесса Востока - Оливия Уэдсли

Он глядел на оживленную улицу. На его лице было какое-то странное выражение насмешки и нетерпения.

– Я думал, вам понравится мой план, – сказал он с сожалением. – Я так на это надеялся.

Он подождал минуту и произнес медленно, с заметным сомнением и ожиданием в голосе:

– Поезжайте.

– Я бы очень хотела. Вы себе не можете представить, как меня прельщает ваше предложение.

– Вы должны поехать, вы поедете, – сказал Гамид с такой сдержанной силой, что его голос дрогнул. – Подумайте о глубоком покое, о красоте, которые ожидают вас там, в пустыне.

Каро нравились прелестные виллы на берегу Нила. Она всегда мечтала поселиться в одной из них, проехаться на барке по Нилу, увидеть пустыню. Непреодолимое очарование нового и неизведанного влекло ее туда, особенно теперь, в этот час, когда все, заполнявшее до сих пор ее жизнь, безвозвратно ушло в прошлое.

«Да, я поеду, я хочу поехать», – подумала Каро. Не пригласить ли кого-нибудь из знакомых женщин поехать с ней? Но это испортило бы всю прелесть этой поездки, а она так хотела предпринять ее. И в конце концов, почему же нет: она была свободной, никто не вмешивался в ее жизнь!

Горькое разочарование проснулось в ней, когда она вспомнила о своем одиночестве.

Она обернулась к Гамиду:

– Я очень хочу поехать на виллу «Зора», и было бы глупо с моей стороны медлить с решением. Благодарю вас за предоставленную мне возможность.

– Прекрасно! – воскликнул Гамид. – Теперь поговорим о подробностях. Когда вы поедете? Отправить ли мне теперь телеграмму? Я должен предупредить обитателей виллы.

Гамид строил планы, написал нужные телеграммы и заметки.

Теперь, когда Каро приняла решение, она радовалась предстоящему отъезду. Они позавтракали на террасе, и когда подали белое вино и замороженные фрукты, он снова заговорил о пустыне, о Ниле, о доме, стоящем посреди садов из роз.

Когда Гамид ушел, Каро побежала наверх и позвала Сариа:

– Сариа, нам предстоит настоящее приключение. Мы уезжаем через несколько дней на виллу в пустыне.

Сариа сдержанно заметила:

– Я начну укладывать вещи.

Каро рассмеялась:

– Сариа, вы чудо и всегда верны себе. Разве вы не рады такому путешествию?

– Конечно, мадам, – ответила Сариа. – Но почему вы решили предпринять его?

– Принц Гамид эль-Алим предложил мне поселиться на вилле его друга, которая построена среди апельсиновых рощ и садов из роз и находится на берегу Нила, на границе пустыни.

– Все преимущества, – холодно заметила Сариа, думая о том, будет ли их сопровождать принц.

Сариа была слишком откровенна, чтобы не сказать:

– Мы поедем одни, мадам?

– Да, конечно, – ответила Каро небрежно. – Но у нас будет проводник и целый штат слуг на вилле.

– Это будет очень интересно. Я не знала, что в пустыне могут расти розы и апельсиновые деревья.

– При вилле «Зора» имеется прекрасный сад, ведь берега Нила очень плодородные, – пояснила Каро, словно читая из книги.

– Да, я слыхала об этом, – ответила Сариа. – Эта вилла построена, по-видимому, в прекрасном месте.

«Конечно, – думала Каро, – не стоит в отеле никому сообщать о моих планах».

Она никому не сказала об этом, кроме управляющего отелем, которому отдала нужные указания насчет своего багажа.

Радостное ожидание отъезда омрачило маленькое событие. С дорожной фуражкой в руке вошел в ее комнату Джон.

– Я слышал случайно, как Фрегори отдавал распоряжения относительно твоих сундуков. Неужели это правда? Ты собираешься уезжать?

Каро улыбнулась:

– Ты, кажется, хочешь поразить меня своей сообразительностью?

Он сделал нетерпеливое движение.

– Каро, куда ты едешь?

– Я еду в пустыню, как тебе известно.

Джон подошел к ней.

– Не делай этого, не уезжай, – сказал он.

Каро с раздражением усмехнулась:

– Предоставь мне поступать как мне удобно. Оставь меня, уходи, пожалуйста.

Он покраснел и отвернулся, но медлил уходить, желая сказать последнее слово в их споре.

– Я видел тебя вчера в автомобиле с Гамидом эль-Алимом. Я уже предупреждал тебя и предупреждаю снова, хотя заранее знаю твой ответ.

Он ушел. Дверь захлопнулась за ним.

В вестибюле Джон встретил Сфорцо и под влиянием мгновенного порыва не мог удержаться, чтобы не сказать ему:

– Я уезжаю в Англию. Между прочим, маркиз, вы друг Тэмпестов и моей жены, миссис Клэвленд. Я слышал, что она уезжает в пустыню, и нахожу, что это не совсем безопасно. Может быть, вы повлияете на нее?

– Боюсь, что не смогу этого сделать, – спокойно возразил Сфорцо.

Ему не нравился Джон, но он ценил в нем некоторые привлекательные черты характера и знал, что Джон к нему хорошо относится.

– Где ваш брат? – спросил Джон.

– Он вернулся в свой лагерь, – ответил Сфорцо.

Джон простился с ним и ушел, рассерженный его холодностью.

Когда он исчез, Сфорцо сел на свое прежнее место. Он сидел, нагнувшись вперед, сжав нервные, тонкие руки. Так его застала Каро, когда спустилась вниз и вышла из лифта.

При виде его яркая краска залила ее лицо и так же быстро исчезла. С внезапным сердцебиением и каким-то тяжелым чувством она поняла, что любит Сфорцо. Но ее смущение длилось недолго, она овладела собой. Сфорцо подошел к ней и поцеловал ее руку. Сердце ее снова тревожно забилось.

«Я схожу с ума», – подумала она с раздражением.

Холодно, почти резко он обратился к ней:

– Я слыхал, что вы уезжаете в пустыню, и нахожу это неразумным.

Вся прелесть их неожиданной встречи исчезла. Его слова вызвали в Каро враждебное чувство к нему.

– Ничуть, – ответила она, полузакрыв глаза.

– Это не совсем безопасно, – продолжал Сфорцо.

Каро улыбнулась:

– Опасность существует всюду. Я все же поеду.

– Вы едете одна в сопровождении вашей горничной? – спросил он.

– Да.

Она не добавила ничего, и он не хотел ее расспрашивать подробнее. Сфорцо посмотрел на нее, желая что-то сказать, когда в вестибюль отеля вошел Гамид эль-Алим.

Принц подошел к Каро, улыбаясь и совершенно не замечая Сфорцо.

– Уже есть билеты, и я нанял проводника. Вы должны выехать сегодня вечером ночным экспрессом.

Сфорцо посмотрел на него с побледневшим лицом.